Замок Пятнистой Розы - Андрей Легостаев

Обвинитель продемонстрировал ему кинжал и маг-эскулап подтвердил, что именно это оружие извлек из тела покойника.

Затем в ложе обвинителя появился Варрину, слуга из дворца Трэггану.

— Вы видели этого человека живым? — спросил обвинитель, указывая на магическую копию монаха.

— Да, — уверенно сказал Варрину. — В тот день, когда у нас давали пир, он сидел за столом, а потом вместе с хозяином прошел в верхний кабинет.

— Вы сами видели, как они проходили вместе по лестнице, ведущей к верхнему кабинету?

— Да. Хозяин сказал, чтобы я нашел Кейону, его личного слугу, и отправил наверх.

— Вы нашли Кейону?

— Да.

— Больше вы монаха не видели?

— Нет, но на следующее утро ко мне подошел страшно взволнованный Кейону, привел к верхнему кабинету хозяина и попросил посмотреть в замочную скважину и посоветовать, что делать. Я заглянул и увидел монаха в кресле. Вернее, видна была лишь его безжизненная рука — она была в том же положении вот как сейчас, — он указал на магическую копию монаха. — Тогда я сказал Кейону, что нужно идти в элиранат. Он так и сделал.

— Вам знаком вот этот кинжал? Он принадлежал вашему хозяину?

— Я не знаю. У хозяина много оружия, а я ничего в нем не понимаю.

— У меня больше нет вопросов, — объявил элиран-обвинитель.

— У обвиняемого будут вопросы к этому человеку? — спросил жрец Храма Правосудия.

— Он врет, — совершенно спокойно сказал Трэггану, — он не мог видеть меня, поднимающимся по лестнице вместе с монахом, потому что этого не было.

— Клянусь, я не вру! — заорал Варрину.

— Позвольте мне задать несколько вопросов, — встал со своего места защитник Чеггу.

Коварными ловушками он пытался запутать слугу, но тот говорил уверенно и нигде не сбился, потому что его версия была проста и выучил ее он добросовестно.

Следующими очевидцами выступили еще двое слуг Трэггану, которых он даже по имени не знал. Они утверждали, что тоже видели хозяина вместе с монахом, как они уходили из пиршественного зала в сторону лестницы наверх.

Они клялись всем возможным в правдивости своих слов и запутать их прославленному защитнику, прошедшему огонь и воду и повидавшего в своей жизни множество лжецов, так и не удалось.

Трэггану понял, что ложь их тщательно продумана и выверена, разумеется сами они придумать так не могли — кто-то очень умный стоял за ними. Трэггану догадывался, кто это мог быть, но полной уверенности не имел.

Он понимал, что это могла быть интрига короля Итсевда, которому он чем-то не угодил и тот решил убрать впавшего в немилость подданного, обладающего значительной властью в Городе Городов. Или отец Млейн задумал все это, чтобы стать опекуном наследника Итсевд-ди-Реухала и поправить свои пошатнувшиеся финансовые дела, которые, как слышал Трэггану, всегда были в незавидном положении — элл Канеррану просто пускал всем пыль в глаза, распространяя слухи о своем богатстве, которое растаяло много лет назад.

Элиран-обвинитель пригласил в свою ложу элирана шестой грани Дилеоара. То ли вельможа принца Марклита забыл о своей угрозе разжаловать его в элираны пятой грани, то ли еще не успел, но на Дилеоаре были значки шестой грани.

— Вы служите в главном элиранате? — спросил у Дилеоара элиран-обвинитель.

— Да.

— Вы занимались заявлением Кейону, слуги из дворца обвиняемого?

— Он заявил в элиранат итсевдского квартала. Они, в связи с положением элла Трэггану, обратились к нам и мне было поручено разобраться в смерти монаха Иераггу.

— Что вы предприняли?

— Я разыскал элла Трэггану и спросил не видел ли он монаха Иераггу. Он занервничал и заявил, что монах ушел из его дворца, не дожидаясь конца пира и больше элл Трэггану его не видел. Я попросил разрешения осмотреть его дворец. Элл Трэггану сказал, что не позволит мне этого сделать, но я настоял на своем и он с крайней неохотой уступил. Нам было показаны все помещения, кроме верхнего кабинета. Когда мы заставили элла Трэггану подняться туда вместе с нами, он довольно неудачно изобразил недоумение при виде тела убитого. Он сказал, что не имеет понятия, как монах оказался там. Когда же мы привели Кейону и тот рассказал все, что видел и слышал, элл Трэггану бросился к выходу в верхний сад, который примыкает к кабинету и, воспользовавшись древним подземным ходом, убежал.

— Что сделали вы?

— Писарь подробно записал все, что говорил Кейону, поэтому я посоветовал ему под чужим именем поселиться в какой-нибудь гостинице и сообщить об этом мне, чтобы я знал где его искать. Маг-эскулап к тому времени уже выполнил свою работу, поэтому я на всякий случай выставил охрану у кабинета обвиняемого и ушел из его дворца.

— Вы видели впоследствии Кейону?

— Да, совершенно случайно я узнал его в элиранате, куда привезли его обнаженный труп. Поскольку, когда я арестовывал элла Трэггану во второй раз в комнате его жены, которую он собирался в тот момент убить кинжалом, он был весь в крови, то я полагаю, что Кейону тоже убил он.

— Не ваша обязанность решать, кто убил Кейону, — громовым голосом сказал защитник Чеггу, — это дело судей. Сейчас рассматривается убийство монаха, а не слуги.

— Скажите, — продолжал элиран-обвинитель, словно не слышал слов защитника, — этот человек Кейону?

Помощники внесли в ложу обвинителя магический куб в котором была копия головы мертвого Кейону.

— Да, — ответил Дилеоар.

— У меня больше нет к вам вопросов, — объявил элиран-обвинитель.

Защитник Чеггу стал задавать свои вопросы.

— Я видел только то, что видел и мои слова подтвердят восемь помощников, которые были со мной, — твердил в ответ Дилеоар. — Я не утверждаю, что Трэггану убил этого монаха, я просто передаю то, что я видел и слышал. Пусть решают судьи.

Защитник еще четверть часа старался поймать Дилеоара в противоречиях, но, как и с предыдущими очевидцами, всего его опыта и мастерства не хватило, чтобы сбить Дилеоара с толку.

По лицу знаменитого Чеггу нельзя было прочитать, что он догадывается насколько близок к поражению, которые так редки в его практике.

— Поскольку слуга Кейону убит, — заявил элиран-обвинитель, когда иссякли вопросы к Дилеоару, — я прошу писаря Байсина зачитать записи, которые он сделал во время допроса Кейону в присутствии Трэггану.

В ложу обвинителя вышел писарь и невыразительным голосом прочитал записи того памятного Трэггану вечера.

— У меня все, — сказал элиран-обвинитель, когда писарь закончил. — Надеюсь, я достаточно убедительно показал, что элл Трэггану убил монаха Иераггу, которого ненавидел.

— Вы закончили? — с некоторым удивлением спросил Жрец Храма Правосудия.