Последний город - Павел Корнев

Оскалившись, перевёртыш вскочил на прилавок, но вместо того, чтобы вновь отступить, я шагнул ему навстречу. Не будь бугай оглушён близким взрывом ручной бомбы, мне пришлось бы туго, да только он сейчас почти ничего не видел, и серебряный клинок пропорол ему левый бок.

И всё же, несмотря на ранение, оборотень сдаваться не собирался — угодившее мне в грудь колено отшвырнуло к стене. Перекатившись к подсобке, я вскочил на ноги и, когда уже не слишком твёрдо стоявший на ногах бугай приблизился, нанёс два удара ножом: хлёсткий и не слишком точный по глазам и тут же — короткий в шею. Успел подивиться как-то слишком быстро растекшейся луже крови вокруг повалившегося на пол оборотня и, заметив какое-то движение в торговом зале, плавным движением отправил нож в спину рванувшему ко входной двери продавцу. Попал, чего уж там. Натаскивали в Конторе на совесть.

— Долго ты чего-то, — заметив ухватившегося за вешалку Сергио, буркнул я и скинул порванную куртку.

Благо моего размера верхней одежды в магазине хватало. Вот эта серая вполне ничего себе.

— Кто это такие? — указал на трупы бледный как мел неординар и повалился на стул.

— Сектанты. Церковь Искупления. — Я дошёл до растянувшегося в проходе продавца и выдернул у него из спины нож. — Мы их, помню, в Конторе гоняли, а им, получается, дай волю, всех бы чернокнижников и нелегалов извели. Уроды...

— Да кто ж им даст? — усмехнулся альбинос. — Ты тяжёлую кровь смотрел?

— Откуда она здесь? — удивился я.

— Найди холодильник и проверь, — закашлялся Сергио. — Не всех же подряд они в оборот брали, должны были с кем-то и торговать...

— Уматывать отсюда надо. Сейчас на взрыв жандармы набегут.

— Ты видел, какие здесь стекла? — указал на целехонькую витрину альбинос. — На улице даже в паре шагов ничего слышно не было. Уж можешь мне поверить.

— Ладно, посмотрю тогда.

Без всякой охоты я направился в подсобку и, замерев в дверях, восхищённо прицокнул языком. Уж не знаю, кто прикрывал эту точку от жандармов, но товар тут был весьма и весьма специфическим. Не удивлюсь, если и столь необходимая Сергио тяжёлая кровь найдётся. Зачем она ему сдалась только?

— Шприцы тоже глянь, — уже напоследок озадачил меня альбинос.

Шприцы? Он что, реально решил вколоть себе эту гадость? Определённо — либо я чего-то недопонимаю, либо мир окончательно сошёл с ума. Ладно, поживём — увидим, какой вариант ближе к истине. Вот только боюсь, она, как обычно, где-то посередине.

Не без труда отыскав в дальнем углу подсобки холодильник, я внимательно изучил хранившиеся в нём препараты и азартно потёр руки: покатило! Распаковал пачку «тобурега» и сунул под язык сразу пару пластинок. В голове зашумело, рот заморозило, будто после обезболивающего укола, а кончики пальцев потеряли чувствительность, но сейчас это не имело никакого значения — главное, хоть немного стихла боль.

С немалым удивлением обнаружив пару запечатанных колб с маркировкой «Тяжелая кровь/36.308», я прихватил упаковку одноразовых шприцев и направился обратно к альбиносу. Любопытно будет посмотреть, что он собирается делать — обычно терапию тяжёлой кровью назначали больным, которым другие алхимические препараты уже не помогали. И действительно, эта гадость легко убивала любую заразу, кроме разве что порчи. Вот только и сама из организма практически не выводилась. Так что пациент в большинстве случаев получал зависящую от интенсивности терапии отсрочку, но и только.

— Там ещё есть? — сразу же уточнил проткнувший иглой плотную упаковку Сергио.

— Угу, — недовольно буркнул я.

Надо бы ноги делать — если кто лиловых вызвал, мало нам не покажется.

— Бери всё.

Выкинув пустую колбу, альбинос без всякой спешки закатал левый рукав и воткнул шприц в вену на запястье. Сморщился, надавил на поршень — и разом вогнал в себя все десять кубов тяжёлой крови. Вена моментально почернела до самого локтя, ногти посинели, но неординар шумно выдохнул и, поднимаясь на ноги, распорядился:

— Беги вещи собирай, и уходим отсюда.

Два раза меня просить было не надо — и сам намеревался это сделать при первой же возможности. Да если бы и собирался задержаться, спорить в любом случае не стал. С существом, загнавшим в себя такую дозу тяжёлой крови и преспокойно отправившимся подбирать новую одежку, спорить по крайней мере неразумно. Обычно те самые десять кубиков вводили через капельницу несколько суток, предварительно разбавив десятком-другим литров нормальной крови.

И ведь сразу видно: Сергио не вампир. Но тогда кто?

Схватив пару рюкзаков подходящего размера, я почти бегом вернулся в подсобку, где и завис минут на двадцать, пытаясь отобрать требовавшееся для перехода Ограды снаряжение. Всё верно — лучше уж сейчас немного больше времени потратить, чем что-нибудь нужное упустить.

Да и успеем удрать, если что: на установленный в подсобке чаровизор мне без особых проблем удалось вывести изображение с установленной у входа в магазин камеры наблюдения. Дорога прекрасно просматривалась до самого перекрёстка, и внезапного визита жандармов можно было не опасаться. А учитывая, что и у чёрного хода предусмотрительные хозяева не забыли разместить ещё одну такую игрушку, убраться отсюда заблаговременно труда не составит при любом раскладе. Почти при любом...