Дорогой чужого проклятия - Дарья Быкова

– Человек спит, разве не видно? – попыталась ворчливо пристыдить девчонок, но не удержалась и, расплывшись в улыбке, бросилась обнимать болтушек. Да, я видела их перед свадьбой, но тогда не ощутила почти ничего, теперь же я была очень-очень-очень им рада.

– Ну ты даёшь, Айка! – повторила Кати. – Бедный лорд! Какое у него было лицо!

Они с Лизкой расхохотались. И я, против воли, к ним присоединилась. Стыд немного отступил, но до конца не ушёл – я должна была намного раньше и решительнее отказать лорду Мэррою. А не устраивать публичный скандал.

– А что было, когда я… ушла? – решилась, наконец, спросить. У родителей спросить просто не смогла, мы вообще весь вечер избегали этой темы, беседовали о каких-то совершенно отвлечённых и обыденных вещах.

– Когда ты избила двоюродного брата короля и сбежала? – не стала щадить меня сестра. Тут она выдержала драматическую паузу и быстро закончила. – Лорд тоже сбежал. Пробормотал что-то о том, что невеста не в себе, и слился. И тут слово взял король.

– Ой, – прижала я руку ко рту.

– Ой, – охотно согласилась Лиза. – Но он очень хорошо сказал. О нелёгких испытаниях, которые выпали на твою долю и долю жениха, о вашем вкладе в налаживание отношений с Сандерландом… и что лорду следовало прислушаться к рекомендациям целителей и не торопить тебя со свадьбой.

– Уф, – сказала я, выдыхая. Оказывается, я не дышала с момента упоминания короля. А в моей голове уже крутились мысли о бегстве в Сандерланд. Неужели всё обошлось?

Возможно, у короля на Мэрроя тоже зуб? Или хорошие отношения с Сандерландом важнее, чем месть за родственника? Или просто такое объяснение Его Величество счёл наименее оскорбительным?

Мы проболтали не меньше трёх часов, и, кажется, я заснула посреди рассказа Кати о её творческих планах – она была певицей. Мне было хорошо и спокойно, и сны, если и приходили, то совершенно не запомнились.

* * *

– Нет, – сказал Шеррайг. И смягчил. – Мороженое будешь?

Признаться, такой категоричности я не ожидала. Предвидела, что он захочет оставить меня здесь, в безопасности, но думала, что легко его уговорю. Взял же он тогда, полтора месяца назад, меня с собой?

Я растерянно моргнула и послала элронцу расстроенный взгляд.

– Почему? – пришлось спросить словами. Взгляд Шеррайг заметил, но лишь поцеловал мне руку. Что-то внутри подбивало добавить "я тебе надоела?", но это показалось мне каким-то уже эмоциональным шантажом, а не конструктивным диалогом, и я не стала. Вместо этого кивнула. – Буду. Шоколадное.

– В основном потому, что ехать опять через проклятый лес. А ты и так к нему слишком привязана… Я бы сначала показал тебя специалисту, а потом пускал в лес.

– Так давай съездим к твоему специалисту, – покладисто согласилась я, снова начиная надеяться на совместное путешествие.

– Он сейчас в отъезде, – вздохнул элронец. И добавил. – Ты помнишь, что вчера опять приходила?

– О! – удивилась я. – Так вы с Ягхаром действительно знакомы? Я была уверена, что это самый обычный сон.

– Мы с Ягхаром, – имя он выделил интонацией, – знакомы довольно хорошо. Но от тебя я ожидал услышать, скорее, "инквизитор д'Арго", а не Ягхар! – почти ревниво сказал, что никак не вязалось со смешинками в его глазах. Так что оправдываться я и не подумала. Вместо этого неожиданно призналась:

– После этого я была в лесу.

Уточнять что за лес не требовалось. Вообще, я не планировала рассказывать об этом. Ничего важного в путешествии Эда через проклятый лес я не увидела, а расстраивать и лишний раз волновать элронца мне не хотелось. Но теперь пришлось рассказывать. Основная мысль, которую я пыталась донести, и вроде успешно, – в лесу я буду рядом в любом случае. Либо во плоти, либо нет. Но буду.

– Ладно, – сказал Шеррайг, и мне вспомнился сразу Гио. – Чуть что – я тебя телепортирую в Орден, и ты сидишь там, пока я за тобой не вернусь. Если я по каким-то причинам не могу тебя перенести, или меня рядом нет, сама переходишь в проклятый лес.

– Сама? – недоверчиво спросила я и чуть не уронила наполовину съеденное мороженое прямо на землю. – Как это сама?

Мы чинно устроились на скамейке в парке, на мой взгляд, даже слишком чинно – как и полагается девушке благородного происхождения и её ухажёру – на расстоянии полуметра. Вдобавок ко всему, по настоянию мамы я надела платье, пошитое буквально неделю назад, по последней моде – я ведь теперь снова «фон». И сейчас я чувствовала себя практически куклой. Очень чопорной куклой. Это ощущение мне дюже не нравилось.

– Как и вчера, – спокойно сказал Шеррайг, задумчиво щурясь на солнце.

– Нет-нет-нет, – открестилась я. – Это было в состоянии аффекта. И вообще… – тут я застеснялась, но всё же закончила. – Я шла за тобой, а не от тебя. – И без перехода, чтобы как-то сгладить неловкость, которую, правда, испытывала только я. – Я похожа в этом на куклу?

И потеребила рюшечки на платье. Мода Сандерланда нравилась мне как-то больше. Особенно возможность ходить в брюках.

– Немного, – улыбнулся элронец. – Но крайне очаровательную.

– А кто тебе Софи? – задала я крайне волновавший меня когда-то вопрос. И смутилась – он мне только-только предложение сделал, а я уже допрос устраиваю…

– Сестра, – огорошил меня жених.

– Но вы совершенно не похожи… – начала было я. И осеклась под насмешливым взглядом. Ах да, если Шеррайг так ловко меняет внешность, то почему бы и его сестре не иметь такой талант… но всё же невероятно.

– А Эд? – спросила я, будучи готовой, как мне казалось, ко всему.

– Племянник, – сообщил мне уже известную легенду элронец.

– Он выглядит старше тебя, – угрюмо сообщила я.

– Эд – сын Софи, – пожал плечами Шеррайг. И добил меня. – Младший.

– Что-что-что?! – спросила я явно громче, чем следовало. На нас стали оборачиваться и коситься.

– Хочешь к морю? – спросил элронец, и через минуту – как только скрылись от любопытствующих глаз, мы шагнули к морю.

На море были волны, высокие, выше меня ростом, так что купаться не вышло бы, будь даже у меня с собой купальный костюм. Но так, в непогоду, море мне нравилось гораздо больше. Так оно было более искренним, сильным, опасным и величественным. А главное – берег был совершенно пуст.

– А почему опять через проклятый лес? – спросила у Шеррайга, не отводя взгляд от моря и чувствуя, как на лицо ложатся лёгкие солёные брызги, а ветер трепет причёску.

Вопрос с родословной Эда и возрастом Софи я решила отложить на потом. Как-то это было слишком для моего воображения. Я уже очень сроднилась с мыслью, что Софии-Елене не больше двадцати пяти. И вдруг такой поворот!

– Нам надо к эльфам, – огорошил Шеррайг меня ещё раз. – А они к чужим порталам относятся крайне негативно. Да и вообще, к чужим.