Замок Пятнистой Розы - Андрей Легостаев

Мейчон бросился к выходу.

В груди Дойграйна, с правой стороны, пробив негодный парадный доспех, торчал тонкий каленый трехгранный кинжал.

— Меня убили! — простонал Дойграйн. — Уби-и-ли!

Мейчон быстро огляделся. Вокруг таверны — на улице и дальше, на площади — веселились люди, большинство было в масках. Ничего подозрительного. Никого убегающего Мейчон не увидел.

— Убили меня, убили, — стонал тушенос.

— Кто его? — быстро спросил Мейчон у Гирну.

— Я ничего не успел понять, — испуганно ответил старый слуга. — Мы выходили, вдруг он как закричит и повалится на меня… Я никого не успел заметить.

Удар был нанесен мастерски — если бы у Дойграйна сердце было как у Мейчона, с правой стороны, он уже не смог бы хватать руками воздух и причитать, что его убили.

Со всех сторон к таверне собирались зеваки. Злоумышленника, наверняка, уже давно нет в ближайших кварталах. А может, он и вернулся в толпе и сейчас наблюдает за ними под видом простого горожанина…

— Успокойся, Дойграйн, все будет в порядке, — обратился Мейчон к раненому.

— Как же все будет в порядке, когда я умираю?

Дойграйн лежал на полу, загораживая проход, Гирну поддерживал его голову. Рядом Мейчон заметил встревоженное лицо Сейс.

Мейчон нагнулся и взял Дойграйна на руки. Тушенос был достаточно тяжел, да еще в этих доспехах… Мейчон понял, что нести его не сможет и снова положил на порог. Каждое движение приносило раненому боль — он не прошел школу на острове Брагги и не умел усмирять плоть.

— Бросьте меня, я сейчас умру, — простонал страдальческим тоном Дойграйн.

Шлем странно искажал голос и если бы не опасность для жизни Дойграйна, Мейчон бы рассмеялся.

Мейчон поднял забрало, чтобы раненый дышал свободнее, затем расстегнул застежки и снял шлем.

— Надо позвать за магом-эскулапом, — сказала Сейс.

— Он не успеет, — простонал Дойграйн, — я умру раньше.

— Успокойся, — жестко сказал Мейчон и слегка шлепнул раненого ладонью по щеке, чтобы привести в чувство. — Такая же точно рана у меня самого еще не прошла. Видишь — живой. Сейчас доберемся до дома и я сам смажу рану, у меня есть бальзам. Не надо мага-эскулапа, Сейс, лучше найди каких-нибудь носильщиков. Нужно срочно доставить его домой, я не донесу, а сам он не дойдет…

Сейс юркнула на улицу, выполнять поручение.

Сквозь собравшуюся у дверей таверны толпу пробился элиран третьей грани.

— Что здесь происходит? — строго спросил он. Взглянул на лежавшего в золоченых доспехах раненого и удивился: — О, проклятые пустоши, неужели убили этого, как его, Мейчона?

— Я — Мейчон. Это — мой друг, я подарил ему свои доспехи. Кто-то хотел убить меня, но на нем был надет шлем с забралом. Сегодня гулянье и он хотел…

— Я… я умираю, — снова простонал раненый.

— Сейчас я вызову магов-эскулапов и мы доставим его в элиранат, — сказал страж порядка, поднося к губам рог, чтобы созвать находившихся поблизости элиранов.

— Не надо, — попросил Мейчон, — я все сделаю сам. У меня есть бальзамы, сейчас мы отнесем его домой.

— Дойграйн?! — вдруг вылез вперед из толпы зевак мужчина солидного телосложения. — Дойграйн, ты ранен? Эй, мужики, здесь Дойграйна убивают! — вдруг заорал он кому-то.

Из толпы выбрались еще четверо мужчин, по сложению которых без труда можно было догадаться о роде их занятий.

— Я умираю, — прошептал Дойграйн, увидев своих. — Пригойн, я умираю!

— Кто его обидел? — заорал товарищ Дойграйна и повернулся к Мейчону: — Ты?

— Я — его друг, — спокойно сказал Мейчон. — А если вы хотите помочь своему товарищу, немедленно найдите носилки. Его нужно уложить в постель. У меня есть бальзамы, и я быстро поставлю его на ноги.

Уверенный тон Мейчона заставил тушеноса поверить ему.

— Не надо никаких носилок, мы сами отнесем его. Куда нести, в элиранат или к магам-эскулапам?

— Нет. Вот он покажет куда. Гирну, проводи. Я подожду Сейс и поговорю с элираном.

Четверо тушеносов с легкостью подняли Дойграйна.

— Ой, — запричитал он, — осторожнее. У меня кинжал в груди. Я ранен! Я умираю…

Гирну повел тушеносов к дому Сейс. Мейчон повернулся к элирану.

Зеваки постояли и решили, что во время праздника найдутся занятия и повеселее, чем слушать пустые разговоры.

— Пройдемте в таверну, — предложил Мейчон.

— Лучше здесь, — сказал элиран. — Как я понял, вы — элин Мейчон и отдали своему знакомому ваши доспехи. Кто его ранил?

Мейчон ответил на все вопросы стража порядка, заверил, что вылечит рану Дойграйна и что она не представляет угрозы для жизни. Он пообещал, что как только Дойграйн сможет встать на ноги, явиться вместе с ним в элиранат.

Появилась Сейс, которая выглядела виноватой, поскольку в этот безумный час, когда всеобщее веселье охватывает Город Городов, не смогла найти ни одних носилок.

— А где Дойграйн? — взволнованно спросила она. — Он…

— Тут оказались его знакомые с Торговой площади, они понесли его в твой дом. Поторопимся, я должен обработать его рану.

— За что его, а? — спросила Сейс, стараясь не отставать от Мейчона.

Мейчон усмехнулся.

— Не надо быть большим мудрецом, чтобы ответить на твой вопрос, Сейс.

— И все-таки?

— Сегодня я сказал принцу Марклиту и в элиранате, что у меня сердце с правой стороны. Куда ударили Дойграйна?

— А-а, — догадалась Сейс, — он был в твоих доспехах и убийца принял его за тебя?

Мейчон кивнул.

— Как хорошо, что Дойграйн не гапполушец, — только и сказала Сейс. — И как хорошо, что убийца перепутал вас из-за доспехов.

Мейчон посмотрел на девушку, но ничего не сказал.

Он думал — следят за ним сейчас или нет?

Но в такой толпе, где путь приходится прокладывать грудью и локтями, следящего заметить очень трудно. При первой возможности они свернули на тихие боковые улочки, но за ними никто не шел.

* * *

Сейс лучше тушеносов и Гирну знала свой район, поэтому Мейчону еще пришлось подождать.

Тушеносы внесли раненого товарища в дом, Мейчон проводил их в комнату, где сам оправлялся от ран, и уложил Дойграйна на свою кровать.

Тот уже не причитал, стонал тихонько и глядел на Мейчона просящим взглядом, в котором читалась боль и надежда на ее избавление.

— Сейс, дай дурманящих фруктов, — попросил Мейчон, готовясь извлечь клинок из тела раненого.

— Что? — не поняла девушка.