Принц Дома Ночи - Франциска Вудворт

– Целуя, светлый делится своей силой, и если девушка впитывает ее, то она отражается солнечным светом в глазах.

– Как это? – не поняла я.

– Глаза как будто светятся. – Ну, ничего себе! – А он це?.. – Марайя стушевалась и замялась.

– Нет! – улыбнулась я ее смущению.

– А как же тогда?.. – опять не договорила и засмущалась Марайя.

– Похоже, я смогла впитать его силу и без поцелуя.

Мы еще порылись в книгах, но больше ничего примечательного не нашли. К сожалению, мы также не встретили упоминаний о женщинах, обладающих иммунитетом к воздействию светлых. «Ладно, – решила я, – кристаллов еще много, и это вопрос времени». Кстати, о времени – за поисками оно пролетело незаметно, и нас позвали обедать. Вернее, меня неожиданно обняли и сообщили, что нашли. Мы с Марайей просто подпрыгнули от неожиданного появления Ворана.

– Что ищете? – поинтересовался он.

– Читаем вашу историю, – пояснила я. – А ты знал, что Мисси, жена Хазара, тоже обладала невосприимчивостью к воздействию?

– Она загадка в нашем роду, – вспомнил Воран, – неизвестно откуда появилась и так же исчезла.

– Жаль, что нигде не написано, была ли она подвержена влиянию светлых.

– Милая, я хотел бы с тобой поговорить, – сменил тему Воран.

Марайя тут же оставила нас наедине. Он сел на ее место и посмотрел на меня.

– Я тут заметил на наших слугах интересные браслеты. Ты ничего не хочешь мне сказать?

– Это я распорядилась выдать всем женщинам.

– Ты знаешь, что они означают? – По лицу Ворана нельзя было понять, как он к этому относится.

– Что они под нашей защитой.

– И все?

– А что еще?

– Помимо всего прочего, теперь никто, кроме меня, не имеет права их судить или наказывать.

– Они наши люди, это нормально, – если он считал, что я раскаюсь в своем поступке, то глубоко заблуждался.

– Зачем ты это сделала? – спокойно спросил он, но я начала подозревать, что он все же зол.

– А что бы было утром, если бы Эрин вместо меня позвала Марайю посмотреть щенков? – Воран не ожидал такого вопроса и смутился. – Ты бы подарил ее Крэгу? – в моем вопросе прозвучали нотки злости.

– Ты не понимаешь… – начал он.

– Я понимаю, что в нашем доме не потерплю принуждения, и неважно, кто это будет: Марайя или просто служанка! – Вот, я это все же сказала. Мы скрестили взгляды и уступать я была не намерена. Он задумчиво смотрел на меня, а потом хохотнул.

– Хорошо, – сдался он. – Пошли обедать.

– И все? – я как-то не ожидала такой быстрой капитуляции.

Он встал и протянул мне руку. Я вложила в его ладонь свою, и мы пошли к выходу. Он открыл дверь и, пропуская меня вперед, произнес:

– Милая, помимо наказания, ведь и приказывать им можем теперь только я или ты, – вздохнул он, а потом тут же опять хохотнул. – Нас посетили несколько лордов из близлежащих земель, интересно будет понаблюдать за их общением со слугами.

* * *

За столом собралось гораздо больше людей, чем утром. Присутствовали люди Крэга, и несколько лордов прилетели выразить свое почтение. Никогда еще я не испытывала такой явной антипатии при первой встрече, как при знакомстве с новоприбывшими гостями. Разодетые как павлины, они бросали высокомерные взгляды на Крэга и его людей, всячески демонстрируя свое превосходство. Марайю же они просто раздевали взглядами, отметив на руке браслет. Когда мы садились за стол, то лорд Уинтроп этак между прочим поинтересовался: «Неужели мы допускаем к столу и слуг?» Я даже сначала не поняла, о ком он. Его же взгляд прожигал Марайю. Ее лицо начала заливать краска, возникла неловкая ситуация.

– Лорд Уинтроп, – ледяным тоном ответила я, – видно, в вашем возрасте вы страдаете близорукостью, так как не способны отличить леди от служанки. Я жду ваших извинений, так как вы оскорбили мою подругу леди Марайю, дочь Борка Стэнхолда.

– Я просто увидел на ее руке браслет… – немного смешался Уинтроп.

– А что не так с браслетом?

– Если леди гостит у вас и находится под покровительством, а не работает, то браслет должен быть золотым, – пряча ехидные нотки, пояснил он. Вот блин! Похоже, это моя ошибка.

– Лорд Уинтроп! Я еще плохо знаю такие тонкости, и мне простительна такая ошибка. Леди Марайя достаточно воспитанна и не поправила меня. Жаль, что многоуважаемому лорду воспитания как раз и не хватило. – Я заслужила злой взгляд лорда, и он заткнулся. Воран не вмешивался в нашу перепалку, лишь его глаза подозрительно блестели.

– Лорд Уинтроп, я так и не услышала ваших извинений, – напомнила я.

– Вы еще плохо знаете тонкости этикета, – зло ответил он. – Не пристало лорду извиняться перед дочерью Борка, я значительно выше по положению.

– Вы знаете, в такой ситуации я теперь хорошо понимаю смысл выражения «высокомерная свинья», – между прочим сказала я.

Лорды бросили на меня возмущенные взгляды, люди Крэга усиленно прятали усмешки.

– Госпожа! – завопил Уинтроп, яростно тряся своим вторым подбородком.

– А я думала, воспитанные люди за столом не кричат, – так же между прочим прокомментировала я.

– Да вы… – в бешенстве цедил Уинтроп.

– Лорд Уинтроп, вы что-то хотели сказать моей жене? – ледяным тоном поинтересовался Воран. И вот как-то он это так спросил, что лорд тут же побледнел и заткнулся.

Дальше беседа потекла в безопасном русле.

– Госпожа, а к какому сословию вы принадлежали на Земле? – поинтересовался у меня лорд Рогон спустя какое-то время.

– К счастью, в моей стране нет сословий. У нас каждый человек обладает равными правами при рождении.

– Почему же к счастью? – удивился лорд.

– Потому что мы привыкли уважать людей за личные качества и достижения, а не за то, в чьих семьях им повезло родиться.

– Жаль, что у вас нет благородных семей, способных передать традиции и устои.

– Ну почему же жаль, ведь даже некоторые ваши благородные семьи оказались способны передать своим отпрыскам лишь ослиное упрямство, высокомерие и неспособность признавать свои ошибки. – Я бросила взгляд на лорда Уинтропа.

Крэг уже открыто смеялся, слушая нашу беседу. У лорда же Рогона пропало желание задавать мне вопросы. Его внимание отвлекла служанка, у которой на руке был серебряный браслет со знаком нашего Дома. Думаю, от удивления он потерял дар речи. Служанка же, накладывая салат с морепродуктами лорду Уинтропу, умудрилась уронить креветку на жабо его рубашки так, что тот ничего не заметил. Судя по тому, как она подмигнула Марайе, сделала она это не случайно.

– Что она себе поз… – начал возмущаться лорд Рогон, заметивший сии манипуляции.