Волк среди теней - Дэвид Геммел

— Вы же не собираетесь меня убить?

— Собираюсь, пастырь.

— Но почему?

— Такая мне блажь пришла! — прошипел Шэнноу. — Не терплю разбойников.

— Я тоже! Ведь я служитель Божий!

— Навряд ли. — Шэнноу быстро шагнул к Риддеру, ухватил его за лацканы черной куртки и притянул к себе. — Открой рот!

Риддер в ужасе подчинился,, и Шэнноу всунул ему между зубами ствол пистолета.

— Теперь слушай меня, Пастырь, и запоминай каждое слово. Ты отведешь меня к тем двум, которых захватил сегодня, и мы выберемся отсюда вчетвером. Это твой единственный шанс остаться в живых. Понял?

Риддер кивнул.

— Ну, на случай, если ты думаешь, что чуть мы выйдем отсюда, твои стражники тебя выручат, запомни: я не боюсь смерти и заберу тебя с собой в Ад. — Шэнноу убрал пистолет в кобуру. — Утри пот с лица, Пастырь, и идем.

Бок о бок они прошли по коридору и спустились по нескольким лестницам. В лабиринте сумрачных коридоров Шэнноу вскоре утратил всякое ощущение направления. Воздух был затхлым. Несколько раз они проходили мимо часовых, отдававших Риддеру честь. Наконец они вошли в тускло освещенное помещение, где за столом шесть человек играли в кости на медяки. Все были вооружены пистолетами и ножами.

— Поднимите клеть! — приказал Риддер, и они бросились к сложной системе блоков и канатов перед открытым стволом шахты. Дюжий детина с ручищами, как два окорока, начал вращать железную ручку, и через несколько секунд из глубины шахты поднялось подобие огромного ящика без передней стенки. Риддер шагнул внутрь, Шэнноу последовал за ним. Там на веревке висел небольшой колокол. Дергаясь и раскачиваясь, клеть опускалась во тьму. Шэнноу смигнул пот с глаз, а клеть все опускалась и опускалась.

После того, как словно вечность миновала, они достигли нижнего яруса. Риддер позвонил в колокол, клеть остановилась, и они вышли в полутемный туннель, где было душно от вони человеческих испражнений.

Шэнноу закашлялся, борясь со рвотой, и судорожно сглотнул. Риддер остановился и указал на несколько дверей с задвинутыми снаружи засовами.

— Я не знаю, в какой они именно. Но во всяком случае, в одной из них.

— Открой все двери.

— Вы с ума сошли? Нас растерзают в клочья!

— Сколько тут человек?

— Да около пятидесяти. И примерно шестьдесят волчецов.

На щеках Шэнноу заиграли желваки. Дверей было только шесть.

— За каждой у вас заперто по двадцать человек? И вы называете себя служителем Божьим? — Шэнноу в бешенстве ударил Риддера по уху так, что сбил его с ног. — Вставай и отпирай двери! Каждую Богом проклятую дверь!

Риддер подполз к первой и обернулся к нему.

— Вы не понимаете. Рудник необходим всей общине. Мой святой долг — заботиться о моей пастве. Я бы не использовал людей, не будь я к этому вынужден. Я использовал волчецов, но легочная лихорадка убивала их десятками.

— Открывай дверь, пастырь! Посмотрим на твою паству.

Риддер вытащил засов из скоб и распахнул дверь. Во мраке за ней ничто не шевельнулось.

— Теперь остальные.

— Во имя Бога…

— Ты говоришь о Боге здесь?! — закричал Шэнноу, а из мрака на смутный свет вышла темная фигура, и он попятился от неожиданности. Существо ростом футов в пять, покрытое шерстью. Лицо вытянуто в карикатурную форму не то волка, не то собаки, но глаза человеческие. Обнаженное тело все в язвах. За ним появились и другие такие же существа. Словно не замечая Риддера и Шэнноу, они проковыляли к ларю у дальней стены и остановились, апатично глядя в никуда.

— Что в ларе? — спросил Шэнноу.

— Их инструменты. Они думают, что им пора на работу.

— Все двери, Риддер!

Седовласый пастырь, спотыкаясь, переходил от одной темницы к другой. В предпоследней Шэнноу увидел над маленькими волчецами окровавленное лицо Бетика.

— Шэнноу?!

— Сюда! Быстро!

Бетик протолкался через бессмысленно топчущихся рабов, и Шэнноу протянул ему капсюльный пистолет.

— Оставайся тут с этой мразью, — сказал он, кивнув на Риддера. — Я поднимусь наверх. А этим постарайся растолковать, что они свободны.

— Так их же снова изловят! Давай выберемся отсюда, пока можно.

— Делай так, как я говорю, Бетик, или я оставлю тебя здесь! Где Арчер?

— Лежит без сознания. Они забили его почти насмерть. Нам придется его нести.

— Придумай что‑нибудь, — сказал Шэнноу, входя в клеть.

— Тебе хорошо говорить! — огрызнулся Бетик. — А я оставайся тут внизу с недоношенными волками и сооружай носилки!

— Вот и прекрасно!

Шэнноу позвонил в колокол. Клеть поползла вверх, и подъем тоже казался бесконечным, но в конце концов он вышел в освещенное помещение, где шестеро стражников вращали ручку ворота.

— А где менхир Риддер? — спросил дюжий детина.

— Скоро поднимется, — ответил Шэнноу, вынимая пистолет. — Опускайте клеть!

— Что, дьявол возьми, это означает?

— Смерть, мой друг, если вы не будете точно выполнять то, что вам говорят. Спускайте клеть!

— Ты думаешь совладать с нами всеми?

Пистолет Шэнноу рявкнул, и один из стражников отлетел к дальней стене с пулей в сердце.

— А ты думаешь, я не сумею? — прошипел он.

Детина начал вертеть ручку ворота с таким усердием, словно от этого зависела его жизнь.

Как, впрочем, и было.

Не прошло и часа, как большинство рабов удалось поднять на верхний ярус, однако Бетик сказал, что некоторые волчецы не сдвинулись с места, а продолжают безмолвно сидеть, уставившись на ларь с инструментами. Он даже не был уверен, что они поняли, чего он от них хотел.

Шэнноу спустился к ним и увидел, что они сидят перед ларем, сбившись в тесный полукруг. Ларь не был заперт, и он откинул крышку. Там лежали кайла и ручки к ним. Он роздал их тупо ожидающим волчецам. Те встали и построились вереницей лицом к черному туннелю, ведущему в рудник. Шэнноу подошел к первому, мягко взял его за плечо и повернул к клети. Когда волчец покорно направился к ней, остальные пошли за ним.

Шэнноу позвонил в колокол и выждал, пока клеть не скрылась из вида. После чего проверил все шесть темниц. В одной он нашел семь трупов, ссохшихся и худых, как скелеты; в соседней два трупа начали разлагаться, и смрад стоял нестерпимый. Он заставил себя зайти в остальные четыре. В последней у стены скорчился Риддер.

— Я не виноват, — сказал Риддер, глядя на труп мальчика лет одиннадцати.