Император желает жениться - Татьяна Раннерс

Мне снилось, что я плыву, а вокруг — перевернутые лодки, разрушенные дома и люди над ними плачут. «Ты! Ты виновата!» Иногда я просыпалась от собственного крика, тогда чьи-то заботливые руки подносили мне воду и придерживали голову, пока я жадно ее пила. А затем опять проваливалась в мучительный сон.

Когда все же удалось вынырнуть из забытья, услышала протестующий шепот Гретты:

— Никуда я не пойду!

— Тебе поесть надо, — устало перечил ей Нисс, — и развеяться хоть немного тоже не помешает.

— И как, по-твоему, я должна развлекаться?! — подруга уже не шептала, а возмущалась во весь голос.

— Не припомню, чтобы раньше ты ждала указаний, как тебе веселиться, — я едва ворочала языком в пересохшем рту.

— Очнулась! — в один голос воскликнули друзья.

Почувствовала, как рядом прогнулся матрас, на котором я лежала. Пришлось разлепить неподатливые веки, чтобы посмотреть, кто там покусился на мою постель. Рыжуха сидела на краешке кровати и встревожено вглядывалась мне в глаза. Над ней нависал Нисс и, в отличие от своей зазнобы, силился изобразить обычную беззаботность. Вот только улыбка выходила слишком натянутой.

— Как ты, красотка? — спросил приятель.

Я прислушалась к себе. Тело ломило, как с лихорадки, но для меня это значило лишь одно:

— Жива.

— Поменьше удивления в голосе, — посоветовала вмиг повеселевшая подруга.

Я ее настроение разделить не могла: страшные образы из снов никак не желали отступать.

— А порт, деревня, люди?..

— Да уж целей тебя будут, — хмыкнул Нисс, — местные сплетники вовсю обсуждают, как пришлая чародейка одним взмахом руки невиданное бедствие остановила.

Сомнительная заслуга, учитывая, что я же беду и накликала. Признаваться было стыдно, потому отвела взгляд и оглядела знакомые стены спальни. По случаю темноты за окном освещены они были теплым светом от множества зажженных свечей.

— А сюда я как добралась? — до пробуждения помнила себя лишь на причале.

— На его величестве, — хохотнула рыжуха, — он верхом и с тобой, бесчувственной, в объятьях в замковые ворота влетел, лекаря немедленно потребовал, сам до кровати донес…

— Бушевал, когда целитель здешний ничего умнее не придумал, чем дать тебе отдохнуть, и велел водой отпаивать, — с ухмылкой продолжил Нисс, — выпроводить самодержца получилось, только когда его на следующее выступление позвали. Отбор пришлось продолжить согласно плану.

— Уж не знаю, что там ледышка начудила, — презрительно скривилась Гретта, — но снегом весь замок занесло.

Джила! Вспомнив о заговорщиках, я сползла с кровати.

— Надо предупредить Рингарда о проделках советника, — пояснила свои действия опешившим друзьям.

Ноги держали неохотно. Мне удалось сделать всего несколько шагов, а после пришлось плюхнуться на пуф у столика с зеркалом. Взглянула в отражение и ужаснулась. Я походила на блеклую тень самой себя: синеватые круги под глазами, бесцветные сухие губы, посеревшие щеки. Ничего, это можно исправить. Схватила кувшин и привычно плеснула в горсть воды. Только не успела я спасительницу к лицу поднести — она вся просочилась сквозь пальцы, едва ли пару капель мне оставив.

— Как так-то? — ошалело спросила у собственных ладошек.

— Это ничего, — вместо них отвечал Нисс, — главное, что на своих двоих стоять можешь и при здравом уме осталась. А что чары? И без того люд живет, горя не знает…

Рыжуха гневно цыкнула на парня и свою завела:

— Восстановиться надо, — строго приказала она, — так лекарь говорил. А пока мы тебя прихорошим и на званый ужин пойдем. Подкрепиться тебе не помешает. Заодно и с императором поговоришь.

Пока мы с соседкой принаряжались (что в моем полуобморочном состоянии выходило удручающе медленно), Нисс околачивался в коридоре, временами безуспешно пытаясь нас поторопить. Когда парень в очередной раз сунулся в комнату, то едва не получил от осерчавшей возлюбленной башмаком по лбу. Ловко перехватив метательный снаряд на подлете, он обижено сообщил:

— К вам гости.

Порог опасливо перешагнула Вильгельмина. Гэб, везде следовавший за ней попятам, на сей раз остался за дверью, решив побеседовать с товарищем вместо выслушивания девичьей болтовни.

— Рада видеть, что тебе уже лучше, — Вильма протянула мне укрытое вышитой салфеткой блюдо и пояснила: — Там немного сладостей. Мне они всегда выздоравливать помогают.

Я неловко поблагодарила, но пробовать подношение не спешила — все же я не до конца верила в искренность намерений вражеской дочурки. Пришлось свою нерешительность объяснять скорым застольем.

— Я полагала, время ужина уже прошло, — заметила леди, — для иномирянок всегда так поздно накрывают?

Я непонимающе глянула на Гретту — она ведь меня на званый вечер заманивала. Подруга казалась не менее обескураженной:

— А ты разве не приглашена не пир по случаю завершения состязаний? — недоверчиво переспросила рыжуха нашу гостью.

— Пир? — округлила подведенные глаза Вильма. — Впервые слышу. Будь он на самом деле, папенька бы не пропустил и я б не отвертелась. Но он по делам умчался, а мне наказал весь вечер в опочивальне сидеть, да там тоска. Вот и надумала Варвару проведать…

Она говорила еще что-то, уверяя, что никакой прием без ее участия в замке не случится, но я уже не слушала. Выходило, что в одном месте должны собраться все императорские невесты, окромя той, которую советник жаждет видеть на троне. Если Нэствел оставил послушную дочь в покоях, то сам вполне может сегодня же извести всех ее соперниц. Тянуть дольше никак — Рингард со дня на день объявит имя избранницы.

Я сорвалась с места, словно пружиной подброшенная. Было не до приличий, потому невежливо перебила Вильгельмину на полуслове:

— Вы двое, — обратилась я к девушкам, — возьмите Гэба и бегите в главную трапезную. Надо предупредить остальных невест об опасности. А мы с Ниссом отыщем Его Величество.

Гретта понятливо кивнула (видимо, ее тоже настигло озарение) и потянула гостью к выходу, обещаясь по дороге рассказать, что к чему. Нужды вовлекать Вильму в наши дела не было, но я опасалась оставлять ее без присмотра. Авось папеньке доложит, что мы задумали его разоблачить?

Нисс был отправлен на поиски императора. Я втайне боялась, что Рингард уже пошел спать, — не хватало еще вламываться в его спальню. Скоро обернувшийся наемник меня порадовал: величество видели в его кабинете. Благо, идти недалеко, хоть и этот путь дался мне немалым трудом. Приятель всерьез предлагал посадить меня себе на закорки, мол, быстрее будет. Лишь представив сей ужас, я зашагала бодрей, стараясь не замечать усмешку спутника.