День револьвера - Андрей Уланов

Я уже начал раскрывать рот, чтобы осчастливить остальных своей гениальной идеей — и едва не подавился, натолкнувшись взглядом на знакомые «звездочки». В этот раз вампирка подкралась не со спины, но, как оказалось, внезапное появление кого-то перед твоим носом тоже не доставляет особой радости.

— А-а… ты чего?

— Сюда кто-то скачет, — сообщила Венга.

Ей бы проповеди читать с такой манерой разговора, отчего-то подумал я. Нет, лекции о вреде пьянства. Потому что этот ровный, как столешница гномской выделки, голос хорош в тех случаях, когда тебе надо как можно больше пропустить мимо ушей. Но не когда нужно узнать что-то действительно важное.

— Скачет? — переспросил Толстяк. — Гы-ы, похоже, Сальватано вызвала Инто-Бродяжника. Не повезло тебе, подруга, не повезло…

— Всем нам не повезло, зеленый, — мрачно сказал я. — Или надеешься, что Сестрички в дыму не разглядят, что ты гоблин, а не просто большая куча навоза?

— Гы, а это хорошая идея, эй-парень.

— Странно…

Уши китаянка развернула параллельно земле, а голову слегка приподняла — точь-в-точь как кошка, принюхивающаяся к чему-то подозрительному.

— Я не чувствую изменений в магическом фоне.

— Может, у тебя насморк, подруга?

— Погоди. — Уцепившись за выступ на валуне, я кое-как поднялся. — Зеленый, дай-ка гляделку.

— Что, решил проверить, не соврал ли я насчет размеров?

— Дай. Мне. Монокуляр! — От злости я даже вспомнил правильное название нужного предмета. — И помолчи.

Главное было — не переборщить с высовыванием. Одну пулю от Сестричек я уже заполучил, и пополнять коллекцию вовсе не хотелось. Мало-помалу, дюйм за дюймом… мне нужен только горизонт, одним глазком, хе-хе…

Всадников было три-четыре десятка, не меньше. На таком расстоянии посчитать их толком я не мог — они двигались кучно, растянувшись в глубину — формация «осиный рой», как называл это дядя Айвен — и я даже не мог сказать, вижу ли всех, или в поднятой первыми рядами пыли скрывается длинный хвост колонны.

— Похоже, — голос у меня предательски дрогнул, — к нам на подмогу спешит кавалерия.

— Ы-ы?! — Гобл мигом оказался рядом со мной. — Армия пришла на выручку?! В жисть не поверю, пока не увижу сам! Они даже в Пограничье спешат на помощь только в бульварных романчиках, а уж забраться в глубь Запретных Земель…

— Если это не армия, то кто же?

— О-о! — забрав у меня гляделку, Толстяк притиснул её к глазу с такой силой, слово хотел его выдавить. — Список длинный, эй-парень, а открывают его наши старые приятели свиномордые.

— Но ты же, — напомнил я, сползая вниз с камня, — вчера бил себя копытом в грудь и твердил: они не вернутся!

— Вчера было неблагоприятное расположение светил, — проворчал гоблин. — К тому же я был трезв, а лучшие предсказания выходят после кактусовой двойной перегонки. Это каждый шаман, да что там — это даже мексиканцы знают.

— А у Сестричек с орками как?

— По-разному… смотря из какого племени будет отряд. После того как Линда сделала себе попону из шкуры… — гоблин осекся. — Не, это точно не орки! — обернувшись, крикнул он. — Лошади больно разные. Вороные, пегие и белые в одной куче. На таком разномастье даже банда изгоев не поскачет.

— Но кто же тогда? — спросила Лисса. — Кейн, поправь… армия ваша тоже ведь старается комплектовать подразделения лошадьми одной масти.

— Вроде бы так и есть, — неуверенно сказал я. — Ну здесь-то Пограничье, а не округ Колумбия.

Неожиданно Толстяк шумно вздохнул, спрыгнул с валуна и, подойдя ко мне, с силой ткнул указательным пальцем в плечо — к счастью, здоровое.

— Слышь, эй-парень… ты у нас точно не Ваш Паникер?

Вопрос прозвучал как очередная дурацкая шутка, однако Толстяк при этом выглядел на удивление серьезно.

— Ну… я же не развалил Погребальнец.

— Мы с подругой вышли раньше, ты мог успеть, — проворчал гобл.

— За пять минут?! Да в чем дело, зеленый, объясни толком!

— Хватит и пяти секунд, если умеючи… — буркнул Толстяк. — Ладно… но тогда придумай мне другой ответ на вопрос: какого растреклятого черта Билли Шарго бросил все свои дела, собрал всех, до кого успел дотянуться, и поперся следом за тобой в пасть к дьяволу?!

Я не поверил своим ушам и, отобрав назад монокуляр, сам принялся всматриваться в приближающуюся тучу пыли. Нет… этого просто не может быть! Скажи гоблин, что на горизонте скачет мой папаша вместе со сворой ближних и дальних родственников, — и то это бы прозвучало более правдоподобно.

— Шериф? — недоверчиво переспросила китаянка. — Ты уверен?

— Клык не дам, — признался гоблин, — они еще слишком далеко. Но больше всего это стадо похоже именно на Билли и его банду. Эй-парень, скажи хоть что-нибудь?!

— Ы?

— На самом деле, — пришла мне на подмогу китаянка, — даже будь это шериф, с чего ты взял, что ему нужен именно Кейн?

— Ну а кто еще, подруга? Уж не ты ли?

При этих словах гоблина я вдруг вспомнил, что Сестрички начали пальбу как раз из-за Лиссы… которую они видели вместе с шерифом. Сама китаянка ни разу о подобном не говорила… а я и не спрашивал… и даже после встречи с дарко не спросил, решив отложить разговор до лучших времен. Стоп! Сестрички!

— Те, кто внизу, — опередив меня на долю секунды, ответила Лисса. — У них тоже проблемы с шерифом, и куда больше, чем у нас.

И они еще не знают о всадниках, подумал я, или узнали только что. Как-никак, три сотни футов преимущества в высоте здорово расширяют кругозор.

— С чего бы это? — уже без прежнего напора осведомился гоблин. — Шарго на ножах с бандитками Сальватано уже года три, а то и все четыре. Но все это время он гонялся за ними только по людской части Пограничья, а в Запретные Земли даже нос на дюйм не совал.

— И что с того? Все когда-нибудь случается впервые…

— Так-то оно так, подруга, — пробормотал гобл, — но у этого самого «случается» обычно имеется веская причина.

— Причину я согласна узнать и в другой раз, — сказала Лисса. — А пока меня волнует, что случится, когда шериф со своими людьми доберется до этой горы. Он ведь скачет прямо к ней, я верно понимаю?

— Ничего хорошего, как я смекаю. — Сев на камень, гоблин принялся перешнуровывать левый мокасин. — У Сальватано теперь две лошади на троих. У нас — полторы на четверых. Если Сестрички попробуют сбежать, шериф, канешна, рванет за ними, но далеко не уйдет. Когда же погоня закончится, он обязательно вернется и начнет вынюхивать — а чего это здесь валяется конь и вообще, что тута было?

— Говорят, — задумчиво произнес я, — в Запретных Землях гоблины первые мастера по части запутывания следов.