Вампир и девственница - Керрелин Спаркс

— Нам нужно проверить все места, куда Казимир телепортировался прежде, — сказал Робби. — Одно из этих мест — его точка телепортации.

— Я согласен, — кивнул Ангус. — Мы знаем, что ему нравилось бывать в объединении Аполлона в Мэне, — он повернулся к Джеку. — Ты хорошо знаком с этим местом. Телепортируйся туда.

Возьми Лару, Золтана, Михаила, Остина и Дарси.

— Да, сэр, — Джек повел свою группу в оружейную комнату в задней части офиса, чтобы они могли выбрать оружие. Он исчез, забрав с собой Лару.

Через несколько секунд раздался телефонный звонок. Коннор нажал на кнопку громкой связи.

— Мы здесь, — сказала Лара. — Кажется, здесь тихо… — она продолжала говорить, а Золтан и Михаил сосредоточились на ее голосе. Они телепортировались, забрав с собой смертных Остина и Дарси.

— Казимир также может телепортироваться в дом Ковена Нового Орлеана, — сказал Ангус. — Их надо предупредить.

— Я пойду, — предложил Финеас.

Робби фыркнул. Он знал, почему Финеас так рвался в Новый Орлеан.

— Иди, — сказал Ангус. — Позвони нам, если тебе понадобится помощь. И оставайся на связи со Станиславом, вдруг он что-нибудь услышит.

Финеас захватил из арсенала какое-то оружие и телепортировался.

— Иен и Тони, — Ангус внимательно посмотрел на их. — Я хочу, чтобы вы отвезли Шанну и детей в Академию Дракона. Оставайтесь в школе. Охраняйте всех детей.

Челюсть Йена раздраженно дернулась.

— Если начнется сражение, тебе лучше позвонить мне.

— Обязательно, — заверил его Ангус. — Нам понадобится каждый доступный воин. На самом деле, нам могут понадобиться молодые ребята Фила, — он повернулся к Альфа-оборотню. — Как проходит обучение? — Два самых старших мальчика достигли статуса Альфы, — ответил Фил. Он жил в Академии Дракона вместе с Вандой. Пока она преподавала рисование, он тренировал молодых оборотней, которых нашел в Вайоминге. — Они готовы сражаться.

— Хорошо, — Ангус взглянул на Дугала, который телепортировался сюда из Техаса. — Я оставляю вас с Говардом здесь за главных. Роматек может стать главной целью, если Казимир решит что-то взорвать.

Дугал кивнул.

— Мы в деле.

— Остается только Южная Дакота, — сказал Робби.

Прошлым летом Казимир телепортировался туда с небольшой группой Недовольных. Он привел туда Робби, чтобы пытать его.

— Мы с Эммой сейчас отправляемся туда, — ответил Ангус. — Коннор и Карлос, вы с нами, — он задумчиво посмотрел на Робби. — И ты тоже можешь пойти, если хочешь.

— Да, — сердце Робби забилось быстрее, когда он вошел в оружейную. После стольких месяцев ожидания, он сможет отомстить.

Через десять минут Робби и его спутники материализовались в палаточном лагере к югу от горы Рашмор. Именно здесь вампиры застали врасплох группу Недовольных. Многие Недовольные умерли. Другие бежали.

Шон Уилан из команды ЦРУ помогал с уборкой. Недовольные напали на невинных туристов, держа их в плену и питаясь ими, пока те не погибали. Уилан опубликовал в прессе статью, в которой обвинил в гибели людей вымышленную неонацистскую группу фанатиков.

Этот лагерь — проклятое место для смертных, думал Робби, обыскивая вместе со своими товарищами маленькие деревянные хижины.

Внутри никого не было, но оставленная одежда и туалетные принадлежности указывали на то, что ими пользовались.

— Это плохой знак, — пробормотал Робби, когда они направились к главному домику.

Карлос внезапно остановился с выражением отвращения на лице.

— Я чувствую запах смерти.

Они бросились в домик, держа оружие наготове. Слишком поздно. Восемь тел лежали на полу, полностью обескровленные, с перерезанным горлом, чтобы скрыть колотые раны.

— О, нет, — Эмма прижала ладонь ко рту.

Коннор опустился на колени, осматривая тело мужчины.

— Он умер совсем недавно.

— Казимир все еще может быть где-то поблизости, — сказала Эмма.

Ангус уже достал свой сотовый телефон и набрал номер.

— Джек, ты и твоя группа нужны нам здесь.

Робби позвонил Финеасу в Новый Орлеан. За несколько минут их число увеличилось более чем вдвое.

— Рассредоточьтесь, — приказал Ангус. — Если вы найдете их, затаитесь и позвоните нам. Мы будем сражаться с ними вместе.

Робби на вампирской скорости помчался к пещере. Какая была бы поэтическая справедливость, если бы он мог убить Казимира в том же месте, где этот ублюдок пытал его. Он остановился у входа, доставая фонарик, который положил в свой спорран. Даже с его превосходным ночным зрением, он должен использовать дополнительное освещение в пещере.

Эмма и Ангус подбежали к нему и остановились.

— У нас было предчувствие, что ты придешь прямо сюда, — сказала Эмма.

Ангус нахмурился.

— Не бери его на себя.

Робби дернул плечом.

— Я еще не нашел его.

Ангус достал фонарик из своего споррана и включил его.

— Иди первым.

Они двинулись вниз по главное шахте. На каменном полу лежали потушенные факелы, сделанные из тростника. Когда тропинка разделилась надвое, Робби пошел налево, а Ангус и Эмма — направо.

Пещеры казались пустыми. Не было зажженных факелов. Никаких голосов, бормочущих и отдающихся эхом в отдалении.

Робби направился прямиком в маленькую пещеру, где его держали в плену Недовольные.

Круг света от его фонарика двигался вдоль каменных стен. Запах крови все еще витал в воздухе. Луч света упал на стул. Деревянная рама была шаткой и покосившейся от его яростных попыток освободиться. Серебряные цепи свисали со спинки стула, рассыпаясь по каменному полу.

Эти цепи удерживали его на стуле, обжигая плоть и не давая возможности телепортироваться. Кровь — его кровь — окрасила пол в темно-бордовый цвет.

Темные воспоминания вспыхнули в его голове.

Вся боль, все унижение и отчаяние вернулись назад, как будто это случилось только вчера вечером. Луч фонарика дернулся, когда его рука задрожала от ярости.

— Я так и думал, что ты будешь здесь, — тихо сказал кто-то позади него.

Он резко обернулся и увидел Коннора у узкого входа.

— В пещере пусто, — объявил Коннор. — И в палаточном лагере тоже. Казимир и его приспешники перешли на другую кормушку.

— Я убью его, — прошептал Робби. — Если вы его найдете, я должен буду пронзить мечом его черное сердце.

— Ты нуждаешься в мести. Я это прекрасно понимаю, — глаза Коннора стали печальными, взгляд потускнел. — Будь осторожен, парень.