Институт благородных отбросов - Екатерина Круглова

Тори знала: Петля искажает пространство и время, и все же была не готова к правде: два, от силы — три дня странствий обернулись многими неделями в обычном мире. Прощание-С-Годом застало скалолазов у верхушки лестницы. Когда они достигли нижних ступеней, зима уже подходила к концу. Но даже последних дней зимы Виктория не увидела: противоядие действовало медленно, так же медленно возвращались силы. Шутка ли: больше тридцати часов непрерывного чтения! Если бы медсестры не поставили жертвам книжного червя капельницы, свалиться бы всем троим в голодный обморок.

— Дурацкая капельница! — бубнила Тори, безуспешно пытаясь устроиться на кровати удобнее. — Гадский мерзопакостный катетер. Долбанная больница, как ты мне надоела! Ах, ты ж…

Оборвав бог знает какое по счету ругательство, она вдруг поняла, что не смотрит в книгу. Книги усыпали одеяло, кренились стопкой на тумбочке, громоздились на полу возле кровати, но все эти сокровища больше не волновали Тори. Наваждение отступало, реальность принимала заблудших детей обратно. Вернулось чувство голода, а с им и страха:

"Так вот каково было несчастным, от которых остались скелеты! Как же нам повезло…"

Взгляд скользнул по стене, уперся в зачарованный постер-календарь с цветочками.

— Что?!

В календаре светился текущий день, и этот день был первым днем весны.

— Офигеть! — сказал голос Лебедки за шторой. — Мы странствовали почти два месяца?

— Серьезно?! Кошмар! — чуть дальше обнаружился Пейдин: даже в больнице путешественники оказались неразлучны. — Братцы, наверное, без меня развалили весь бизнес! Ну, ничего: я теперь та-а-акой подкованный в вопросах денег — боюсь сам себя. Дайте только выбраться отсюда…

— Не хочешь ли еще страничку-другую? — весело съязвила гномка.

— Чур меня! — взвыл лепрекон. — Сто лет теперь не взгляну на буквы.

— А ты, Тори?

— Нет, спасибо, — рассыпав десяток томов, Виктория дотянулась до шторы. Отдернула ее и помахала подруге:

— Привет! Я, конечно, буду смотреть на буквы, но паузу возьму: есть много других интересных занятий.

"Проводить время с Чарли, например! — добавила она мысленно. — Только сначала нужно привестись в порядок: волосы, ногти… На что я похожа?.. Нет, серьезно, где тут зеркало?!"

Она оглядела друзей. Пейдин все еще был очень худ, и зеленая пижама не делала цвет его лица лучше. Пижама гномки оказалась брутально-черной — тоже не лучший наряд, чтобы скрыть бледность. На Викторию медсестры надели ее любимую ночнушку. Увы, никто не догадался вместе с ночной рубашкой прихватить из комнаты косметичку.

"Хоть бы Чарли не увидел меня лохудрой…"

Кто бы ни отвечал в мире Энзэ за удачу, этот бог обладал мерзопакостным чувством юмора. А может быть, у богов просто была такая же глючная система связи, как в ИБО. Стоило Тори попросить одно, и — ее везение сработало строго наоборот:

— Стойте… Нет, к ним еще рано! Не пущу!..

— Да ладно вам! Кого не пустите-то, мы уже все здесь! — громыхнул за дверью голос Атлы. В следующую секунду в палате стало очень шумно и очень тесно: шестеро гостей ворвались в нее, а седьмая — влетела, размахивала самодельным транспарантом: "С вАзрАщЕниеМ!!!"

Виктория хотела обнять птицу, но забыла о ней, забыла вообще обо всем, когда к ее кровати подбежал принц.

— Ох…

В панике, обрушив книжные баррикады, она спряталась с головой под одеяло.

— Я такой страшный? — приглушенно донесся до нее голос Чарли. — А доктор говорит: практически не похудел…

— Нет! — Тори осмелилась выглянуть наружу одним глазком. — Это я страшная! Не смотри на меня!

— Буду! — решительно заявил Чарли, обнимая ее вместе с книгами и одеялом. — Ты — самая красивая и замечательная девушка в мире!

— Правда?..

— Правда! Только бледная и лохматая. Ай! Не бей меня, я думал, ты оценишь честность. О, нет. Только не плачь! Я не знаю, как себя вести в таких случаях.

Тори смущенно шмыгнула носом: невозможно сдержать чувства, когда вокруг — столько радости и душевного тепла. Изабель принесла пирожки и на сей раз не отрицала, что сама испекла их. Виллоу звенела бутылками с подозрительной жидкостью и клялась, что в них исключительно сок. Сильвия, не умолкая ни на секунду, вываливала последние новости, а Чарли просто сидел рядом. Живой и здоровый.

Что еще нужно для счастья?

— Сил, — обернулся принц к ферпии, — Сил, не прыгай по транспаранту, он нам еще пригодится. Ректор заверил, что в конце следующей недели вернется Принч. — Чарли сжал руку Виктории. — Заклятие нейтрализовано, он в полном порядке. И очень-очень хочет перед тобой извиниться.

Тори улыбнулась. Молча откинулась на подушку:

"Лучше на всякий случай промолчать, чтобы не сглазить удачу. Теперь все должно пойти на лад. Просто обязано пойти!"