Попаданец. Барон Ульрих - Сергей Мельник

— Нравится? — Он улыбнулся, склонившись над котелком с закипающей водой, бросая туда какие-то сушеные травки.

— Красиво. — Я тяжело вздохнул, садясь на землю рядом с ним. — Это действительно похоже на искусство, не то, что мои жалкие потуги.

— Уна, — он стал серьезен, — расскажи мне.

Я невольно усмехнулся. Рассказать? Конечно, расскажу, куда денусь, не та у нас с тобой весовая категория, чтобы я стал что-то утаивать от тебя. Впрочем, не все тебе, наверно, стоит знать, мало ли что за тараканы у тебя в голове. Неспешно, с расстановкой, стараясь обходиться без прикрас в мелочах, начал свой рассказ с того места, где мы расстались с ним. Хороший слушатель, ни разу не перебил или не задавал вопросов, просто молчал и слушал.

— Значит, ты идешь по пути мести? — Он подал мне кружку с приготовленным отваром.

— Нет, так бы я не стал говорить. — Было немного боязно, но я все же пригубил приятного заваренного разнотравья, в конце концов, не отравит же он меня, в самом деле?

— А как бы ты сказал? — Он уселся напротив, скрестил ноги под собой, также пригубив чай.

— Однажды мне рассказали одну поучительную историю. — Его мимика была непробиваема, но вот любовь к различным возвышенным образам и словам читалась мной чуть ли не в каждом его жесте.

— Она про двух крестьян, хороших друзей, которые жили через поле друг от друга. Один из них все время звал второго к себе в гости, накрывал стол, встречал с радостью в сердце, но вот незадача — во дворе у него жил и нес свою службу очень злой пес, как только гость пускался в обратный путь, этот пес выбегал со двора и кусал крестьянина.

Для важности момента я сделал паузу, прихлебывая довольно приятный отвар и с задумчивым видом разглядывая даль, по заветам старика Конфуция: «Я передаю, а не сочиняю».

— И что же? — Он вскинул бровь, легкой улыбкой отдавая должное моей игре.

— Что? Да ничего особенного, жена посоветовала ему в следующий раз взять с собой кусок хлеба и, когда пес выбежит, угостить его, чтобы он стал добрей. Так крестьянин и сделал. Взял хлеба, пошел к другу, а когда на обратном пути за ним побежал пес, он отломил и бросил кусок тому. Пес исправно съел кусок и опять бросился бежать к крестьянину, тогда тот еще бросил, потом еще и еще, пока хлеба совсем не осталось.

— Он опять покусал крестьянина? — Улыбка эльфа стала шире.

— Да. Он опять укусил его, отчего тот схватил с земли палку — и бздыц! — Показывая «бздыц», я немного не подрассчитал, окатив себя и эльфа чаем из сжимаемой в руке кружки. — Ой, извини!

— Ничего-ничего. — Он ошалело смотрел на свои мокрые штаны и рубашку. — Что там дальше было?

— Ну, в принципе, это все. — Я отставил пустую кружку, стягивая через голову свою вымокшую рубашку.

— Как все? — На лице эльфа удивление граничило с непониманием.

— Ну да, все. Больше там рассказывать не о чем. Крестьянин тот потом так и ходил в гости к другу с палкой, и пес больше никогда его не трогал.

— Хм. — Эльф задумчиво уставился в костер. — Значит, сейчас ты на пути к… эм-м… бздыц?

— Точно! — Для важности момента я даже соизволил вскинуть вверх указательный палец. — Я могу дать хлеба, я еще могу дать и еще, но от этого пес не перестанет меня кусать. Так что о мести тут не идет речи, мне это ни к чему, а вот кое-кому, пожалуй, станет наукой.

— Ну что ж, барон. — Он кивнул, вновь возвращаясь к улыбке. — Вы были очень даже откровенны со мной, взамен, наверно, и мне стоит дать вам что-то. Я, Леофоль из рода Темной Ели, хранитель земель Афель ла Ринг, закрепляю за вами ваше право судьбы владеть этими землями!

Вот те на! Я судорожно стал глотать рвущиеся из меня слова. Это что ж выходит? Эльф исполняет функции сэра Дако, но от лица эльфийской короны, или что там у них? То есть мы тут, люди-человеки, вроде как в королевстве у себя и живем, не знаем, что на самом деле наше королевство принадлежит эльфам!

Однако есть над чем подумать. Кто тут в дураках? Человечество в своем невежестве или исчезающие эльфы в своем величии? Не слишком ли они много на себя берут?

— Вижу, у тебя возникло море вопросов! — Он поднялся на ноги, собирая в свой заплечный мешок разложенные перед костром вещи. — К сожалению, время для ответов еще не пришло, мое дело было оценить тебя и понять те мотивы, что движут очередную войну во вверенных мне землях.

— И? — Я продолжал сидеть, снизу вверх рассматривая его.

— Ты в своем праве, я не стану препятствовать тебе.

— Можно обратиться с просьбой? — Я медленно поднялся, быстро сверяясь с «Маком», записал ли он «глушилку» эльфа, брошенную на вампира. — Не мог бы ты оказать любезность и показать мне любое, самое безобидное заклинание своей школы?

Да, маленькая военная хитрость, покажи мне одно из плетений, объясни, что в нем и как, а уж я потом, зная твои узлы, постараюсь распутать все остальное. Все же магия пришла от эльфов, и ничего удивительного в том нет, что их мастерство на голову выше любой из схем человечества.

— Любое? — Он задумчиво окинул меня взглядом.

— Да! Только ради искусства! Любую мелочь.

* * *

Заклинание, показанное эльфом, называлось «Звезда Латом». Тупой фонарик, которых я уже знал целую кучу, но какое плетение! Это шедевр, просто, емко и функционально. Что я раньше делал по заветам Дако? Выстраивал последовательную цепь. Мне нужно было установить общий контур из трех составляющих: энергозапас, формирующая основа и включатель-выключатель. Здесь же не было формы, не было энергозапаса или же подпитки! То есть, я хочу сказать, что сама форма заклинания была универсалом, это не заклинание, а, как сказал Леофоль, руна. Универсальная единица связи энергии. Разница, я вам скажу, колоссальна, заклинание, как ни крути и как ни пихай в него подкачку, конечно по своей сути, а руна вечна. Нет в ней ни насоса, ни управления, нет ничего, просто свитый замкнутый узор, своей формой и единично заданным импульсом силы являющийся чистой функцией.

Всего таких рун, по словам Леофоля, чуть больше шестидесяти, мне он показал одну, остальные в принципе также не являлись секретом, но вот эльфийская магия — это табу.

Да, вот так вот, господа эльфы охраняли свои корпоративные секреты. Никому и ничего, есть руны, пожалуйста, учите, используйте, а вот наши плетения не трогайте. И тут, надо сказать, крылось даже больше, чем можно было бы подумать. Из полувзглядов и намеков, кинутых им, выходило, что если кто-то из ныне живущих магов будет уличен эльфами в создании их конструкций, то, скорей всего, будет иметь место летальный исход данного индивидуума.

А я что? Я ничего, я вот даже ни одного заклинания не знаю! И ведь почти правда… После того как эльф скрылся в лесу, а я с криками отбегал положенное по лагерю, ловя всех правых и неправых на предмет выдачи заслуженных слонов, из-за того что у нас в лагере блуждают незамеченными посторонние. Мне пришлось больше часа просидеть с «Маком» просто для того, чтобы хотя бы скопировать неизвестный во всех принципах узор. С Тины он сам снимал свою сеть, чем, естественно, «спалил» передо мной узел управления, но от этого, увы, не становилось легче.