От плоти и крови - Нора Робертс

– Непременно. И не забывай давать отвар.

Как и Маллик, Фэллон переходила от хижины к хижине, в первую очередь заботясь о стариках и детях. Здоровые помогали кипятить воду, заваривать лечебные настои, смешивать зелья.

В жилище Мика Томас дрожал под одеялами, но все равно попытался подняться, чтобы поприветствовать гостью. Однако тут же упал обратно на постель, скрученный приступом кашля.

– Помоги папе, пожалуйста, – попросил приятель. – Я напоил его отваром.

– Отлично. Я принесла еще. Для вас обоих. Ты тоже не забывай пить, – приказала Фэллон и помогла Томасу сесть. – Нужно проглотить это снадобье. Простите, оно горькое.

Когда больной сделал несколько глотков, она приложила ладони к его груди. Как и у сына Ореланы, легкие были заполнены жидкостью.

– Чем помочь? – обеспокоенно спросил Мик.

– Принеси две кружки, две кастрюли с водой и четыре отреза чистой ткани.

– Хорошо, сейчас.

Пока он собирал все необходимое, Фэллон сделала Томасу припарку.

– Нужно держать теплый компресс на груди. Я оставлю ингредиенты, чтобы сделать свежий отвар. Принимайте его дважды в день, пока легкие не очистятся от жидкости. – Она разлила целебное снадобье по кружкам, одну протянула Мику, а вторую поднесла к губам Томаса. – Выпейте. Все, до последней капли. – Вскипятив воду в кастрюлях и добавив туда травы, приказала: – Теперь накройте головы тканью и держите их над кастрюлями. Вдыхайте пар. А во вторую тряпку сплевывайте мокроту после кашля.

– Отвратительно, – прокомментировал Мик.

– Да уж, ничего приятного.

Фэллон продолжила обходить пациентов, а затем отправилась по второму кругу. Перед закатом она увидела Маллика, который пил из фляги эль.

– Я думал, что старый Нед умрет, – сказал он ученице. – Но он оказался крепким и не желал сдаваться.

– А ребенок Ореланы и Мина уже начал брать грудь.

– Мы обязательно оставим эльфам травы для отвара и смесь для ингаляций. Но, похоже, худшее миновало. Проверим состояние больных завтра.

– Следует заглянуть и к феям.

– Только дай мне пять минут отдохнуть и допить эль, – кивнул наставник. – Я отправил к ним гонца. Он доложил, что в их поселении дела обстоят гораздо лучше: там меньше заразившихся, и их состояние не так тяжело. Вся стая оборотней осталась здоровой. Однако и им тоже нужно будет дать ингредиенты для отвара и рассказать о мерах предосторожности.

– Поняла, – кивнула Фэллон, садясь рядом с Малликом.

– Ты отлично сегодня справилась, – сказал он, не отрывая взгляда от огня. – Успокаивала пациентов, облегчала их страдания. И наверняка спасла несколько жизней. И при этом оставалась заботливой и не теряла головы. Мне ни разу не пришлось напоминать тебе, что нужно делать и каким образом.

– Ты уже всему меня научил. Да и маме я помогала в похожих случаях.

– Не все, что ты делала сегодня, исходило из моих наставлений. – Он помолчал и попросил: – Отбери все, что нужно оставить эльфам, а затем мы отправимся к феям и заглянем по пути к оборотням. После чего, с благословения богов, я надеюсь наконец поужинать, выпить еще эля и отдохнуть.

– Болезнь крайне заразная, – напомнила Фэллон. – Тебе следует выпить укрепляющее снадобье. Я тоже могу так поступить, хотя и уверена, что не подхвачу вирус.

– Ты не являешься бессмертной или неуязвимой, но да, обладаешь иммунитетом против всех заболеваний. – Маллик вздохнул. – На меня, к сожалению, эта привилегия не распространяется, так что придется принять лекарство. Жаль, что я так и не придумал, как делать снадобья менее отвратительными на вкус.

– Предлагаю погрузиться в легкий транс и убедить себя, что зелье напоминает, например, эль или вино. На самом деле вкус не изменится, но ты будешь так думать, а это почти одно и то же, верно?

– Гениально! – Маллик опустил флягу и изумленно воззрился на ученицу. – Мне даже досадно, что эта мысль не пришла мне в голову раньше.

Он выпил укрепляющее снадобье и по настоянию Фэллон продолжал принимать его еще два дня. Пациенты быстро шли на поправку, но оба целителя навещали их всю последующую неделю.

Когда Мик выздоровел, то принес Фэллон новые кожаные штаны и сапоги – все по размеру.

– Откуда ты узнал, что они мне нужны?

– У меня же есть глаза, – фыркнул приятель. – Твои штаны слишком короткие. И с обувью ты постоянно возишься, так что ясно: она тебе жмет.

– Чудесный подарок! Спасибо! И кожа мягкая и отлично выделанная. Где ты взял эти вещи?

– Сам сделал.

– Сам? – удивилась Фэллон и принялась вновь рассматривать светлую кожу, стежки, крепкие подошвы. – Я не знала, что ты умеешь шить сапоги.

– Я же эльф, – суховато отозвался Мик. – Ладно. Может, встретимся потом возле пруда. Вода там уже теплая.

– Может быть.

– Я очень испугался, что потеряю отца, – признался приятель, отведя глаза и разглядывая белое покрывало сугробов. – Он никогда раньше не болел настолько серьезно. И никого из эльфов я раньше не видел в таком состоянии. Ты спасла его – и нас всех. Вы с Малликом спасли. Я – мы все – очень вам благодарны. Старик Нед делает сапоги для твоего наставника. А как закончит, сам планирует вручить. Что ж. Тогда до встречи.

Так вместе с болезнью исцелилась и дружба между Фэллон и Миком.

* * *

За зиму сквозь часто идущий снег, на фоне серых облаков Фэллон дважды замечала кружащих ворон. Не слишком близко, милях в пяти, по ее прикидкам. Или даже дальше.

Это напоминало, что пока она обучается, пока тренируется, пока остается в безопасности, другие сражаются и погибают.

Дважды Фэллон просила Маллика отпустить ее, позволить взять Леоха и взглянуть на происходящее. Хотя бы издалека. И дважды получала отказ.

В марте, когда еще сохранялся мороз, но зарождающаяся весна уже манила недоступной близостью, на горизонте снова появились вороны. Фэллон снова спросила наставника, и снова он отказал ей.

Но на этот раз она вспылила.

– Как я могу чему-то научиться, когда сражаюсь только с тобой магически затупленными мечами? У тебя все реже выходит одолеть меня, хоть конным, хоть пешим. А стреляю я и вовсе лучше. Что же насчет магии, – Фэллон вскинула руки, заставив огонь в камине и пламя свечей взметнуться, а зелье взлететь из котла и снова пролиться обратно, – то и тут я ни в чем не уступаю тебе.

– И все же я пока остаюсь твоим наставником, а ты – моей ученицей, – спокойно возразил Маллик.

– Тогда позволь мне увидеть, что происходит в мире. Это необходимая часть тренировки. Всю жизнь меня ограждали от окружающей жестокости. Сначала родители на ферме, теперь и ты.

– Ты пока к этому не готова.