Ричард Длинные Руки - маркиз - Гай Юлий Орловский

– Ну да, вас сделаешь, – возразил он. – Вы крепкий орешек, сэр Ричард. За что уважаю просто безмерно!

Я пробормотал:

– Когда такой комплимент, сразу начинаю присматриваться, в каком рукаве у вас спрятан кинжал.

Он засмеялся.

– Только не для вас! Я вас рассматриваю как надежного сотрудника… ну, ладно-ладно, как соратника. А что вы хотите? Разве не видите, что у меня нет ни одного оплачиваемого помощника? В то время как у Той стороны – их миллионы!

– Это вы про церковь? – переспросил я на всякий случай.

– Ну да, – ответил он, улыбка показалась мне донельзя ехидной. – Церкви Сатаны не существует! У нас все на чистом энтузиазме. То есть у нас все честно.

– Сильный довод, – пробормотал я. – Но, между нами говоря, вы отказались от оплачиваемых помощников не совсем сами? Иначе не совсем бы и отказывались?

Он покачал головой.

– История не знает сослагательного наклонения. Сейчас у церкви масса оплачиваемых жрецов, миссионеров, проповедников, священников… у меня ни одного.

– Официально, – снова бормотнул я.

– Простите?

– Сэр Сатана, – сказал я, – мне лапшу на ухи вешать не надо. Я бывалый хлопец. Как моторный парубок Эней. Я уже знаю, что серьезная оппозиция ворочает такими деньгами, что официалы воззавидуют!.. И всегда это черный нал, что особенно удобно. Хотите сказать, что все эти черные мессы во славу дьявола ничего вам не дают? Нет-нет, я не буду доискиваться источников вашего финансирования. Скажу только, что люди всегда сочувствуют проигравшему, так что вам обеспечены симпатии очень многих в этом мире. И не только симпатии. Я знавал одну бабульку, что в церкви ставила одну свечку Богу, а другую – черту. Так, на всякий случай.

Он улыбнулся.

– Спасибо.

– Не за что, – ответил я сердито. – Кое в чем вы даже выигрываете, мол, вас зажимают, видите ли! В своих землях я, пожалуй, создам равные условия для церкви и вашей антицеркви… По крайней мере, позволю доступ к массмедиа, источникам информации. И тогда попробуйте доказывать свою правоту перед прихожанами!

Его лицо стало очень серьезным. С минуту в полном молчании смотрел на меня, в глазах проступило удивление.

– Вы снова просто поражаете меня, сэр Ричард. Одно скажу, это… опасное и вместе с тем мудрое решение. Во всяком случае, вне зависимости от того, кто победит, решение будет справедливым. И тот, кто проиграет, не сможет сказать, что противнику помогли, что победа этой сволочи досталась нечестно.

Он подобрался и смотрел на меня несколько иначе: трезво и оценивающе. Я чувствовал себя неуютно, хотя и знаю, что Сатана имеет на меня виды, но это как бы вообще, а сейчас он слишком близок к чему-то… или к какому-то резкому повороту руля.

– Сэр Ричард, – произнес он деликатно, – как бы вам напомнить момент из истории… который вы и сами знаете, но на который, как мне кажется, не обратили внимания…

– Это какой же? – спросил я настороженно.

– Авелю только сочувствуют, – произнес он, – правда, как-то вяло. А Каину не просто горячо сочувствуют, о нем даже поэмы слагают. И картины пишут. И вообще о нем говорят… И когда он ушел, изгнанный Адамом, то дал начало множеству народов, которые заселили мир и пришли в столкновение с потомством Сифа, третьего сына Адама. И вообще крови Каина в современных людях гораздо больше, чем крови Сифа…

Я посмотрел на него со злостью.

– Это вы к чему сказали?

Он развел руками.

– Хорошо быть честным, сэр Ричард, я разве спорю? Но быть победителем – еще лучше. Все-таки всегда историю пишет победитель. И дальнейший ход истории, все повороты и зигзаги определяет только он. Как и рывки или остановки. Потому прежде всего нужно побеждать! Чтобы диктовали вы, а не вам… Ладно, не буду загружать вас проблемами, я только на минуту к вам заглянул! Дел много, решил побаловать себя удовольствием общения с вами.

Он улыбнулся мягко и чуточку виновато, как бы извинялся за слабость, тут же растаял в воздухе. Я напряженно просматривал заново разговор, стараясь понять, почему, хотя Сатана не сказал ничего важного и даже закончил комплиментом, осталось тягостное чувство, словно совершил большую и непоправимую ошибку.

Далеко впереди блеснуло красным, быстро начало разрастаться. Я откровенно струхнул, впереди по курсу от самой земли рвется в небо красная стена пламени. Вершиной уперта в синий небосвод, а транспортник тупо прет прямо в середину.

– Сэр Рефершельд!

Рефершельд галантно беседовал с дамами, оглянулся несколько недовольно, но увидел панику на моем лице, подошел быстро, бросил взгляд по курсу.

– Что?.. Впечатляет, верно?

– Еще бы, – проговорил я пересохшими губами. – Что будет?

– Вас разочарует, – ответил он.

– Почему?

– Увидите, – ответил он загадочно.

Транспортник на огромной скорости врезался в эту стену. Вблизи оказалась состоящей из редкого розового тумана, через минуту выскочили с другой стороны. Я оглянулся, стена осталась за кормой и быстро уменьшается.

– Действительно, – проговорил я дрожащим голосом, – разочаровывает… Хотя я не против таких разочарований!

Он хохотнул.

– Ожидали, что шарахнемся в стену?

– Было такое чувство, – признался я.

– У меня тоже когда-то было, – ободрил он.

– И как?

– Чуть штаны не обмочил. А теперь вообще не замечаю.

Мимо нас, параллельным курсом, пронеслось в сотне-другой метров нечто крупное, оставляя за собой огненный след, как за кометой. Я успел увидеть плотное тело с поджатыми лапами, голова почти с треть туловища, горящие дикой злобой глаза и оскаленную пасть с длинными клыками.

Чудовище умчалось, обогнав нас на такой скорости, словно мы стоим на месте, я спросил дрогнувшим голосом:

– Что за тварь?

Рефершельд буркнул:

– Демон. Обыкновенный демон. Кто-то вызвал… так что злись не злись, надо подчиняться. Приготовьтесь, сейчас будет остановка в Висконтии. Хорошее тихое королевство, королю уже двести двадцать лет, представляете? Мне бы такой амулет… Так что у них все спокойно и всегда праздник. И люди там всегда праздничные…

Багер в самом деле быстро снижался, впереди появился и начал стремительно приближаться сказочно прекрасный город дворцов, храмов, площадей с множеством огромных статуй. Рефершельд прав, жители даже с такого расстояния выглядят праздничными.

Багер остановился возле причала, башня совсем невысока, даже не башня, а так, невысокий помост, куда ведут не больше десятка ступеней. Ожидающие там замахали руками, весело закричали.

С багера сошли почти все, вместо них поднялось не больше десятка. Сердце мое екнуло, последним через борт ловко прыгнуло нечто более крупное, чем человек, размытое. Поспешно проверил в термозрении, ничего, как будто там рептилия, но и рептилия, если побыла под солнцем, была бы заметна на фоне окружающего воздуха…