Путь от змеиного хвоста - katss

— М-м… Даже не знаю, честно. В последнее время мелкий и так не выспавшийся и злой, как дикий кролик по весне. Хотя… Может, и пойдёт. В общем, спрошу.

— Спасибо. А то брательник меня этим вопросом уже задолбал, малой твой номер сменил, а до тебя в последние дни что-то совсем не дозвониться.

— А. Так парни не рассказывали?

— Что они должны были мне рассказать? — с вселенским подозрением уточнила Иришка. У-у… кого-то сегодня вечером ждёт скандал в лучших традициях мексиканских сериалов.

— Наверное, стоит начать с начала, — вздохнула я. — В общем, шла я давеча домой в лёгком подпитии…

***

— О-фи-геть, — протянула впечатлённая Кузя получасом позже, ставя третий противень в электропечь. — Ну я им задам… Смолчать о подобном?!

— Ладно-ладно, не кипятись, — попыталась успокоить подругу. — Тебе нервничать нельзя, ты малого ещё кормишь, вдруг молоко пропадёт?

— А! — отмахнулась Кузька. — Ему уже год скоро, пора так или иначе от груди отлучать. Так что это не оправдание. Всё равно получат по первое число, оба! — У-у, что сказать, мужики… я сделала, что могла. Аминь.

***

— Слушай, как думаешь, утки понимают гусей? Ну, типа у них язык как у нас с белорусами? — обратился ко мне вернувшийся в дом спустя ещё полчаса Серёга, уже освободив домашнего эльфа в лице бледноватого Димы и усадив радостно хлопающего в ладоши племянника себе на плечи. Идущий в кильватере Андрей, как раз взяв перенервничавшего Стрешнева на буксир и уже чего-то вдумчиво ему втирая, со стоном прикрыл ладонью глаза:

— Слушай, младший! Я тебя с твоими идеями точно женю!… Ну, или прикопаю однажды со стыда!

— Да чё сразу женю-то?! — возмутился Серёга.

— Да то! Только и знаешь, что глупости болтать… Сдал бы тебя в какие надёжные руки — вон, хоть Ваське, и думать бы забыл, о твоем моральном облике в том числе! Но со мной тогда Стёпа дружить перестанет, за такую подлянку.

— Говнюк ты, а не старший брат, — вздохнул печально Серый. — Тебе, паразиту, школьный друг дороже родного брата! Младшего!

— Да мы со Стёпой друганы с горшка! Как Гоша с Васей! Тебя в проекте не было, когда мы все передружились!… — ага, только у них был в горошек, а у нас в цветочек…

— О-о, эта старая песня теперь надолго, — Ирка закатила глаза, забирая притихшего Тимоху у деверя. — Бери своего погонистого и пошли накрывать на стол. Щас они тут с огоньком доцапаются, а если совсем припечёт, то и подерутся, а потом опять станут нормальными людьми. Ну, почти… — и специально для Стрешнева пояснила:

— Вы не обращайте на этих психов внимание, они почти всегда такие. Ссорятся, дерутся, но чуть что — друг за друга горой. Так что у нас дома своя маленькая русифицированная версия братьев Винчестеров… Только что без дробовиков и пистолетов. Всё нормально. Ну, относительно.

Я захрюкала.

Минуты три из прихожей доносился богатырский грохот, звуки смачнейших лещей, пинков и приглушённые матюги. Ещё через десять оба брата, знатно потрёпанные, но сияющие чуть щербатой улыбкой (Серёга) и смирившиеся с подлостью мироздания (Андрей) почти в обнимку вошли в кухню. Мы дружно сидели с видом лемуров из баянистого мема про "Узбагойся!" И только Тимоха с азартом пытался нашкодить, потихоньку и — типа незаметно — стаскивая со стола скатёрку…

— "У вас в продаже зелёные нитки есть? — Нет, но есть белые и зелёный маркер", — процитировал Серёга. — Короче, Вась…

— Мы тут крутили и вертели, и кое-что вышло, — продолжил за него Андрей. — Но хрен его знает, будет ли нормально работать. Сама понимаешь, раньше мы реальным оружием не занимались.

Кивнула: понимаю. Но жить мне хочется больше, чем выпендриваться, выискивая себе именитых оружейников.

— Короче, щас подзаправимся, — как ни в чём не бывало улыбнулся младший Кузьмин, — а потом сядем думать. Пара-тройка рабочих чертежей у нас есть, заготовки под них только что доклепали. Всё будет пучком!

— Даже не сомневаюсь, — усмехнулась, помогая Иришке раскладывать нехитрую снедь по тарелкам. — Кому супа, орлы?

Супа надо было всем. Прошедший боевое крещение в должности няньки для мелкого Стрешнев тоже передумал от чего-либо отказываться. Подозреваю, он бы и водочки стопарик накатил, от нервов. Если б не был за рулём.

В середине застолья малой внезапно задремал, в связи с чем мы быстро-быстро и крайне тихо заработали ложками, сметая всё с тарелок. Прихватив поднос с пирогами и оставив Ирку тихонько убирать со стола, вчетвером смылись в гостиную, за низкий деревянный столик.

— Ладно, пока отбросим то, что у нас в голове… — начал Андрей, сев на пол с блокнотом. — Начнём с того, что тебе предложили официальные оружейники…

Я скривилась. Дима пожал плечами: типа, а что вы хотели, товарищ Рощина? Ну, собственно, да…

— Как мне это обозвали — стандартный набор для хила. На выбор предлагались ножи — по типу охотничьих, с односторонним лезвием и зазубринами на обушке, короткий меч — разных вариаций…

— Чё за мечи? — сразу встрепенулся Серёжка. Все мы тут толкиенутые… в той или иной степени.

— Один — что-такое изогнутое… фальката, вроде. Общий вид лезвия — жирная гадюка в броске. Ну, когда "пасть" раззявлена, "брюхо" толстое, а "хвост" тонкий и на отлёте… — Серый закивал:

— Да, скорее всего, это фальката.

— Второй… мм… плод любви какого-то извращенца.

— Почему? — удивился ко всему привычный Андрей.

— Потому что по виду самый что ни на есть скандинавский баллок, только исключительно длинный. Я с трудом могу представить комплексы того мужика, который его выковал, уж прости. — Андрей прикрыл глаза, Серёга сдавленно захрюкал. Сдавленно — потому что помнил о спящем в кухне Тимохе. И Ирке, которая ему башку открутит, если что.

— Ну а дальше мне эти оригиналы предложили натуральную глефу, за которую я не знаю, с какой стороны взяться, и чего-то типа моргенштерна для гномиков.

— Кистень, — повторно прикрыл глаза Андрюха. — Вась, это называется кистень.

— Да, собственно, пофиг, — пожала плечами. — Я им, если