Пламя в моей крови - Lita Wolf

Повествовать взялся Вирайн. Правда, истине его рассказ соответствовал не полностью. По его словам выходило, что они втроём, а также орки отбивались от внезапно напавших зомби как могли. Но потом прибежал магистр Ванмангрейс и в одиночку всех порвал. В общем, про вторую ипостась Грока он явно решил не упоминать.

Нариэл также не стал опровергать озвученную другом версию. Вероятно, они не захотели посвящать главу Ковена в то, что у него в академии обучается вирг. А может, и короля. Во всяком случае, явно кого-то из этих двоих. Вампиры-то наверняка об этом знали — раз уж брат Дагратдера учился вместе с родителями Грока.

Впрочем, никто из магистров тоже не внёс поправок в рассказ Вирайна — в том числе, сам Дэллоиз. И вряд ли это было стремлением приписать себе чужие заслуги. Возможно, кстати, именно с этим было связано нежелание Ворона приглашать сюда Грока с Митаром, ну и Торрена заодно.

Дальше слово передали мне. Я поведала о том, как уже в нашу комнату ворвалась мертвячка. Однако Грока называла просто то виргом, то волком, не акцентируясь на том, что это был вовсе не магистр Ванмангрейс.

Рине тоже хватило ума не влезать в мой рассказ.

После меня Дэллоиз сообщил, что поскольку некромант использовал зелье, начисто отбивающее запах, поймать его в замке не удалось. Всё, что сумел вирг — это отследить его путь до Эльты.

— Значит, возможно, негодяй находится в столице до сих пор, — мрачно заключил Луаре.

— Не исключено, — согласился с ним Дагратдер. — Но, может, и давно покинул город. Только это сейчас не самая большая проблема. Что в Ковене известно о казни главы ордена Тени Нистэмпа?

— А он-то здесь при чём? — вытаращил глаза маг.

— Дело в том, что по созданной именно Нистэмпом схеме был восстановлен обрушенный тысячу лет назад подземный ход, через который в Блонвур и проник некромант. И ещё. В архиве ордена Тени, найденном нами здесь во времена нашей первой с тобой встречи, не содержалось ни единой записи, сделанной рукой Нистэмпа. Вопрос — куда они подевались?

— Намекаешь, что их забрал кто-то из наших? — нахмурился Луаре. — Но в Ковене ничего подобного не хранится — за это я тебе ручаюсь. Согласно хроникам тех лет, в Зондалуре не было найдено вовсе ни одного документа. Мои предшественники тогда решили, что адепты всё уничтожили ещё до штурма. И лишь спустя тысячу лет выяснилось, что, оказывается, архив ордена Тени хранился здесь, в подземелье.

— Да, однако, повторяю, все записи, что нашли мы, сделаны кем угодно, только не Нистэмпом. А вот его личный архив исчез бесследно.

— Так может, Нистэмп и сжёг все свои бумаги?

— Я тоже так думал, — усмехнулся вампир, — пока кто-то не восстановил подземный ход по его меткам.

— Дагратдер, откуда такая уверенность, что именно по его? — удивился его величество Наэль.

— Поверь, узнать родовую магию я способен, — с нажимом произнёс повелитель Бордгира. — Я ведь потомок одного из его братьев.

Хм, похоже, про Адельвурта с Кронсталлом они тоже решили не упоминать — хоть те и присутствовали здесь же.

— Так мало ли кто из потомков Нистэмпа намагичил в этом подземном ходе, — отмахнулся Наэль.

— Но это была магия смерти. А после осады и штурма Зондалура были казнены все адепты ордена Тени, включая детей Нистэмпа. То есть, по идее, владеющих магией смерти вовсе не должно было остаться в живых. Тем не менее кто-то воспользовался ею совсем недавно.

— А когда был восстановлен подземный ход? — уточнил Луаре.

— Полагаю, этим летом. А поскольку несведущему расшифровать записи Нистэмпа попросту невозможно, у нас возникли серьёзные сомнения — был ли он вообще тогда казнён?

— То есть он их ещё и шифровал?

— Насколько мне известно, записи о личных наработках — всегда, — подтвердил король Бордгира.

— И теперь вы подозреваете, что казни Нистэмп избежал, совершив побег, а власти скрыли этот факт и инсценировали казнь, чтобы не волновать людей? — спросил Наэль.

Однако Дагратдер покачал головой:

— Скорее, что кто-то умыкнул пленника, подменив его. Если бы было так, как предположил ты, то, во-первых, кровавого преступника наверняка бы усердно искали, а во-вторых, он бы, скорее всего, объявился в Бордгире — куда ещё ему было деваться-то?

Луаре резко поднялся с кресла:

— Я немедленно поеду в Ковен и внимательно изучу все сохранившиеся у нас документы. Ваше величество, вы останетесь здесь или вернётесь в Эльту? — обратился он к королю Лимераны.

— Пожалуй, дождусь в Блонвуре результатов вашего расследования, — решил тот. — Только не вздумайте ехать в одиночестве. Возьмите хотя бы половину отряда сопровождения.

— Детальное изучение документов может занять не один день.

— Ничего страшного. Если дела вдруг потребуют моего присутствия в столице, двадцати пяти гвардейцев для безопасного возвращения туда мне вполне хватит.

Луаре, попрощавшись, удалился.

Когда за ним закрылась дверь, Наэль почему-то пристально посмотрел на Ворона, затем перевёл взгляд на Дагратдера:

— А не мог Нистэмп сбежать на ту же Землю, например? А теперь вернуться.

Опять эта загадочная Земля! Нет, так я точно до двадцать третьего не доживу!

— Он по-любому не мог прожить полторы тысячи лет, — ответил королю Адельвурт.

Почему вдруг стало полторы? А, ну да, очевидно, на момент казни ему уже было лет пятьсот.

— Да, этот момент я как-то упустил, — нахмурился король Лимераны.

И тут на глаза ему попались мы, хотя сидели тихо как мышки, стараясь слиться с мебелью.

— Студенты, вы можете быть свободны, — произнёс он.

Кажется, Вирайн собрался открыть рот и сказать что-нибудь типа «мы вовсе никуда не торопимся», однако напоролся на жёсткий взгляд Ворона и предпочёл всё же смолчать.

В общем, делать нечего, мы вчетвером покинули ректорские покои.

Правда, едва затворив дверь, Нариэл тут же прильнул к ней ухом. Однако вскоре отошёл, разочарованно помотав головой. Ясно, про полог тишины магистры не забыли.

— Почему вы решили умолчать о Гроке? — спросила нас Рина, когда мы уже спускались по лестнице.

— Потому что незачем Ковену знать, что в Блонвуре учатся вирги, — ответил ей Рэймонд. — Ты умница, что тоже промолчала.

— Я поначалу хотела вставить, что спас меня именно Грок, — призналась она. — Но потом решила не влезать.

— Дэллоизу и так пришлось раскрыться, — добавил Нариэл. — Хватит и этого.

— А раньше магистр Луаре про него не знал? — удивилась соседка.

— Никто не знал, кроме его друзей.

В Трапезной не осталось уже практически никого. Мы поспешили на раздачу.