Перекрестки - Галина Дмитриевна Гончарова

И помчался по постоялому двору с воплями.

Странные люди! Можно подумать, они трупов не видели.

Мия продолжала уплетать яичницу. Она трупы видела, и не собиралась портить себе аппетит даже мыслями о покойнике.

А вот Адриенна насторожилась.

- Мия?

- Да? Ум...

- Ты мне ничего не хочешь сказать?

Дана Феретти пожала плечами.

- Ты и так все знаешь. Да, это он. Да, это я.

Адриенна сдвинула брови.

- Во сколько это было?

- Где-то в районе полуночи, - Мия не могла понять реакцию подруги. Впрочем, то, что произошло потом, ее удивило.

- Я скажу, что мы ночевали вместе. Мне было страшно после нападения, и ты меня успокаивала. И осталась ночевать у меня.

До появления слова 'алиби' пройдет еще немало времени. Но Мия оценила.

- Ты... не боишься?

- Если бы тебя поймали, это было бы очень плохо. Если соберешься кого-то еще убить, скажи мне об этом. Я постараюсь помочь.

И Мия расслабилась. Улыбнулась, откинулась на спинку стула.

- Риен, ты чудо.

Адриенна скопировала ее позу. И ухмыльнулась еще более ядовито.

- О, нет! Чудо у нас - это ты. И тебя надо беречь и охранять.

- Меня?! - возмутилась девушка.

- Конечно! Я просто потомок, а вот ты... ты уникальна!

Слышать это было приятно. Но...

- Мне кажется, ты несколько неправильно оцениваешь обстановку. Я себя защитить могу в любой ситуации. А ты?

Адриенна фыркнула.

- Возможно. Но ты слышала мою просьбу.

- Хорошо. Но я надеюсь никого больше не убивать, пока я здесь в Альмонте.

Как водится, Господь молитвы или не услышал, или не исполнил...

Или просто две даны притягивали неприятности. Но кто бы посмел им об этом сказать?

***

- Смотри, какие!

- Ух ты!

Мия и Адриенна и сами по себе выглядели эффектно. Поодиночке.

А уж вместе...

Мужчины просто шеи сворачивали.

Одна - хрупкая блондинка в голубом и воздушном, вторая - брюнетка, в черном и струящемся. У обеих одинаковые прически, у обеих совершенно невинный вид... не девочки - мотыльки.

Сейчас крылышками взмахнут, и взлетят над грешной землей. Они-то ничего плохого вовек не делали...

А что у Мии два стилета, удавка и короткий нож-засапожник, что у Адриенны засапожник и на запястье надет тяжелый браслет - не ручкой же бить!?

Если что, так в полную силу, металлическим украшением, только зубы брызнут...

Это и в голову никому прийти не могло.

И меньше всего Ахмеди-фраю. Он привез на предзимнюю ярмарку несколько фургонов с товарами, вот девушки и не утерпели.

Арайские товары! Шутка ли!

Шелка, каких не найдешь во всем Альмонте, украшения, приправы, духи, ковры, сладости...

Как тут устоять?

Никак!

И девушки упоенно копались в вещах.

Мия накинула на плечи Адриенны темно-синий палантин с серебряным узором.

Адриенна приглядела для подруги нежно-розовый шелк, шитый золотом...

Впервые девушки познавали тонкости дружеских отношений. И было им вместе - замечательно.

Они были слишком разными внешне. Они не делили ни сферы влияния, ни мужчин, ни работу... и могли совершенно искренне восхищаться.

А Ахмеди-фрай думал.

Ведь сокровище само в руки идет! Иначе это никак не назовешь...

Две такие красотки!

Да на невольничьем рынке в той же Ваффе... какая во имя Пророка - Ваффа?

Только столица!

И только закрытые торги!

Они могут попасть даже в гарем султана, да продлит Аллах его дни! А это не только деньги! Это связи, влияние, власть...

Остался самый крохотный вопрос. Как вывезти девушек в Арайю?

Хотя... это-то просто.

Пригласить их посмотреть украшения - настоящие. Те, что не для каждого, только для высокородных. И пусть приходят одни... ну, с минимумом охраны. Вот, как сейчас, один охранник за ними ходит... воистину, глупы северные люди! Отпускать девушек гулять по ярмарке! Вместо того, чтобы купцы приходили в дом и предлагали товары... даже не сами купцы, а жены купцов, девушки ходят самостоятельно! Безумие, не иначе! Такое сокровище надо прятать под чадру, чтобы не видели посторонние, и приставлять к ним серьезную охрану! Как минимум, четырех евнухов к каждой...

Кстати, девушек надо бы продавать только вместе.

И с каждой - служанку, евнуха и мальчика для услуг. Это сильно повысит их стоимость. Это ведь не крестьянки какие, это - благородные даны!

Итак... приглашаем!

Опоить, спрятать в фургонах, увезти... а там и сами свою выгоду поймут! Если не дуры.

А если и дуры - методика уж не первую сотню лет отработана. Все смиряются, и эти смирятся.

***

- Благородные даны, - голос Ахмеди-фрая звенел речным серебром, пересыпался мелким жемчугом, растекался медом. - Вадя столь прекрасных и благородных дев, мое сердце поет от счастья. А глаза мои плачут от горя, что не могу я предложить вам достойное вас обрамление. Моя вина - не могу я принести сюда самые роскошные украшения, достойные вас. Но если благородные даны соблаговолят навестить мой скромный обоз, я с радостью покажу вам такие камни, перед которыми это - пыль и прах.

Мия подняла брови.

- Еще лучше, ньор?

Ей очень понравилось колье из лазурита. Не для себя - для Адриенны, ей бы в цвет глаз...

Мия и не замечала, что подруга так же хищно приглядывается к ней - и к ожерелью из полированного янтаря.

- Если позволено будет сказать недостойному Ахмеди-фраю... те камни супротив этих, как солнце рядом с луной.

Мия подсмотрела на подругу.

- Сходим? Риен?

- Сегодня, наверное, уже нет, - засомневалась девушка. - Если только завтра...

- Смеет ли ничтожный умолять высокородных о милости?

- Смеет-смеет, - заверила Мия. - Слушаем, ньор Ахмеди?

- Прошу вас, умоляю не говорить об этих камнях никому. Здесь я не возьму полную цену, только в столице, но если о моем товаре узнают, я могу и не доехать до Эвроны, да не зайдет над ней солнце!

Звучало логично.

- Мы никому не расскажем, - заверила Адриенна. - Завтра... Мия, утром?

Девушки переглянулись, что-то прикидывая.

- Нет, Риен. Только к вечеру, утром у нас будут другие дела, - не соврала Мия.

- Значит, завтра к вечеру мы приедем к вашему обозу, ньор, - согласилась Адриенна.

Ахмеди-фрай снова рассыпался в любезностях.

***

Выйдя из лавки, девушки переглянулись.

- Мне одной кажется, что нас посчитали дурами?

Адриенна качнула головой.

- Не одной. Не кажется. Что будем делать?

- А что тут