Между долгом и честью - Алиса Волкова

— В следующий раз убью, — прошипел Дрейк и поднял голову, чтобы заглянуть рыцарю в лицо.

Он не помнил его имени, зачастую никогда не обращал внимания на то, как зовут того, кто в очередной раз разбивал ему лицо или избивал плетью. Это было ни к чему.

Рыцарь рассмеялся, а затем еще раз ударил, но в этот раз сильнее, а после вышел из комнаты, оставив Дрейка лежать на полу.

— Вставай. — Дрейку хотелось послать пришедшего Рикаса к черту, но вместо этого он ухватился за его руку и, превозмогая боль, поднялся.

И сейчас Дрейк словно перенесся в прошлое, наблюдая, как ловко Рикас избавляет от ошейника Андриэля, как когда-то Дрейка. Слишком болезненные воспоминания, Дрейк закрыл глаза и постарался прогнать их подальше. Сейчас он в безопасности. Сейчас он не тот беззащитный мальчишка над которым издевались. Он тот, кто без магии, а только при помощи ловкости, кулаков и клинка лично перерезал горло тому, кто издевался над ним. В честном бою. Они же сами смеялись, что смертельный исход возможен. Досмеялись.

— Андрас, ты позаботишься о нем? — Дрейк вынырнул из воспоминаний и принялся наблюдать за происходящим. И он, и Джеймс оставались просто сторонними наблюдателями, позволяя магической части их компании решать проблемы самостоятельно.

— Подожди, — прошептал Андриэль и взял Рикаса за руку. — Я должен был, понимаешь, должен?

— Рикас, — тут же встрял Андрас, — я был против, но считаю, что Андриэль рисковал не напрасно. Он… — Андрас осекся, остановленный жестом Рикаса.

— Мой брат граф Вайт. — Во взгляде Рикаса читалась гордость. — И я не собираюсь сомневаться в его решениях, если он так поступил, то считал, что иначе нельзя.

— Я, — Андриэль слабо улыбнулся разбитыми губами, — узнал все. Риордан даже не пытался скрывать. Он сам открыл мне сознание. Я видел, Рикас, видел. Ты тоже должен. Сейчас.

Рикас лишь кивнул и опустился перед ним на колени, дотронулся до висков, Андриэль положил руки на его плечи. Со стороны выглядело так, будто они просто смотрят друг другу в глаза, но Дрейк знал, что сейчас Андриэль ведет Рикаса по лабиринту собственных воспоминаний.

Секунды длились мучительно долго, Дрейк хотел узнать, что видит Рикас, но вместе с тем не был уверен, что хочет, чтобы сам Рикас это видел. Он чувствовал — то, что узнал Андриэль в Анталии, перевернет весь их мир с ног на голову.

Рикас отпрянул от Андриэля, несколько мгновений смотрел на него, а потом быстро и порывисто обнял. Дрейк бросил взгляд на Андраса, тот лишь кивнул, подтверждая, что ничего хорошего они не узнали. Дрейк подавил желание броситься к Рикасу, понимая, что сейчас это только их с Андриэлем время.

— Идите. — Рикас встал и перевел взгляд с Андриэля на Андраса.

Андрас кивнул, помог Андриэлю подняться и повел его из покоев. Джеймс последовал за ними. Рикас же замер, смотря на закрывшуюся дверь. Дрейк постоял в нерешительности, а после подошел к Рикасу и обнял его, крепко прижимая к себе. Сколько они так простояли, он не знал.

— Он видел их смерть, — Рикас говорил очень тихо. — Риордан предал их. Они умирали мучительно, он убил ее на глазах отца. Она горела, горела заживо. — Рикас дернулся из объятий, подошел к камину и сунул руку в огонь. — Он не причинит мне вреда, а ее уничтожил. Она кричала, она так кричала.

Дрейк молчал, понимая, что Рикасу нужно время. Тайна смерти родителей, мучавшая его столько лет, открылась, но радости не было. Дрейк ощущал лишь боль.

— Ирвинг. — Рикас встал и развернулся к Дрейку. — Риордан помогал Ирвингу, а Николас, Алеф и еще несколько магов — просто исполнители. Они хотели занять место моих родителей. Им нужна была эта чертова власть. Ирвинг знал, что Зевран и Кендра сместят его с должности. Ирвинг боялся их и нас, поэтому забивал плетьми, истязал в карцерах. Интересно, что они потом не поделили с Николасом… — В словах Рикаса было столько горечи и боли, что Дрейку хотелось лишь одного: забрать их себе. — Все ради мнимой власти.

— Но почему Риордан пошел на это?

— Его дочери угрожали. Она у Грегора, а значит, нам нужно вытащить не только Риордана, но и ее.

— Ты собираешься это сделать после того, что узнал? Он предал их. — Дрейк подошел к Рикасу.

— А ты сам сделал бы то же ради меня?

Дрейк молча обнял Рикаса. Ему не хотелось отвечать на этот вопрос, а еще он надеялся, что выбирать между чужой жизнью и Рикаса ему никогда не придется. Одно дело отдать свою, а совсем другое — забрать чужую.

— Мы должны найти Ареса. — Рикас отстранился и посмотрел на Дрейка. — Нам будет нужен его голос в Совете. Чтобы не только Дейдре, но и потомки великих родов были за нас. Иниас же оставил Аресу имя рода.

Дрейк лишь кивнул. Он бы предпочел убить Ирвинга, заставить его мучиться, но не сомневался, что Рикас поступит иначе. В свое время Рикас уже был одержим местью. Это закончилось плохо для всех. И, судя по всему, приговор был подписан невиновным.

* * *

Андриэль наблюдал, как Андрас колдует над его ранами — где-то тот использовал магию, где-то прибегал к помощи зелий и мазей. Становилось легче. Еще в школе он привык к травмам, ушибам, ссадинам, побоям. Порой даже с кровати не мог встать по несколько дней. И ведь главное, что об этом молчали, воспринимали как должное. Времена Иниаса, когда магам жилось легче, остались позади. Ирвинг закрывал глаза на побои, а Орден и совет оказывали ему всяческую поддержку. С приходом к власти Дейдре школа в целом перестала так сильно подчиняться королевской власти, а может, ей просто не было дела. Родители Андриэля как раз пытались это изменить, но Ирвинг и тут оказался впереди, а смерть Вайтов сильно пошатнула чашу весов в пользу его политики. Иниас, к слову, тоже погиб при странных обстоятельствах, а Арес просто растворился. Но сейчас Андриэль чувствовал, что они смогут все изменить. Род Вайтов снова станет значимым и весомым.

— Я все равно не одобряю того, что ты рисковал собой. — Андрас первым нарушил молчание, дотронулся кончиками пальцев до разбитой губы Андриэля, и рана моментально затянулась.

— Если бы Иниас и родители были живы, то никто не поступал бы с нами так. — Андриэль схватил ладонь Андраса и сжал ее. — Ты понимаешь, что я должен был узнать, кто за этим стоит. Я должен был знать имя предателя. И я