Ты меня просто убиваешь - Кейти МакАлистер

— Э-э-э…

Она вскочила с кресла и подбежала к шкафу с колдовскими принадлежностями:

— Я должна произнести над тобой заклинание ясности мышления. Или нет, может быть, защитного будет достаточно?

— Защитного? — переспросила я; моя тревога усилилась.

— Ни одному человеку еще не удавалось бросить вызов виверну и остаться после этого в живых, — ответила она, роясь на полках. — Защитное, наверное, лучше, хотя ясность… О, ну почему Перди здесь нет, она бы мне помогла… Она всегда знает, что делать.

— Хм…

Офелия обернулась, держа в руках целую охапку кувшинчиков с колдовскими травами, свечей и прочего:

— Я тут кое-что для тебя приготовлю быстренько, когда мы вернемся из «Черного и белого».

— Мы идем в «Черное и белое»? — удивилась я; меня охватила настоящая паника. — А что… э-э-э… что конкретно ты имела в виду, говоря, что ни один человек, бросивший вызов виверну, не оставался в живых? Это ведь было давным-давно, правда? Сотни лет назад?

— Боги, нет! Вот как раз в прошлом году кто-то попытался бросить вызов одному из вивернов, по-моему Дрейку, хотя за точность я не ручаюсь, я как раз ездила навещать мать. Перди точно знает, она тогда еще жила с Дрейком. Один маг из Германии обвинил его в краже очень ценного кольца и вызвал на поединок. Ну и конечно, Дрейк убил этого мага.

— Убил? — пискнула я.

Она положила колдовские предметы на столик рядом со шкафом.

— Это в обычае у драконов. Частично по этой причине мы с Перди хотели, чтобы Венецианец перешел на Тропу Истины, — тогда он запретил бы драконам применять насилие, к которому они склонны. — Офелия, продолжая, как обычно, жестикулировать при разговоре, двинулась к двери. — Я схожу переоденусь. Ты будешь готова минут через двадцать?

Я только кивнула — я была слишком потрясена, чтобы говорить. Дрейк убил человека, бросившего ему вызов? Я медленно поднялась, направилась к гардеробу, открыла его и уставилась на лицо, маячившее в зеркале. Губы мои скривились в угрюмой ухмылке, вполне подходящей к случаю.

— Из огня да в полымя, Эшлинг… опять.

— А ты уверена, что стоит идти? Инспектор Пруст уже один раз закрыл клуб — а что, если он придет снова?

— Перди его не пропустит, — успокоила меня Офелия, отбрасывая за спину волну золотых волос.

Несмотря на то что я явно рисковала, идя в клуб, Офелия говорила вполне уверенно. Мы стояли у пеней, ведущих вниз, к дверям клуба.

Я оглянулась назад, на входную дверь. Ни швейцара, ни вышибалы не было.

— И как она сможет помешать ему войти?

— С помощью чар, — объяснила Офелия и, потянув меня за руку, начала спускаться по лестнице. — Разве ты не почувствовала их, когда входила? Пойдем найдем себе столик, позовем Пердиту — она поможет правильно составить вызов.

Я покорно последовала за Офелией и, войдя в зал, огляделась по сторонам. Обстановка в клубе была точно такой же, как и в последний раз, когда я приходила сюда, — накурено, шумно, откуда-то издалека звучит музыка. Вивернов не было видно.

Почти.

— Сага, — окликнул меня Фиат, когда люди, загораживавшие его, отошли в сторону, — я так надеялся найти тебя здесь…

Офелия остановилась и с удивлением посмотрела на меня. Я быстро представила их.

— Хочу тебя предупредить, Фиат, — если ты или кто-нибудь из твоих громил попытается меня похитить, только пальцем попробуете шевельнуть, я буду кричать изо всех сил. Я знаю, что «Черное и белое» — нейтральная территория, и у того, кто попытается нарушить перемирие, будут очень большие неприятности.

Фиат рассмеялся; выражение его синих глаз осталось непроницаемым.

— Ах, сага, ты такая горячая женщина. Ты действительно достойна стать супругой виверна. Но Дрейк тебя не заслуживает.

— Это точно, — сухо ответила я.

— А что касается нарушения законов «Черного и белого»… — Он улыбнулся. — Кто может помешать мне сделать с тобой все, что я пожелаю? Венецианец мертв. Никто не предъявлял права на его наследство.

— Мы помешаем, — внезапно заговорила Офелия, протискиваясь вперед и загораживая меня. — Эшлинг — моя подруга. Перди и я — мы не дадим тебе причинить ей зло.

Фиат даже не взглянул на Офелию. Ледяным пальцем он прикоснулся к моему подбородку, приподнял его и несколько долгих мгновений изучал мое лицо.

— Ты такая решительная, полная сил. Но все же ты смертна.

— Может быть, она и смертная, но она собирается бросить вызов Дрейку Вирео, — объявила Офелия. — Не у всякого хватит на это смелости.

И как в тот вечер, когда я назвала Дрейка Волшебным драконом Паффом, в зале воцарилась тишина. Во взгляде Фиата мелькнуло нечто вроде уважения.

— Значит, Страж собирается оспаривать у своего супруга контроль над кланом.

— Нет, — быстро возразила я, покачав головой, чтобы придать своим словам убедительности. — Дело не в этом…

— Именно в этом, — перебила меня Офелия, сделав мне знак молчать. — Она вызовет его на поединок, и, когда он потерпит поражение, она будет править вместо него.

— Но я не хочу…

— Хочешь-хочешь, — прошептала она мне прямо в ухо, чтобы Фиат не мог ее слышать. — Таков ритуал. Для видимости поединок проводится за контроль над кланом, но на самом деле победитель может требовать все, что угодно. Если ты поставишь Дрейку условие, что он сдастся полиции, в случае поражения ему придется это сделать.

— Если он, конечно, потерпит поражение, — уточнила я.

Офелия жестом отмела в сторону мои сомнения:

— Ты победишь. Мы с Перди будем тебе помогать.

Она снова повернулась к Фиату, а я принялась размышлять, стоит ли сообщать ей о своих подозрениях насчет Пердиты.

— Нам предстоит составить формальный вызов. Прошу нас извинить, — надменным тоном произнесла Офелия и, отстранив Фиата, направилась к задним помещениям клуба.

— Мы еще увидимся, сага, — окликнул меня синий виверн, и в этих словах явственно прозвучала угроза.

— Посмотрим-посмотрим, — пробормотала я, не желая наносить ему открытого оскорбления. Я уже начинала понимать, как глупо наступать дракону на хвост.

— Сюда — здесь офис Перди. — Офелия ждала меня у входа в темный коридор, в котором находились туалеты.

Мы прошли мимо них, завернули за угол и подошли к двум обитым кожей дверям, располагавшимся по обе стороны коридорчика. Одна из дверей была оклеена желтой лентой с черными надписями «Место преступления».

— Это кабинет Венецианца. Сначала его опечатали, но Перди заставила адвоката Венецианца обратиться в полицию, чтобы ей разрешили доступ к деловым бумагам, — объяснила Офелия, кивая на правую дверь. Затем она открыла другую, расположенную напротив. — Это офис Перди. Он меньше, но… О Богиня, нет!