Клятвопреступник. Ученик убийцы - Дж. Б. Редмонд

— Посмотри-ка на меня, парень! — потребовал лорд Болдрик.

Голос был тихим и спокойным, но прозвучал оглушительно, как раскат грома. Мальчику пришлось напрячь всю свою волю, чтобы поднять голову и взглянуть лорду-провосту в глаза. А когда он это сделал, то понял, что лорд Болдрик смотрит прямо в его грааль и в его душу.

Никогда время не тянулось для Арона так медленно. Еще немного — и он начнет кричать и корчиться в судорогах под этим холодным беспощадным взглядом.

— Я уже принимал в Триун детей с опасными талантами, Арон Вейлин, — сказал наконец лорд Болдрик, и в тоне его голоса не было ни дружелюбия, ни злости. — Только вот на них не охотился глава династии. Скажи, зачем мне взваливать на свои плечи такие заботы? Даже позволять тебе жить — немалый риск.

Ты ведь один раз уже едва не стал клятвопреступником!

Арон вдрогнул и посмотрел на Дари и лорда Кобба. Похоже, никто из них не собирается защищать его. Да и как бы они посмели? Они в приемной Болдрика, в его Сторожевой башне, в стенах его замка. Тогда Арон заглянул в глаза Стормбрейкера и…

Его ненависть к наставнику исчезла без следа.

Мужчина смотрел на лорда Болдрика с бесконечным уважением и даже преклонением, и Арон догадался, что этот человек когда-то спас Стормбрейкера, а после — защищал его и учил контролировать разрушительные инстинкты. Старший Мастер, с его способностью повелевать штормами и грозами, мог бы натворить немало бед, и потому лорд-провост стал его учителем, наставником и защитником.

Что же со мной теперь будет?

Разумеется, мальчик всегда понимал, что хочет жить. Однако Арон не ожидал, что слова лорда-провоста вызовут в нем такую бурю чувств! Все утро мальчик замирал от ужаса при мысли о том, что ему придется войти в ворота крепости и привыкать к жестоким обычаям Братьев Камня, но сейчас он вдруг понял, что больше всего на свете хочет остаться в Триуне. Да и куда еще он может пойти? Все, что ему осталось, — это пройти обучение в Гильдии, чтобы получить законное право наказать убийц своей семьи.

Арон решительно поднял голову. Он надеялся, что лорд Болдрик увидит в его глазах отчаянное желание стать Братом Камня. Пусть лорд-провост читает его мысли, смотрит в его душу и в сердце — если надо, пусть расчленяет его на куски своим пронзительным взглядом.

— Камень идет к Камню… — проговорил Арон, стараясь унять дрожь в голосе. — Я стал Камнем. Загляните в мое сердце, и вы увидите, что оно холодное и твердое, как лед!

Услышав такие слова, лорд-провост громко расхохотался, и от этого смеха у мальчика сжалось сердце. С чего это лорд Болдрик так развеселился?

Разве он не понимает, что решает мою судьбу, мое будущее?

— Арон с каменным сердцем, ха-ха! А как твое сумасбродное нападение на солдат Брейлинга?

Раздался новый взрыв хохота, и мальчику ужасно захотелось укусить лорда-провоста или сделать еще что-нибудь, что поможет заткнуть Болдрику рот.

— Ну и что? — дерзко спросил Арон, забыв о всякой осторожности. — Сейчас я не умею сдерживать свои чувства, но я буду усердно тренироваться! Отец всегда учил меня доброте, трудолюбию, чести и справедливости. Я буду очень стараться, чтобы заслужить звание Брата Камня. А потом, когда закончится война и все преступники будут призваны к ответу… Надеюсь, мне удастся расправиться с теми мерзавцами, которые убили моих родных. Я готов посвятить этому жизнь!

Все, что окружало Арона минуту назад, исчезло. Словно зачарованный, мальчик смотрел на загорелое, покрытое татуировками лицо главы Гильдии Камня.

— Значит, месть, — задумчиво проговорил лорд-провост. — Что ж, цель так же хороша, как и любая другая. Кому, как не Стормбрейкеру, знать об этом.

Что касается доброты, трудолюбия, чести и справедливости — все это прекрасно подходит будущему члену Гильдии. Думаю, ты справишься…

Арон открыл было рот, но испугался, что скажет лишнее. Вдруг лорд-провост передумает и изменит решение?

— Спаси… — робко начал мальчик, но в этот момент лорд Болдрик неожиданно сгреб его за ворот рубахи, мощным рывком поднял вверх и поднес к лицу.

Арону очень хотелось лягнуть обидчика, плюнуть в него, но мальчик боялся, что тогда Болдрик совсем его задушит.

— А что касается опасных талантов, — вкрадчиво проговорил лорд-провост, — именно я наказываю тех, кто нарушает закон. — Глава Гильдии Камня поучал болтающегося в воздухе Арона таким тоном, словно приказывал ему смахнуть крошки со стола. Перед глазами мальчика заплясали черные точки, но он боялся даже думать о сопротивлении. — Если ты хоть раз используешь свой грааль, чтобы причинить кому-нибудь вред, я без колебаний убью тебя собственными руками. Можешь не надеяться на яд — смерть тебе принесет стальной клинок! Никогда не используй грааль без моего приказа или без распоряжения Стормбрейкера и других наставников, понятно?

И лорд Болдрик с силой швырнул Арона на пол.

Мальчик несколько раз судорожно вдохнул и схватился руками за живот. Он живо представил себе, как лорд-провост острым кинжалом вспарывает ему кишки, как глаза Болдрика вспыхивают холодным блеском при виде брызгающей во все стороны крови. Этот человек будет наблюдать смерть с той же бесстрастностью, которая звучала сейчас в его голосе.

— Камень всегда играет честно, — продолжил лорд-провост с улыбкой, но в его глазах не было ни доброты, ни веселья. — Мы преследуем, деремся и убиваем, используя руки, ноги, зубы, мозги и оружие, но не врожденные таланты, которых лишены Осужденные. Ты меня понимаешь или я должен еще раз все объяснить?

— Понимаю, лорд-провост, — тихо сказал Арон и стиснул зубы.

Голос лорда Болдрика был сейчас мягким и приятным, но взгляд его с каждой фразой становился все более суровым.

— Твоя жизнь будет куда тяжелее, чем у остальных учеников. Не надейся на поблажки! Ты можешь остаться здесь только на моих условиях, а это значит — будешь делать все, что я потребую, в любое время дня и ночи. И если хоть раз кто-нибудь пожалуется на твое поведение, ты будешь немедленно изгнан из Камня и осужден за попытку совершить преступление! — Лорд-провост придвинулся к Арону, и мальчик вздрогнул, вспоминая его железную хватку. — Если хочешь остаться в живых, веди себя безупречно. Можешь не сомневаться, я буду наблюдать за тобой! Подумай хорошенько. Не лучше ли будет выбрать Суд и покончить со всем этим прямо сейчас?

От ужаса Арон потерял дар речи. Лорд-провост требует невозможного — никто не может быть совершенным! Но Суд означал бы для мальчика верную смерть — ведь сейчас его одолеет даже самый младший и самый слабый ученик Гильдии.

«Это несправедливо!» — хотел крикнуть Арон, но он понимал: лорд-провост — не отец, и взывать к его жалости бесполезно. К тому же он и сам знал, что серьезно провинился. То, что он пытался сделать с солдатами Брейлинга — это не детская шалость. Одно дело, когда ты дерзко разговариваешь с матерью или обижаешь сестренок, и совсем другое — когда едва не становишься клятвопреступником.