Агентство "Иллюзия". Возлюбленная для бастарда - Елена Гуйда

– До завтра не успею написать – отчислят, – вздохнула я так, что старушка все поняла, прониклась и дернула ручку одного из многих маленьких ящичков за своей спиной.

Ящичек открылся, и в воздух взмыл белый огонек, раскинув, как щупальца, тоненькие и словно живые лучики.

– Генеалогия древних родов Квитгрейна, уровень допуска перв… – она бросила на меня быстрый взгляд и исправилась: – второй. Только поторопись, деточка. Меня за такое по головке не погладят.

И огонек, сменив цвет на нежно-розовый, будто впрямь живой и разумный, помчался вверх по лестнице. А я, бросив на ходу скупое «спасибо», метнулась вслед за ним. Мчался он так быстро, что у меня не было времени ни задумываться о шуме от моего бега, ни о том, что я могла кому-то помешать.

Вылетев на третий этаж, без остановки и даже заминки я побежала по короткому коридору и вскоре оказалась в небольшом помещении. Всюду здесь были книги, свитки, газетные сшивки и даже письма отдельной стопкой за стеклянными дверцами.

Огонек в одно мгновение раскинул свои щупальца и очень ловко начал выбирать нужные источники, складывая их стопочкой на стол. Какой прекрасный и полезный поисковик. После пятой книги я вдруг приуныла, после пятнадцатой и вовсе скисла.

Стянув плащ, бросила его на спинку свободного стула и присела на соседний, тут же распахнув первую же книгу.

– До ночи буду в ней ковыряться, – пожаловалась я поисковику.

Тот замер, метнулся ко мне и завис прямо над книгой. Моргнул несколько раз, словно пытался что-то сказать. Или спросить. О! Может, это он мне так помощь предлагал?

– Мне нужна информация про первую супругу короля Вильгельма Кептинга третьего Сурового, – с надеждой произнесла я, глядя прямо на огонек так внимательно, что в глазах появились зеленый точки.

Поисковик моргнул несколько раз. После чего все книги, что находились на моем столе, взметнулись в воздух и встали на свои места.

Проклятье! Королеву, пусть и изгнанную, даже исключили из генеалогического древа королевской семьи, что ли?

Поисковик метнулся к одной из закрытых стеклом полочек, моргнул на сей раз фиолетовым, и дверца распахнулась. И на стол опустились листы. И я тут же взяла в руки первый.

– «Восьмого студня тридцать восьмого года после вхождения в силу Снежного дракона…» – прочитала я вслух. – Забытые боги, это какое-такое летоисчисление вообще? – поисковик в тот же миг метнулся к еще одному шкафчику, и на столе у меня появился артефакт, чем-то напоминающий маленькое настольное зеркало в серебряной оправе. Оно вмиг моргнуло, когда я повторила дату, и мне выдало дату уже по вполне привычному летоисчислению. – Вот как, – протянула я, прикинув, что начало истории, вероятно, положено тридцать восемь лет назад. – Сочетались браком старший принц Квитгрейна Вильгельм Кептинг и графиня Суэрская Анабель Стерлин. Брак заключен скоропостижно и без одобрения монарха согласно обычаям нашего великого храма и по велению Многоликого». Значит, летоисчисление храмовое, – поисковик моргнул желтым. Надеюсь, это было подтверждение. И я вернулась к прочитанному. – По любви, что ли, поженились? – вслух спросила я.

Ну правда, странный брак какой-то. Нетипичный. Учитывая, что браки в монаршей семье договорные, с представительницами монарших родов других королевств. Династические союзы. И тут такое…

Мой помощник моргнул каким-то скептически-зеленым. Подсунул мне вторую бумажку.

– «Подозревается в магическом воздействии на наследного принца с целью приворота, в попытке отравления короля и в связях с Вергелоном с целью захвата власти в Квитгрейне», – прочитала я вслух и тут же задалась вопросом: – А мой допуск вообще позволяет получать доступ к подобной информации?

Поисковик снова стал фиолетовым. Похоже, это должно бы означать, что позволяет. Ну спасибо вам, миссис Родерн.

Огонек стал снова нежно-розовым и подсунул мне еще один документ. Большая его часть была затерта черными линиями, и прочесть их не представлялось возможным. Но в самом низу несколько строчек все же остались:

– «Принимая во внимание вышеперечисленные факты, королеву Анабель Кептинг признать виновной, брак – недействительным, королеву – лишить титулов, привилегий и земель и сослать в монастырь для дальнейшего искупления ее грехов. Данные дела засекретить, место пребывания Анабель Стерлин – держать в строгой секретности. Виновная лишается возможности покидать обитель… – снова затерто, – …впредь общаться с родственниками и называть свое имя. Привести в исполнение путем наложения магических печатей».

Выудив лист из блокнота Сью, я сверилась с раздобытой информацией и замерла. Дата вынесения приговора и появления сестры, что через несколько лет станет матерью-настоятельницей приюта святой Агнессы, была одна и та же. И да… Имя матери настоятельницы не произносилось в принципе никогда. Сначала ее называли просто «сестра», после «мать-настоятельница» или «настоятельница». И как бы я ни пыталась сейчас вспомнить, покидала ли настоятельница стены обители – не могла вспомнить ни единого раза. Все поручения выполняла миссис Фьюри. Что так и не стала сестрой, но получила приют как нуждающаяся.

О, забытые боги! Кажется, пазл начинает собираться в картинку. Нужно будет немедленно рассказать об этом Стейну. Вот только сначала забегу обновить гардероб, а потом вот сразу же поделюсь соображениями.

В «Золотой игле» царило какое-то тревожное возбуждение. Этакое ожидание переворота, глобального катаклизма или повышения цен на дамарский шелк. Помещение насквозь пропиталось ароматом кофе со специями и чего-то еще, что миссис Олинг, вероятно, подливала в напиток разволновавшимся клиенткам. Исключительно для их же душевного здоровья.

Три известнейшие сплетницы Коира пыхтели и обмахивались веерами, переваривая новости. Даже «Сплетник» занял почетное место поверх дамских журналов. Вероятно, чтобы не пропустить чего-то важнейшего.

Черт. Нужно было все же ознакомиться хоть в общих чертах. И даже первоисточник все еще находился в кармане моего плаща. Но поздно уже. Буду действовать по обстоятельствам.

– Немыслимо просто… – вздыхала сердобольная миссис Грентрейр. – Это просто немыслимо.

– О! Этого следовало ожидать еще после того, как погиб молодой Глори, – пригубив кофе, поморщилась вечно всем недовольная миссис Чапстерс.

– Это даже для члена династии слишком, – морщилась миссис Прет.

Да что же там такого произошло? Стейн меня все же убил?! Или еще чего похуже сделал? А может, уже сам король отметился?

– Добрый день, – робко переминаясь с ноги на ногу и дергая за завязки плащ, попыталась я привлечь внимание общественности.

Общественность окинула меня оценивающими взглядами, поморщилась и принялась снова за темы куда более интересные. Только миссис Олинг поднялась, приблизившись к стойке, и мило улыбнулась.

– Добрый день. Чем могу быть полезна? – с дежурной, ничего не значащей улыбкой полюбопытствовала она.