Ириска и Звезда Забвения - Вадим Панов

– И не отнимать память, заманивая на представления!

– Трусливо!

– Подло!

Окрылённые победой волшебницы готовы были трещать до самого вечера, но умолкли, когда вперёд вышла Непревзойдённая. Несколько секунд они с Захариусом смотрели друг другу в глаза, после чего Ириска поинтересовалась:

– Теперь ты согласен с тем, что у меня много друзей?

– Ха! – рассмеялся Хиша и хлопнул Петровича по плечу: – Она действительно молодец!

Инженер довольно улыбнулся в бороду:

– Ириска понимает, почему победила.

Девочка выдержала паузу, не дождалась ответа, изогнула бровь и вновь спросила:

– Теперь всё?

– Нет, – тихо ответил Удомо. – Далеко не всё.

– Твоя армия разбита, а Звезда уничтожена. Ты – наш пленник.

– Да! – радостно закричали феи.

– Нет, – прошептал Захариус. – Никогда.

И глаза его внезапно стали чёрными-чёрными. Чернее вороньего крыла и дьявольской тьмы. Темнее мрачной ночи и подлых замыслов. Глаза колдуна стали такими чёрными, словно их наполнило само Зло.

А потом Захариус развёл руки в стороны, выгнулся, закричал от нестерпимой боли, и жуткая тьма потоком вырвалась из его глаз, вихрем закружила вокруг, размывая фигуру в нечто неприятное, корявое, растущее на глазах.

Перед растерянными феями зарождался гигантский чёрный смерч.

– Что происходит?! – крикнул Страус.

– Не знаю! – ответил Авессалом. – Но моим шестерёнкам это не нравится!

А из непроглядной глубины тёмного тумана донёсся слабый голос Удомо:

– Клянусь, я не хотел… Я не хотел!

– Не хотел чего?! – крикнула Ириска, но ответа не получила.

Захариус исчез, навсегда растворившись во тьме.

А чёрный вихрь и в самом деле превратился в кошмарный смерч. Вихрь стал толще – феи испуганно шарахнулись назад, и выше – с пятиэтажный дом. И продолжал толстеть и расти.

– Как это остановить? – прошептала Полундра.

Однако всех остальных интересовал ответ на другой вопрос:

– Что это?

– Я чувствую сильную магию Плесени! – громко произнесла Ириска, сжимая кулаки. – Очень сильную!

– Но как это стало возможным? – изумилась Малинка.

– Разве Закатный Рубеж рухнул? – поддержала её растерянная Рыча.

– Как тёмные проникли в Прелесть?

И недоумение сменилась тревогой, а у некоторых фей – страхом. Армия Непревзойдённой, которая только что наслаждалась победой, вновь растерялась. Воины Закатного Рубежа, мафтаны, гномы, феи – никто не понимал, что происходит, и от неведения им делалось страшно. Остатки армии Удомо тоже застыли в изумлении, и защитники Прелести растерянно топтались рядом с теми, с кем только что воевали…

А смерч становился всё плотнее и плотнее.

Кружащиеся в воздухе пылинки слепились в чёрные капли, в хлопья, в комочки, а затем из этих деталек стали получаться части огромного тела… Сначала – левая нижняя лапа, потом панцирь, потом хвост, рога, длиннющие когти… Чёрный смерч лепил перед изумлёнными зрителями гигантское чудовище с пронзительно-красными глазами: когтистое, зубастое, зловонное и совершенно невозможное в Прелести.

Чудовищу не было места в мире добра, но оно сумело ворваться в него, грубо проломив защиту высшими магическими уравнениями чёрной силы.

– Тёмная Тварь! – завопил Страус, в ужасе указывая на монстра. – Это Тёмная Тварь!

И то, что ещё несколько секунд назад было колдуном Удомо, вскинуло передние лапы и заревело, окутав остров страшным рыком. С песчаного пляжа взлетела синяя звёздочка и, прочертив заметный путь наверх, лопнула на загривке Твари яркой вспышкой, из которой появился сидящий в удобном седле Всадник Лич. Левой рукой он дёрнул за уздечку, правую победоносно вскинул вверх, расхохотался и громко прокричал:

– За королеву Гнил!

Гигантское чудовище наклонилось и схватило когтистой лапой ошеломлённую Ириску.

– Нет! – завопил Авессалом.

– Стой! – Рыча попыталась запрыгнуть на огромную лапу, но промахнулась и покатилась по песку.

– Ириска!! – Малинка хотела нарисовать подруге хоть какое-нибудь оружие, но сил у неё совсем не осталось, и волшебная кисточка вывела в реальность лишь пару тонких линий, которые тут же упали на песок и порвались.

Тёмная Тварь вновь заревела и сделала шаг, стараясь раздавить как можно больше защитников Прелести.

– Это Ужасающая! – закричала Эя, и армия Непревзойдённой стала разбегаться.

Потому что все знали, что справиться с этим чудовищем невозможно.

И напрасно храбрые воины Рубежа пытались рубить толстый панцирь – клинки от него отскакивали; напрасно наносили удары громадные Белые Топты – Тварь их не чувствовала; напрасно выдували огонь Искры – пламя не причиняло никакого вреда толстенной шкуре порождения Нижней Плесени; яростные Барсуки карабкались по чешуйчатым лапам, но соскальзывали на песок; кто-то кричал: «Используйте магию!» – но волшебницы потратили слишком много сил на сражение с солдатами Захариуса и уничтожение Звезды и не могли создать заклинания нужной мощности.

Феи победили армию колдуна, но ничего не могли поделать с Тёмной Тварью.

– Склонитесь перед королевой Гнил! – закричал с загривка монстра Всадник Лич. – Но прежде посмотрите, как погибнет последняя из Непревзойдённых!

И захохотал, потому что на острове началась настоящая паника.

* * *

– За мной! – Петрович рывком потащил Хишу к «Бандуре». – Скорее!

– Мы улетаем? – пролепетал Дикий, мечтая оказаться как можно дальше от острова, по которому топталась гигантская Ужасающая. – Но мы не можем улететь… Надо спасать Ириску…

– А я что делаю?!

– Не знаю…

– Руби канаты!

– Что?!

– Руби канаты!

К счастью, именно в этот момент Хиша понял, чего от него хочет инженер, схватил топор, освободил летающую машину от привязи и едва успел вскочить в грузовой люк начавшей подниматься «Бандуры».

– Что дальше?

– Готовься! – велел Петрович, торопливо застёгивая на Страусе подозрительный пояс: широкий, крепкий и с большими, надёжными карабинами.

А машина стремительно шла вверх и должна была вот-вот оказаться на уровне клыкастой головы чудовища.

– К чему готовиться? – дрожа всем телом, поинтересовался Дикий.

Он догадывался, что Авессалом задумал нечто опасное, и по привычке принялся отчаянно трусить.

– Ты станешь героем, – пообещал инженер.