Сказка для олигарха - Марина Тройнич

Девчонка вдруг покраснела и поспешила выбраться из моих объятий. Я с интересом взглянул на нее. Реагирует она на меня явно не по-сестрински. Мне ли не понять. Я довольно ухмыльнулся. Еще отметил, что Свег также одарил ее весьма нежным взглядом и ощутил недовольство: что между этими двумя происходит? Ладно, выясню, еще не вечер.

Вошел слуга и что-то тихо сказал Свегу. Тот поднялся:

— Извините, покину вас ненадолго.

Я не удержался, привлек Любку к себе и попытался усадить на колени. Реакция «сестренки» оказалась бурной. Она вырвалась и отскочила в сторону:

— Когда мы одни — никаких нежностей!

Мне стало весело — девчонка-то с характером.

В комнату вернулся Свег и сообщил:

— Савву держат в замке князя. Сбежать оттуда нет никакой возможности.

Любка тут же бросилась утешать боярина:

— Ничего невозможного нет. Всегда найдется какой-нибудь выход.

Я с еще большим интересом взглянул на девчонку. Настолько самоуверенна или просто хочет успокоить?

Видно, сегодня был день гонцов. Не успели мы переброситься и несколькими словами, как вновь появился слуга:

— Боярин Федор, вас ждет человек во дворе.

Я вышел, и навстречу выскочил Климка:

— Боярин, меня Настасья Вахромеевна прислала. Просила приехать сегодня.

— Скачи, передай, что буду, — тотчас принял я решение.

Скорее всего муж красавицы куда-то отбыл. По телу пробежала горячая волна. Ну до чего же мы, мужики, слабые существа!

Прощаясь со Свегом и Любкой, я вновь заметил взгляд боярина, устремленный на девчонку. Почему-то ехать сразу же расхотелось. Но ведь уже пообещал…

— Свег, оставляю сестренку на тебя. С собой взять не могу — дела.

Боярин посмотрел понимающе. Любка попробовала возразить:

— Братец, возьми, я хорошо езжу верхом.

— Дорога может быть опасной, не стоит, — на миг смутился я.

Девчонка обожгла меня взглядом черных глазищ и отошла в сторону. Кажется, обиделась.

Я махнул ей на прощание рукой и успел заметить, что выражение ее лица изменилось. На нем мелькнула какая-то решительная ухмылка. Но думать об этом уже было некогда. Мы с Алексом пришпорили лошадей.

— Ну ты, шеф, даешь! — рассмеялся телохранитель. — Бабы из-за тебя аж в другой мир сигают. А ведь пацанка правильная, что надо.

Я хотел было возразить, но почувствовал, что по роже разливается самодовольная улыбка. Какому мужику подобное не лестно? Только удивило, что приятель дал Любке столь высокую оценку. А моего телохранителя, как видно, сегодня тянуло на лирику:

— Зацепила она меня. Может, посвататься?

Я чуть не подпрыгнул в седле, но вдруг почувствовал укол ревности и свирепо уставился на Алекса:

— Да вы ж с Любкой, можно сказать, лишь пару дней знакомы.

Тот взглянул с удивлением:

— При чем тут Любка? Я об Олене.

Почему-то я вздохнул с облегчением. А парень продолжал:

— Если бы она согласилась, я бы не раздумывая остался здесь.

Ну и дает мой охранник! Я попытался его вразумить:

— Я бы предпочел увезти девчонку с собой. Нормальному человеку здесь делать нечего.

— На этот раз, шеф, я с тобой не согласен.

— Алекс, скоро ты скажешь: с милой рай и в шалаше. Зачем же тогда мы дрались за власть и бабки?

— Так это у нас, — протянул Алекс.

— Здесь то же самое. — Я здорово разозлился. — Манна небесная сама с неба не упадет. И пряников сладких на всех никогда не хватит.

Я подумал, что парень о своей милой толком ничего не знает. Лучше будет, если правильно поймет ситуацию. Рассказал о том, кем приходятся царю Салтану Олена и Савва, а заодно и о планах князя на имущество нашего приятеля.

Передразнил Алекса:

— Вот так-то — «у нас»…

Подъехали к трактиру. Дверь открылась, и на крыльце показалась Настасья Вахромеевна. Она тихо вскрикнула и прислонилась спиной к косяку.

Я почувствовал глухие удары сердца и быстро шагнул к хозяйке. Ощутив жаркие поцелуи на своем лице, подхватил красавицу на руки и понес в спальню. Она простонала:

— Феденька, дорогой, мой муж только что покинул дом. Ты с ним чуть не столкнулся!

Но мне сейчас не было дела ни до мужа хозяйки, ни до кого-либо еще. Правда, когда мы лежали и отдыхали от безумных ласк, почему-то подумал про Любку. Как-то ее там сейчас опекает боярин Свег? Почему-то почувствовал раздражение при этой мысли. Еле вспомнил, что сам лежу с другой.

Страстные ласки заставили позабыть обо всем на свете. Через какое-то время Настасьюшка вновь отодвинулась от меня, тяжело дыша. Хорошо хоть окно было открыто и в него вливалась ночная прохлада.

— Чую, Феденька, — простонала она, — много баб из-за тебя сходили с ума. А может, и смерть приняли.

Нет, последнего точно не было. Отношения до такой степени никогда не затягивал. Внезапно вспомнил последний разговор с Алексом и отчего-то хохотнул, решив прихвастнуть:

— Хотя одна свой мир из-за меня бросила. За край света рванула.

И сразу же заткнулся. Любка не заслужила того, чтобы ее имя трепали попусту. Если бы мог, затолкал бы свои слова обратно в глотку. Такого стыда не испытывал за всю свою жизнь. А про другой мир вообще лучше было промолчать.

В это время огромная птица пронеслась мимо окна. Я вздрогнул. Почему-то мне стало очень не по себе. И даже не сразу расслышал, что говорит Настасья Вахромеевна:

— Мой муж проболтался, что по поручению князя ищет человека с особой меткой. Чем-то он опасен для правителя.

Неясная мысль забилась в голове… и остановилась на татуировке. Я вспомнил, что Карлуша проявил к ней неподдельный интерес. А сделал я ее, если честно, по пьяни. Всегда был противником подобных картинок, а тут повелся на подначивания Коляна. Вспомнив кореша, представил строящийся замок для привидений. И на кой бес он ему нужен?

Настасья Вахромеевна заметила мое беспокойство.

— Феденька, тебе жарко? — Она встала и в чем мать родила подошла к окну.

— Хоть бы накинула что-нибудь, — недовольно заметил я.

— Зачем? Окно в сад выходит. Туда никого не пускают. Увидеть могут лишь кошки да птицы.

Тут наше приятное времяпрепровождение прервал громкий крик. Я быстро оделся и выскочил во двор. Вокруг колодца толпились возбужденные мужики, размахивая руками и крича.

— Что случилось? — поинтересовался я.

— Девку достали из колодца. То ли нечаянно упала, то ли утопиться решила.