Дочь Бога - Владимир Пожарский

– Кстати, горничную лучше заводить постоянную с проживанием и не из местных. Чтобы не болтала лишнего в городке. Ты заметил рядом с трубами маленькие оконца с белыми рамами?

– Чердак?

– Это само собой! Но, скорее всего, там есть три-четыре комнаты для прислуги, – пояснил опытный в таких делах граф. – Кухарка тебе не нужна, кофе и горничная сварит, а обедать можно в ресторане. Давай – дом обследуем и поедем в город на разведку.

– Хорошо, – кивнул Рощин. – И пойдём уже с кухни, а то тут от пустых кастрюль ещё больше есть хочется.

– Точно!

Уже на ходу Влад, поморщившись, спросил у друга:

– Получается, что только приехали, и опять в Лондон тащиться за горничной?

– Да ты что?! – изумился Дорсет, доставая телефон. – Закажу в агентстве, и она сама сюда приедет. Какую тебе: англичанку, украинку, польку?

– Слушай, я ни разу ещё служанок не выбирал… – немного скуксился Рощин. – Может, с Наташей посоветоваться?

– Не надо. Я понял свою оплошность, всё будет хорошо, – Майкл похлопал Влада по плечу. – Пригласим филиппинку, и у Наташеньки не возникнет ни грамма ревности. Да и тебя голыми ляжками никто смущать не будет. Так спокойнее… и для здоровья безопасно. Поднимайся к нашим девчонкам, я догоню.

Рощин остановился на половине лестницы:

– Она только завтра приедет? А тут ночевать по уши в грязи…

– Через три часа постучится в дверь! Ну, максимум, через четыре, – граф уже соединился с агентством и красноречиво махнул рукой: «Не волнуйся!»

Ступени, устланные ярким когда-то ковром, привели Влада в длинный полутёмный коридор, освещаемый лишь двумя окнами с торцов, в начале и в конце. По обеим сторонам его располагался десяток массивных дубовых дверей с бронзовыми ручками. Художник заглянул в первую – кабинет прежнего хозяина. Тяжёлый как гроб стол, несколько кресел, широкая резная тумба красного дерева, уставленная напрочь запылёнными початыми бутылками виски и рома, и липкими бокалами на хрустальном подносе. Стены украшали пяток британских сельских пейзажей и портрет вельможи в парике. Рощин навскидку попробовал определить возраст полотен – лет двести, но потом заметил и точную дату в уголке одного холста – «1827». Окна кабинета выходили во внутреннюю часть парка, который тянулся и тянулся, насколько хватало обзора. Влад аккуратно примостился на хозяйское место за письменный стол. Серебряный нож для разрезания конвертов, бесполезный и неподъёмный чернильный прибор из какого-то поделочного камня, незаконченное письмо в культурный комитет Мэлдона, очки, пара оловянных солдатиков, раскрашенных под королевских гвардейцев, пепельница-лягушка. Среди всех этих важных и привычных только для их владельца вещиц, возвышался относительно современный, плоский монитор компьютера. Рощин потянул на себя выдвижной ящик стола и неожиданно ощутил себя неким мародёром. Словно он шарит по чужим карманам, грубо вторгается и разрушает веками устоявшийся порядок. Художник, даже не заглянув в ящик, вернул его в прежнее положение. «Успею ещё… потом, – решил он. – Пойду – лучше девчат отыщу!»

С девчатами Влад столкнулся в дверях кабинета. Они шумно обсуждали, что делать для борьбы с мышами. Серые, как выяснилось, прогрызли матрасы во всех четырёх спальнях, включая и хозяйскую. Наташа предлагала завести кошку, прагматичная Глория стояла за более радикальный и быстрый метод при помощи ядов и мышеловок. Рощин горячо поддержал близкую подругу:

– Сегодня же посмотрю в интернете объявления о продаже котят. Представляешь, тут же истинные короткошёрстные британцы! А матрасы мы новые купим…

– …И новое постельное бельё, – добавила Наташа.

– Легко! Ну, дайте, я всё же вначале все комнаты осмотрю, – Влад обнял свою девушку за талию. – Веди!

Все спаленки имели собственные ванные комнаты, а ночное пристанище владельца – ещё и обитый красным шёлком будуар и гардеробную, размером со всю арендуемую живописцем квартиру в Петербурге. Везде царило полное запустение, и хотя шкафы, диваны и зеркала, несомненно, имели для любого антиквара огромную ценность, живописца они не впечатлили. А, оглядев со всех сторон столетнюю бабушку-кровать с балдахином на четырёх витых палисандровых столбах в своей будущей спальне, Рощин промычал:

– Пожалуй, мы купим не только матрасы, но и кровати… На этом ложе спать без каски на голове нельзя.

– Молодец! – одобрила Глория. – Тут можно и грибок какой-нибудь подхватить. Зовём Майкла и едем в магазин.

– Только не надо ничего выкидывать, – попросила Наташа. – Не будем, – успокоил её Влад. – Там дальше по коридору ещё три двери, что там?

– Две комнаты пустые, а третья заперта, – отрапортовала медсестра. – Может у тебя ключ есть?

– Связка большая. Попробуем! – Рощин вышел из спальни и бодро зашагал к таинственной двери. – Вдруг, там комната Синей Бороды!

– Не пугай! – Глория легонько толкнула Влада в спину. – А вот огромная крыса вполне может оттуда выскочить. И укусить отравленными зубами. Или привидение старого маркиза…

– Сама-то, что делаешь! – возмутилась Наташа. – От ваших слов жуть пробирает. Куда Майкл запропастился?

За запертой дверью находилась всего-навсего узкая комнатушка с лестницей наверх. Рощин вместе с девушками забрался по ней под самую крышу.

– Так вот, где комнаты прислуги, – выдохнул Влад, указывая на несколько простеньких дверей в деревянных стенах обширного холла. – Поглядим, как им тут жилось…

Четыре небольшие светёлки, оклеенные недорогими обоями с цветочками, со скромной и однообразной мебелью: металлическая пружинная койка, пара стульев, платяной шкаф. Правда, тут же на чердаке размещался собственный душ и туалет. Один на всех. Удивительно, но здесь было гораздо чище, чем на втором, барском этаже.

– Вот и славно! – громкий голос Дорсета, чуть ли не с эхом, раздался на чердаке. – На трёх горничных места хватит!

Сразу повеселевшие девушки мигом вылетели навстречу графу из комнатки служанки. Рощин немного замешкался у оконца, высматривая дальнюю границу парка. Даже отсюда, с такой верхотуры он не увидел её – деревья плотным строем тянулись до самого горизонта. Когда он, наконец, оторвался от такого приятного зрелища и присоединился к друзьям, то застал уже не просто расспросы, а допрос с пристрастием.

– И откуда эти горничные? Надеюсь, не из Румынии? – капризно надув губки, допытывалась Глория. Майкл уже поведал про свой звонок в агентство по найму прислуги, но его любимую медсестру интересовали подробности. Наташа молчала, но с широко открытыми очами.

– Какая Румыния?! – оправдывался граф. – Хватит уже припоминать! Скоро на такси приедут три филиппинки и займутся уборкой. А мы должны успеть до них, съездить в город и пообедать.

Услышав про гражданок из Юго-Восточной Азии, Глория заулыбалась и чмокнула Дорсета в щёку:

– Умница моя!

– Знаю, – буркнул тот. – Ладно, пошли к машинам…