Награда проклятого демона - Ольга Силаева

— Сдавайтесь, парни, — посоветовала Аласса. — Переговоров я не люблю.

Демон, стоящий возле дверей, осклабился:

— Вот уж нет, человеческая девка.

Аласса пожала плечами, кивнув налево:

— Тогда встречай подкрепление.

Стражи в металлических доспехах ворвались в комнату, круша и остатки дверей, и нападавших с такой скоростью, что меня чуть не отнесло в сторону от Тени.

Арис быстрым чётким шагом зашёл в комнату последним.

— Предателей среди стражи не было, — произнёс он.

Тень поднял бровь:

— Кто тогда провёл их сюда?

— Похоже, что Шира, — неохотно произнёс Арис. — Она успела сбежать, и на прошлом приёме она очень отличала младшего сына Веймера. Прости, Тень. Я упустил её. Больше такого не повторится.

— По крайней мере, не скоро, — спокойно произнёс Тень. — Особенно после того, как все участники заговора получат своё.

Я поёжилась от его тона.

Арис кивнул мне:

— Думаю, Шира очень хотела отомстить именно тебе. Сама понимаешь почему. Впрочем, когда мы её найдём, надеюсь, место в первом ряду на её казни тебя утешит.

Я вздрогнула, когда поняла истинный смысл его слов.

— Шира будет казнена?

— После того как она покушалась на тебя? — Арис хмыкнул. — Смеёшься? Раньше в таких случаях вырезали всю семью.

Я перевела взгляд на Тень:

— Всю семью? И даже детей?

— Подземье сильно своими традициями, Закладка, — невесело произнёс Конте, глядя на брата. — Так, Ниро?

Тень вздохнул, оглядывая разгромленную спальню. До меня вдруг дошло, что я была полуодета, и я спешно завернулась в длинный атласный халат.

— Ещё одна бессонная ночь, да? — усмехнулся Конте. — Привыкай. Если останешься здесь, такие сюрпризы будут радовать тебя регулярно.

Тень вложил катану в ножны.

— Арис, убери отсюда всех и проводи охотников в их комнаты. Мне нужно поговорить с братом. Конте, Дара, следуйте за мной.

Тень провёл нас в неожиданно аскетично обставленный кабинет. Потёртые томики на полках, потухший камин, сбитая мозаика на полу… И больше ничего, кроме бумаг, стола и нескольких стульев.

— Скромно для императора, — заметил Конте.

— Это временно. — Тень уселся на краешек стола. — Это кабинет Ариса, а он не очень-то привык к роскоши; я когда-то вытащил его из трущоб. Нам надо поговорить.

— О чём?

— О вас двоих… точнее, пятерых, — голос Тени был отрывистым и резким. — Если вы желаете уходить, уходите сейчас. Ещё пара бесед, страстных объятий, слёз и ромашек у изголовья постели ничего не изменят, а ненависть и презрение в ваших глазах — не то прощание, которое я желал бы запомнить. Вас проводят через ближайший портал со всем необходимым.

Мы с Конте переглянулись.

— Нет, — одновременно произнесли мы.

Тень поднял бровь:

— И почему же?

— Потому что мы не договорили, — произнёс Конте. — Потому что мы не попрощались. И потому, — его голос упал до шёпота, — что ты очень, очень пожалеешь, что у тебя никогда больше не будет настоящей семьи. Ты даже не догадываешься как. И я хочу уберечь тебя от этой ошибки.

Мои глаза расширились.

Конте знал. Знал, что я жду ребёнка.

— Чего ты хочешь? — только и сказал Тень.

— Отложи своё превращение в чудовище на один день. Побудь с нами. Запрети себя тревожить до закат… — Конте осёкся. — До вечера. Сделай это для меня, Ниро.

Тень очень долго молчал.

— Куда мы пойдём, Конте? — наконец спросил он, и я впервые за долгое время услышала в его голосе растерянность. — Куда?

Конте улыбнулся ему. Шагнул к брату и взял его руки в свои.

— Домой.

Светлячки играли в саду, и цветные мхи переливались на каменных стволах. Словно много лет назад, когда Конте и Ниро Мореро были детьми.

Конте не повёл нас в развалины дома, и я знала почему. Когда нас здесь уже не будет, у Тени останется вдоволь времени, чтобы бродить по опустевшим комнатам, предаваясь воспоминаниям. Сейчас же Конте хотел привести брата туда, где ничего не изменилось.

В сад. Туда, где они были счастливы.

Я с замиранием сердца следила, как в глазах Тени светится узнавание, а на губах то и дело вспыхивает задумчивая улыбка. Он давно уже не был тем мальчишкой, который с сияющим видом когда-то бегал по этим дорожкам, окликая брата. Но в эту минуту, казалось, призрак юного Ниро Мореро коснулся его вновь, ожил и расцвёл рядом с нами.

Призрак, чьи крылья были светлыми. Впрочем, разве Ниро Мореро нужны были крылья, чтобы быть счастливым?

Из невозможного далёка до меня вдруг донёсся звонкий мальчишеский крик:

«Конте, смотри, как я сейчас полечу!»

«Демоны не летают, балда!»

«Неправда! Я тебе докажу!»

…Игра воображения, конечно. Но почему-то я была уверена, что так и было.

Ниро мечтал обрести крылья, чтобы взлететь. И счастливая детская мечта обернулась грёзами Тени о тёмном древнем искусстве — и проклятием, которое его настигло. Даже теперь, когда проклятие было снято, он не мог обрести свободу.

Потому что свобода сделалась бы для него поражением.

Я шла по узкой дорожке, впитывая в себя кусочек их детства. Всюду виделись призраки: двое мальчишек с тренировочными мечами, юный Ниро, устроившийся на ветке с книгой, Конте, прячущий клубнику для младшего брата…

— Когда-то, — негромко произнёс Конте, устраиваясь под каменной сосной, — мы помыслить не могли жизнь вдали друг от друга. Я хочу показать тебе, что ничего не изменилось.

Тень, помедлив, сел рядом.

— Закрой глаза.

Тень бросил быстрый взгляд в сторону ворот, где ждала охрана. И послушно закрыл глаза. На его спокойном и холодноватом лице не было ни следа ожидания чуда, и даже его дыхание оставалось ровным. Но я видела, как билась жилка на его шее. И как во всём его облике вдруг произошла едва заметная перемена, словно вдали вспыхнул огонёк.

— Я мечтал о кораблях, — вдруг сказал Тень. — О больших-больших кораблях. О море, которого никогда не видел Альдемаро. Почему я сейчас об этом думаю?

— Потому что ты чувствуешь, как пахнет корицей, — ухмыльнулся Конте, доставая кусок булки и разминая её в пальцах. — Кое-кто перепачкал ею все морские гравюры, и образ остался с тобой навсегда.

— Кто бы говорил, — фыркнул Тень. — Ты оставил жирные пятна на всех моих любимых страницах «Пути».

— Потому что кое-кто, не будем показывать пальцем, спрятал от меня эту книгу после…