Магическое братство - Александр Сухов

– Кончай заливать, Нестр! Всякий раз одно и то же – чего-нибудь да наплетешь. Не дождешься – все равно под утро приду посмотреть, чем вы занимались на вашей рыбалке с хромым Полозом. Коль унюхаю бабий дух, живыми вы у меня домой не вернетесь.

– Ей-богу, не стращаю! Синоний по утряне поведал, а он врать ни за что не станет, потому как приверженец Смокла-правдодержца, и другие сказывали, Создателем клянусь. Высосали кровушку из младенца того без остатку, до самой последней капельки. Не иначе как таящихся в ночи работа – больше некому.

– Во-во, застукаю вас еще раз с этими распутницами Заурой и Валдой, все там и останетесь, – грозно предупредила ревнивая фурия.

Наткнувшись на полное непонимание домочадцев, Нестр прекратил всяческие попытки убедить кого-либо в правдивости собственных слов. Он обиженно махнул рукой и заторопился собирать рыболовные снасти. Отлучившаяся из столовой Марлина вскоре вернулась с объемистым узелком и одарила им заскочившего попрощаться мужа со словами:

– Держи, червячка ночью заморите. Старый Полоз привык рукавом закусывать, ты с него пример не бери, и так тощий – кожа да кости. Много не пей и чтоб баб этих…

Не договорив, женщина всхлипнула и прижала благоверного к своей могучей груди так, что у того косточки хрустнули. Гвенлин и Шмультик даже всерьез обеспокоились за целостность его ребер. К их несказанному удивлению, Нестру удалось выскользнуть из крепких объятий супруги целым и невредимым. Он подошел к приумолкшим гостям, чтобы попрощаться и пожелать им спокойной ночи:

– Вы это, отдыхайте, а завтрева, – он скосил хитрый глаз в сторону супруги, – бог даст, свидимся. – С этими словами он умчался, не забыв прихватить сверток с едой.

Гости еще немного посидели за столом, Шмультик поболтал с хозяйкой о том о сем, тем временем как Гвенлин вел перестрелку глазками с двумя весьма аппетитными особами, а вконец обессиленный обильной кормежкой Мандрагор пытался насильно впихнуть в себя последний пирожок с начинкой из протертой смоквы. Неожиданно Марлина спросила у демона о цели их поездки в Майран и сама же ответила:

– Верно, собираетесь принять участие в турнире?

Шмультик честно признался в том, что его приятель давным-давно влюблен, хоть и заочно, в прекрасную Илейн и жаждет сразиться за ее руку с целой армией претендентов. К великой досаде юноши, откровенность товарища нанесла ощутимый урон его репутации в глазах двух разом погрустневших девчонок. Увлекательная игра в гляделки тут же была прервана по их инициативе, а вместе с ней всякая надежда на дальнейшее развитие отношений. Короче говоря, бедняга Гвен получил полный облом и теперь поневоле должен был изображать влюбленного хоть в иллюзорный и далекий, но такой прекрасный образ принцессы. А хозяйка тем временем продолжала:

– От всего сердца желаю вам, господин Гвенлин, пройти все испытания и стать победителем. Даже несмотря на то, что мой благоверный в этом случае будет целую неделю поить всех окрестных алкашей и хвастаться перед ними тем, что сам Его Величество король Кангура оказал ему высокую честь. Однако вам стоит поторопиться. Претендентов на руку принцессы в столицу слетелось больше, чем коренных жителей. Поэтому Его Величество Фернан отдельным указом объявил о том, что состязания начнутся в последний день этой недели. Таким образом, в вашем распоряжении всего четыре дня, и, если вы хотите успеть, вам придется здорово поторопиться. Впрочем, если у вас хватит денег арендовать верховых лошадей, можно и не спешить – за пару дней доберетесь.

Поблагодарив Марлину за вкусный ужин и ценную информацию, Гвен и Шмультик прихватили спящего Мандрагора и отправились в предоставленные заботливой хозяйкой покои…

– Какие девки! – оставшись наедине с друзьями, воскликнул молодой человек. – Аж зубы сводит. Хороши обе, жалко, что малолетки, а впрочем, кто знает эти местные законы. Не удивлюсь, если узнаю, что их матушка была не на много старше своих дочурок, когда произвела на свет столь чудесное потомство.

– А мне больше понравилась Марлина, – честно признался Шмультик, чем привел своего друга в откровенное замешательство. – Не женщина – огонь, чисто инфернальная штучка…

– Шмуль, ты за ужином часом не перебрал персиковой? Тебе же человеческие женщины по барабану – сам утверждал, что предпочитаешь исключительно демонесс.

– Сам себе удивляюсь, Гвен. Действительно, я всегда считал, что только демоническое создание способно пробудить во мне инстинкт продолжения рода, оказывается, не только. Впрочем, в своем нынешнем обличье я вполне способен завести потомство – эдаких демонических человечков, и с недавних пор очень даже подозреваю, что по разным мирам шастают легионы отпрысков моих соплеменников. Недаром среди людей бытуют выражения: «демоническая личность», «сущая чертовка» и масса других, прямо или косвенно указывающих на то, что папочка или мамочка данного индивидуума имеет прямое отношение к моему родному Инферналиуму. Видишь ли, Гвен, более семидесяти лет я провел в условиях мужского коллектива, а там, сам понимаешь, не место гетеросексуальной любви по причине полного отсутствия самого объекта, так сказать. А сегодня едва увидел, так сразу же и ахнул. Значица, могу, и не только могу, но и сделаю при случае…

– А почему не сегодня? – не скрывая интереса, спросил юноша.

– Это невозможно. Ты видел, какими глазами Марлина смотрела на своего непутевого Нестра, как грозилась отомстить за измену?.. То-то и оно! – воздел палец к потолку Шмультик. – Любит она его. Разве не понятно? – Затем мечтательно добавил: – Если бы погостить здесь с недельку…

– Какая неделька, Шмуль? Ты слышал, что сказала хозяйка? Завтра с утреца мы отправляемся в Гальдан, покупаем там лошадей и во весь опор мчимся в Майран. Состязания начинаются через четыре дня. Кстати, почему ты так уверен, что у меня есть хотя бы один шанс из тысячи стать победителем? Слыхал, что сказала Марлина? Претендентов больше, чем жителей столицы, и немудрено, что каждый из них спит и видит себя зятем короля…

– Не боись, паря, наследник древнего инфернального рода Ши-Муль-Алан-д-Тик гарантирует, что победа будет за нами, поскольку, как любил говаривать великий генералиссимус Сталин: «Наше дело правое, враг будет разгромлен».

– И все-таки? – продолжал настаивать Гвенлин, отнюдь не подавленный авторитетом лучшего друга физкультурников.

– Знаешь что, Гвен, отвечу тебе парадоксальным слогом одного моего бывшего приятеля Марка Моисеевича Блюмкина: «Прекратите так усердно топтать мой душевный мозоль», – поморщился, словно от зубной боли, Шмультик. – По правде говоря, я пока и сам не знаю. Вот приедем на место, все как следует разузнаем, и только тогда можно будет приступать к разработке подробного плана операции.

– Ну ты и авантюрист! – обиженно воскликнул юноша. – А я-то думал, у тебя все схвачено…

– Только особо не переживай, то, что ты станешь мужем прекрасной Илейн, я тебе гарантирую, ибо вовсе не намерен торчать здесь еще семьдесят лет. А пока спи спокойно, товарищ, и не забивай свою голову чужими проблемами…