И снова война - Станислав Сергеев

— Командир, беда.

— Что случилось?

— Под Севастополем немцы накрыли нашу колонну, выходящую из портала.

— Подробности.

— Они знали про поставки, точнее, тот, кто планировал операцию. Собрали максимум артиллерии на этом участке и плотно накрыли район, когда колонна вышла из портала. Мы успели штатно закрыть портал, прежде чем там все было разнесено…

— Потери?

— Наших пять водителей и трое охраны. Вывозили технику местные, но все равно…

— Твою мать…

Я ссадил с колен сына, погладил его по голове и тихо сказал:

— Славушка, папе нужно на работу.

Подняв по тревоге все наличные силы, известил руководство СССР о целенаправленном обстреле портала немецкой артиллерией под Севастополем, начал собирать маневренную группу на случай прорыва противника в осажденный город, где ждали отправки несколько образцов нашей техники и имелись в наличии комплексы радиоподавления, собранные на элементной базе из будущего. Естественно, не в наших интересах было позволить немцам захватить какие-либо устройства, прошедшие через портал, особенно это касалось полупроводниковой техники, выполненной с высокой степенью интеграции, что может повлечь за собой скачок развития в этом направлении у противника.

В поселок Молодежное, где у нас располагалась установка, дающая пробой в Севастополь 41-го года, стали стягивать силы, которые мы обычно задействовали в операциях в прошлом. Танковая группа под командованием Васильева ждала только сигнала. Тут же примостилась вся наша мобильная ПВО из «Тунгуски» и двух «Шилок».

Ворвавшись в центр управления, с ходу приказал:

— Обстановка!

— Конвой большей частью уничтожен. Пяти машинам удалось прорваться. Район портала постоянно под обстрелом.

— Со штабом обороны связывались?

— Эпизодически вытягиваем штангу с антенной. Массированные артобстрелы и бомбежки. Немцы захватили полное господство в воздухе. Практически вся авиация Черноморского флота уничтожена, аэродромы целенаправленно перекопаны бомбами и снарядами. По словам пленных летчиков, сбитых над городом, сюда переброшен восьмой авиакорпус Люфтваффе.

— Ого, они вообще-то сейчас должны под Москвой развлекаться, а их в Крым перебросили… Что еще?

— Штурм. По данным разведки, к немцам перебросили еще несколько крупных частей и вроде как, по слухам, моторизованную дивизию СС «Адольф Гитлер».

— Учитывая непрекращающийся обстрел портала, скорее всего это связано с нашим появлением.

— Что будем делать?

— Дождемся темноты, потом попытаемся вмешаться. Каждые полчаса мне на планшет оперативную обстановку.

Организовывая тревожную группу, я практически забыл про гостей, хотя они сами о себе напомнили, причем достаточно примечательно. Скорее всего, Дегтярев проболтался своему бывшему начальнику, что у нас в Севастополе 41-го года начались проблемы, и мы готовимся идти туда вмешаться, и два полковника, обидевшись, через Олега высказали мне громкое и единодушное «фи», с требованием поучаствовать в избиении супостатов, посягнувших на святыню русских моряков. Попутно они прозрачно намекали на какие-то подарки, которые неплохо было бы испытать в деле, причем как я ни старался, но ничего вспомнить так и не смог. Олег подсунул мне планшет со списком привезенного оборудования, и я на некоторое время просто впал в ступор. Как я о таком мог не помнить: Лукичев с товарищем сумели порадовать доставленной боевой техникой. Тут была и самоходная гаубица «Гвоздика», и еще одна «Тунгуска» и, главное, «Зоопарк-2», радиолокационный комплекс разведки украинского производства, пара БТРов и несколько грузовиков, забитых боеприпасами.

В условиях абсолютного господства немецкой авиации в небе над Севастополем лезть на ту сторону при дневном свете было просто глупо, поэтому, эпизодически открывая портал и получая оперативные сводки по обстановке в городе, мы терпеливо ждали наступления сумерек и уменьшения плотности огня артиллерии противника. На первом этапе мы рассчитывали выпустить на ту сторону несколько мобильных установок ПВО и хотя бы на время расчистить небо, после чего можно будет перебросить систему радиолокационной разведки, чтобы более эффективно разобраться с немецкой артиллерией, которая так досаждала нам в последнее время.

Строительный батальон уже два дня с помощью бульдозеров готовил взлетно-посадочную полосу для приема тяжелых транспортных самолетов — я надеялся, что ГРУшники выполнят свои обещания и перебросят в Крым хотя бы один работоспособный боевой вертолет. Но, видимо, наша мобилизация, не оставшаяся незамеченной их наблюдателями, подстегнула к действию, и на связь вышел полковник Семенов, который просил не вспоминать его «настоящую» фамилию и попросил встретиться.

До наступления сумерек в сорок первом году у меня еще было пять часов, поэтому, прихватив охрану, снова направился на опорный пункт, где меня уже дожидался полковник Семенов.

— Добрый день, Сергей Иванович.

Я не удержался и глубоко вздохнул, что не осталось незамеченным моим собеседником.

— Добрый день.

— Я вижу — у вас неприятности.

— Ну не совсем у меня, но что-то такое есть. С чем пожаловали?

— Основное — сообщить, что самолет ждет. От вас только нужно будет дать отмашку о готовности полосы.

— Ну, вы же контролируете процесс восстановления полосы, так что давать отмашку, думаю, нет смысла. Там постоянно дежурят несколько ваших людей. Хотя, по докладам, в первом приближении мы уже готовы принять один или два тяжелых борта.

— Мы тоже так думаем. Значит, можно уже принимать технику. Скажите, у вас есть пилоты для двух МИ-24?

— Для полного экипажа — вряд ли, но ваших людей сажать за штурвал в том мире и пускать в свободное плавание без гарантии, что они не перелетят к немцам или американцам, очень не хочется.

— Вы так нам не доверяете? Хотя такой подход понятен и говорит о вас, как о разумном человеке, с которым стоит иметь дело. В принципе вы правы. Но мы об этом подумали и подстраховались: к вам отправили два боевых вертолета МИ-24 с полными экипажами и группой технического персонала. Все они переселяются с семьями…

Дальше он не стал продолжать, мы оба друг друга поняли, про заложников. Но Семенов, увидев мой скепсис, дополнил:

— Не думайте, что все они сотрудники спецподразделений. Люди реально те, за кого себя выдают. У вас будет возможность проверить их любыми имеющимися у вас способами.

— Ага. А если вы вместе с ними отправили «кротов» с программой долгосрочного внедрения?

— А смысл, Сергей Иванович? По большому счету мы все, то есть будущие переселенцы в тот мир, потенциальные «кроты».

— В принципе, вы правы. Но кто даст гарантию, что выходцы нашего сумасшедшего времени не надумают подороже продаться, наплевав на идеалы и присягу.