Простая игра - Максим Ермолаев

Трогать тело волкодава я не стал.

Малыш, сидя у меня на руках, поднял голову и жалобно завыл, как бы прощаясь со своей матерью. Я прекрасно понимал его состояние, но по-другому было никак. Замучив волкодава до смерти, местные обязательно бы нашли его, и только я мог в данный момент спасти его. Пусть и таким жестким способом.

Стоило мне выйти из клетки, как тут же на площадь прибежал Ильмень с небольшой группой людей. Эта группа, похоже, была местной стражей. Одеты в броню, на поясе висели ножны с мечами. А у парочки воинов были на изготовке луки. Мазнув по ним взглядом, я увидел их уровни: все за 150.

— Вот эти господа нарушили покой нашего поселка и убили волкодава, — громко сказал Ильмень, обращаясь к страже.

— Вы задержаны до выяснения обстоятельств! — заявил старший из них, как по уровню, так и по возрасту, — при оказании сопротивления мы применим силу.

Нас тут же взяли в кольцо и куда-то повели. Естественно, сопротивляться было бесполезно. Да, убить они не смогли бы, но вот отправить на перерождение — запросто. Хотя, сдается мне, у этих бравых вояк явно есть способности, чтобы быстро обездвижить и связать жертву. А то и похуже.

Трактирщик, когда увидел у меня на руках маленького волкодава, тут же заявил:

— Отдай!

Да еще и таким властным голосом, как будто он тут что-то решает.

— Обойдешься, — ответил я ему.

Тот с таким гневом посмотрел на меня, что непроизвольно забегали мурашки по спине. А перед глазами выскочило сообщение:

“Отношения с владельцем таверны Ильмень изменилось!

Текущее значение: неприязнь.”

“Хм, а я думал, что отношения могут быть только со всем поселением” — подумал я и тут же получил небольшое уточнение:

“Отношения с отдельными местными:

Хорошее: дружелюбие, доверие, симпатия, превознесение;

Нейтральное;

Плохое: неприязнь, недоверие, ненависть, кровный враг.”.

Интересно, в отношениях с поселениями есть только 3 уровня, а тут целых 4.

— У вас тоже отношения испортились с Ильменем? — тихо спросил Дрон.

Оказалось, у всех. Ну, не удивительно, учитывая, что мы действуем в составе группы. Мы тем временем свернули с самой широкой улицы и двигались куда-то к краю поселения. Дома тут были довольно большие, двух-трехэтажные. Придомовая территория у каждого дома была облагорожена, в некоторых домах даже были небольшие прудики.

Пройдя мимо всех этих домой, нас завели во двор самого выделяющегося из всех дома, который мы видели. А выделялся он тем, что был полностью выполнен из необычного камня алого цвета. Глаза у меня разбегались, подмечая различные детали этого строения. Во всех углах дома была выполнена резьба, защищающая строение и прилегающую территорию. Рама каждого окна была вырезана в своем стиле, которые ни разу не повторился. Качество выполнения было настолько великолепным, что можно было, например, заметить каплю росы на травинке в одном из орнаментов.

Да, все это было очень и очень красиво и явно кричало о том, что тут живет кто-то богатый и влиятельный. Но каково же было наше удивление, когда из дома вышло 5 человек, четверо из которых получили от нас сегодня по морде…

— Преклоните колено перед старостой, — заявил вдруг старший из стражников.

Я посмотрел на мужчину, который являлся старостой и… остался стоять на месте.

— Вы что, оглохли? — вновь сказал стражник довольно грубоватым тоном.

— Преклонять колено перед этим боровом? — ядовито выплюнул я свою фразу, — много чести.

Мужчина был до безобразия толстым и уродливым. Да, он был богат, его одежда и дом, в котором он жил, просто кричали о том, что стоит все это огромных денег. Его влияние на поселок было огромным. Достаточно вспомнить, как он прикрывал своего сыночка и его дружков от их безобразий, и становится понятно, что поселок погряз в коррупции и всему, что с этим связано.

— Гордые? — каким-то больным голосом произнес староста, — или глупые? Одно мое слово, и вы никогда не выйдете из этого поселка.

— Ошибочка, ни первое, ни второе. А преклонять колено перед старостой обычной деревушки — полная хрень, — заявил Дрон наглым тоном.

— Да ты, я смотрю, бесстрашный? — повысил голос один из стражников.

— Остынь, Марк, — заявил староста властным тоном, отчего тот резко умолк на полуслове, — а теперь слушайте меня. Вы нанесли не только мне оскорбление, но также и моему сыну с его друзьями. Такое я не прощаю. Но мы можем договориться.

— Хм… — протянул я.

— У вас есть то, что мне нужно. Отдайте по-хорошему и убирайтесь нахрен из деревни.

— И что же это? — спросил я, хотя и так знал кто им нужен.

— Вот эта, — он указал на Майю, — поработает часок-другой ротиком и попкой. А еще мне нужен волкодав, который у тебя на руках.

— Не советую этого делать, — ответила Майя. И по тону, которым она это сказала, я понял, что заработала способность “Слово правды”.

— А вот это мне решать, что делать, а что нет, — язвительно бросил староста.

— Еще раз повторяю. Отпусти, — теперь тон Майи был совсем другой, властный, холодный, как будто кто-то говорил вместо нее. И, кажется, я догадывался, кто. — Или ты хочешь, чтобы вместо деревни остались лишь пустые безжизненные дома, а все жители в страхе убегали от гона?

“Что еще за гон?” — подумал я. Но, кажется, староста прекрасно знал, что это. Потому что его лицо мигом побелело и он, хватая воздух, тут же заявил хрипящим голосом:

— Проваливайте!

— Отец, ты обещал, что эта сучка отсосет мне! — заверещал парнишка, которому Зара сломала нос своим щитом.

— Ах ты мудак, хочешь, чтобы я отсосала тебе? — взвилась Майя уже своим голосом, — я тебе так отсосу, что ты под себя ходить будешь, падла!

— Проваливайте, я сказал! А ты, бездельник хренов, еще раз посмеешь тронуть кого-нибудь из гостей поселка, я самолично засуну тебя в подвал! И твоих дружков туда же!

Хм, странно, но после слов о подвале у парня как будто вся кровь ушла из лица. Такого белого лица не было даже у старосты, когда он услышал про некий гон.

Выйдя со двора мы, наконец, смогли перевести дух. Очень уж странным выдался этот диалог со старостой. Да и Майя очень многое должна будет объяснить…

— И куда нам теперь? — взволнованным голосом произнесла Зара.

— В таверну к Ильменю я точно не хочу, — ответила Майя.

— Да и я тоже, — сказали мы одновременно с Дроном и улыбнулись, переглянувшись.

— Все, что сейчас произошло, обсудим позже, —