Побратим смерти - Дмитрий Силлов

— Как успехи? — поинтересовался Снайпер.

— Все, как договаривались, — невозмутимо отозвался Ингар. — Признаться, я думал, что мантикоре повезет больше, чем вам.

— Признаться, я тоже, — сказал стрелок. — Но, поскольку мы оба ошиблись, скажи-ка мне — когда мост будет закончен, что помешает тем пучеглазым сожрать нас в качестве закуски перед тем, как заняться пиратами?

— Странно, что ты не подумал об этом раньше, — усмехнулся маг Земли.

— Отчего же, еще как подумал, — хмыкнул в ответ Снайпер. — Пока ты занимался делами земельными, я первым делом отвел коней за холм и привязал их в рощице. Так что я больше о тебе забочусь. Боюсь, как бы твои рыбомордые кореша не сожрали своего благодетеля.

— Не сожрут, — покачал головой Ингар. — Они все видели. Мертвых мало что может напугать, но магии Огня они боятся. Так что не волнуйся, дракона и тех, кто пришел вместе с ним, они обойдут стороной.

— Ну вот и славно, — сказал Снайпер. — Тогда пойду гляну, что это за робот пришел к нам в гости так вовремя. Только ты никуда не уходи, ладно?

И недвусмысленно качнул портативным арбалетом, подобранным только что возле трупа Дирка.

Ингар возвел глаза к небу и ничего не ответил. Порой даже великим магам приходится помалкивать, особенно когда их колдовские силы на исходе и практически ничто не отличает колдуна от обычного человека…

Робот лежал на земле рядом с обгорелым трупом Хеллы. Передняя броневая панель боевой машины местами приварилась к корпусу, и оторвать ее нельзя было никакими силами. Хотя Тестомес честно пытался это сделать, используя меч одного из погибших воинов Дирка.

— Зачем тебе это? — поинтересовался Снайпер, подойдя ближе.

— Там внутри кто-то есть, — ответил маг Воздуха, утирая капли пота со лба. — Он только что шевельнул вот этим.

И показал на оплавленную культю робота.

— Нереально, — покачал головой стрелок. — От такого жара пилот должен был свариться заживо.

— Кто должен был свариться? — уточнил Тестомес.

— Неважно, — отмахнулся Снайпер, доставая из ножен Бритву. — Но ты прав. Кто бы там ни был, он спас нам жизнь и достоин нормальных похорон.

Нож, выкованный из артефакта далекой Зоны отчуждения, резал броневую сталь, словно это был лист толстого картона. Маг Воздуха, подошедший Лис и даже кутруб Окто с удивлением смотрели на эдакое чудо.

— Вот это я понимаю магия, — вздохнул Тестомес. — Постоянная, как хорошая жена. А тут не пожрешь как следует, не поспишь пару дней — и уже ничем не отличаешься от самого обычного бродяги.

— Соовсеем ничеем? — уточнил Окто, плотоядно облизнувшись.

— Но-но, полегче, — Тестомес на всякий случай отодвинулся от демона. — У всякого порядочного мага есть оружие последнего шанса, имей в виду.

Между тем Снайпер закончил резку по периметру. Лист брони грохнулся на землю под собственным весом, а следом за ним из нутра робота вывалился человек. Стрелок едва успел подхватить безвольное тело, после чего бережно уложил его на траву.

— Что с ним? — спросил Лис. — Он живой?

— Пока да, но это ненадолго, — сказал Снайпер, указав на неглубокую рану, перечеркнувшую плечо оператора. — Коготь мантикоры пробил место стыка брони и оцарапал его. Удивительно еще, что он не изжарился заживо и не задохнулся от дыма.

Губы умирающего шевельнулись.

— У этой модели… хорошая вентиляция… и система охлаждения, — с натугой проговорил он. — Спасибо тебе, Снар… что помог мне отомстить этой твари за Ксилию…

— Не благодари, — мрачно буркнул Снайпер. — Если б не ты, все бы мы погибли на этом берегу. Хотя, признаться, я не возьму в толк, как ты ухитрился забраться в робота без пароля.

— Не удивляйся, — прошептал умирающий. — Я разгадал твой пароль… Ты в бреду постоянно твердил странное имя «Сорок пятая»…

— Понятно, — еще мрачнее проговорил стрелок. — Думаю, больше этого не повторится. Все ненужные пароли и имена теперь похоронены на старом кладбище. Но как ты здесь оказался?

— Я разобрался с карателями, пришедшими сжечь мой дом… А потом пошел к старым развалинам… проверить, забрал ли ты свое оружие и доспехи… Понял, что вы с Ксилией не дошли до цели, и пошел вас искать… Я был на том кладбище, о котором ты говоришь, и прочитал следы… я хорошо умею читать следы… там, за сиденьем, забери…

Дальше было не разобрать, как Снайпер ни силился.

— Ты его знаешь? — тихо спросил Тестомес.

Стрелок кивнул.

— Его зовут Вард. Это его внучку мы сегодня похоронили.

— Береги память о ней, — внезапно довольно отчетливо прошептал старик, сжимая руку Снайпера. — Она любила тебя…

Стрелок закусил губу и ничего не ответил. Уже второй раз за сегодня он слышал за своей спиной тихие шаги той, чьим побратимом называли его в трех мирах. И опять она пришла не за ним, а за человеком, благодаря которому он вновь остался в живых.

— Почему не меня? — одними губами прошептал он.

«Еще не время», — тихо прошелестел бесплотный голос за его спиной.

Лицо старика разгладилось. Теперь оно было спокойным и умиротворенным, как у человека, ушедшего за Темный порог с чувством выполненного долга.

— Спасибо тебе, Вард, — сказал Снайпер. — За всех, кого ты сегодня спас от смерти, спасибо.

Он знал, что эти слова сказаны не зря и что старик, уходящий вдаль по Серой дороге, слышит его…

* * *

Последние мелкие комья земли коснулись берега и застыли на месте, спаянные магией. Южного предела больше не было. Остров снова стал частью материка. Правда, ненадолго — на то, чтобы вновь засыпать землей глубокий ров, заполненный водой, нужно было много часов и море магии. У Ингара не было ни того, ни другого, но он выполнил то, что обещал, — создал земляной мост, вполне широкий и крепкий для того, чтобы по нему смогла переправиться толпа утопленников.

Их было много, очень много — злобных, вечно голодных тварей, мечтающих лишь о плоти теплокровных существ, населяющих материк. И Ингар послал им четкий мысленный образ-указатель, который на человеческий язык можно было перевести однозначно: «Еда — там!» Образ был объемным, завлекательным, щекочущим скудное воображение мертвых: множество сильных, откормленных, вкусных людей, вставших лагерем возле города-крепости. И еще больше еды — там, за стенами города, где, помимо воинов, было немало нежных, мягких женщин и крохотных детей, тающих во рту…

Толпа утопленников, хлынувшая на берег, даже не взглянула ни на Ингара, от которого все еще пахло опасной магией Земли, ни на трех человек и демона, роющих могилу возле оплавленной груды металла — от этих еще более страшной магией Огня разило за версту. Когда впереди ждет роскошное угощение, вряд ли кто позарится на жалкую, заплесневелую хлебную корку, которой можно неслабо отравиться с непредсказуемыми последствиями для жизни.