Дракон в ее теле - Ника Ёрш

— Вот здесь есть стол и чернила, — своеобразно ответил мне Андрис, остановившись у второй встретившейся нам двери. Постучав в нее, он заглянул внутрь и кого-то приветствовал, сообщая:

— Джервис, его высочество хочет кое-что написать, ты не окажешь нам любезность?..

— Да, конечно, — услышала я, и советник повернулся ко мне, качнув головой в пригласительном жесте.

На этот раз мы оказались в белом холле, отделанном плиткой. У одной из его стен стоял пузатый деревянный шкаф для ождежды, у второй — бюро с кучей квадратных отделений. Единственная дверь, ведущая куда-то в недра здания, оказалась прямо перед глазами, а справа от нее за столом сидел немолодой мужчина в синей униформе, торопливо записывающий в журнал перед собой наши с Геррардом имена.

— Ваше высочество! — Стоило мне оказаться внутри, мужчина вскочил, поклонился и замер в ожидании.

Андрис ткнул меня локтем, и я, опомнившись, благосклонно махнула рукой:

— Занимайтесь своими делами, Джервис.

Охранник вернулся на место и быстро дописал начатое, после чего предложил мне чистый лист бумаги, вытянутый из ящика стола, и перо с чернилами.

— Как Мила? — тихо спросил Андрис, подзывая охранника к себе и таким образом отвлекая от меня. — Все нормально?

— Да, спасибо…

Они переговаривались, а я перестала слушать. Придвинув к себе лист, я, задумавшись всего на миг, начала письмо:

«Здравствуй, Ян.

Мне выпала счастливая возможность связаться с тобой и передать наилучшие пожелания. Слышала, твое здоровье пошатнулось, и это очень меня обеспокоило. Желаю тебе скорейшего выздоровления и всего наилучшего впредь.

Кроме того, хочу сообщить, что я говорила со своим отцом и полностью согласилась с его точкой зрения по поводу нашей помолвки. Я собираюсь в длительную поездку и не имею возможности лично повидать тебя, но не могу уехать не прощаясь. Всего тебе наилучшего, поправляйся,

с уважением и надеждой на сохранение дружбы между нами, Марианна».

Поставив точку, я снова пробежала глазами по тексту и, грустно вздохнув, поднялась, красноречиво взглянув на эра Геррарда.

— Что ж, Джервис, не будем тебя больше отвлекать, — сразу понял меня Андрис. Пожав руку охраннику, он снял с себя плащ и цилиндр, отправив их в шкаф, после чего прошел к двери, ведущей внутрь здания, и, прижав ладонь к нарисованному на ней квадрату, четко проговорил несколько иностранных слов, значения которых я не знала.

Последовав примеру советника, я также оставила верхнюю одежду и, взяв письмо, кивнула Джервису, после чего отправилась за своим спутником в неизвестность.

Разум уже строил догадки о том, что я могу увидеть дальше, и, наверное, поэтому первым испытанным чувством стало разочарование.

Мы оказались в самой настоящей больнице. Широкий белый коридор прерывался на входы в палаты и пост для дежурившей медсестры. В нос ударил острый запах медикаментов, даже зубы стало сводить от неприятия…

— Нам нужна палата номер три, — проинструктировал меня Андрис. — У входа висят халаты — придется их надеть.

— Вы что же, со мной войдете? — удивилась я.

— Я не буду вслушиваться, — как ни в чем не бывало ответил старший советник. — Безопасность вашего высочества превыше всего, потому оставить вас не могу.

— Ясно. — Я нахмурилась и нашла взглядом дверь с цифрой три, куда и двинулась, бурча на ходу: — Остается надеяться на ваше чувство такта.

— И верить, что вы не забудете о том, кем являетесь, — следующий по пятам Андрис снова напомнил о временно занимаемом мной теле принца. — Позвольте, помогу облачиться в халат.

В небольшой душной палате, куда мы вошли спустя некоторое время, была лишь одна кровать. Ян сидел на ней, вполне бодрый, хоть и бледнее обычного.

Мне было радостно от встречи, пусть он и не подозревал, кто навестил его. Стоило войти, как Ян без труда вскочил на ноги и даже попытался отвесить поклон, но тут случилась загвоздка — дала о себе знать больная шея.

— Ох, простите, ваше высочество, — залепетал бывший жених, морщась от боли, — я все еще не пришел в себя в полной мере. Мне так неловко…

Я попыталась вклиниться с ответом, но не преуспела.

— Ах, боги! И вы здесь, эр Геррард! — Ян снова поклонился. И взвыл. — О-ой! Боги!

Андрис не отреагировал.

— Простите за это, — стал извиняться ни в чем не виноватый Ян. Должно быть, высокомерный вид старшего советника обманул его, беднягу.

Мне захотелось пожалеть Яна, сказать, что все хорошо. Но стоило рвануть вперед, как вспомнила, в чьем я теле. Замерев, сложила руки на груди, сжав кулаки, зло мотнула головой.

— Ай… — Бывший жених смотрел только на Андриса. — Огромное вам спасибо за заботу! За то, что пришли ко мне… снова. Даже после того разговора.

Я удивленно посмотрела на старшего советника, но тот лишь повел плечами. Ян же не смог стоять на месте и ринулся прямиком к моему спутнику с таким обожанием в глазах, что стало даже немного обидно за принца. Сам наследник престола пришел повидать своего подданного, а тому и дела нет…

— Будет вам, Корст. — Геррард похлопал подошедшего к нему Яна по плечу и попросил тоном, не терпящим возражений: — Вернитесь на место!

При этом лицо Андриса выражало долю брезгливости, а вот Ян светился от счастья.

Я даже начала чувствовать себя лишней, так ужасающе неправильно все это выглядело. Но вот Ян, повинуясь просьбе советника, вернулся в кровать и уставился на нас оттуда с видом верного пса, готового служить хозяину.

— Кхм, — откашлявшись в кулак, я с трудом вспомнила о цели визита и, приблизившись к бывшему жениху, отдала ему письмо, сложенное вчетверо.

— Что это? — голос Яна был непривычно хриплым.

— Эр Корст, это письмо от… вашей возлюбленной, — я специально сделала паузу, дабы обозначить Яну важность момента.

Он удивился и без всякого благоговения принял от меня послание.

Открыл. Прочел. Сложил снова и, кивнув, уставился, как и раньше.

— Письмо от эры Марианны, — решила сказать я, подумав, что бедолага, скорее всего, не понял, что именно попало в его руки. Или — о боги! — может быть, ему стерли память?! Тогда он даже не помнит меня! Тогда…

— Да-да, я прочел. Действительно, это ее письмо мне. — Ян улыбнулся и стрельнул глазами в Геррарда.

Да что такое?!

Я тоже недовольно посмотрела на старшего советника, тот стоял с невозмутимым видом, изучая собственные пальцы. Будто не понимал, что смущает своим присутствием молодого человека.

— Экхе! — громко сказала я, испепеляя Андриса взглядом.

Он обернулся. Усмехнулся и громко спросил: