Красная пирамида - Рик Риордан

— Хорошо выспался? — спросила я.

Он ошалело моргал.

— Ты… уже человек?

— Спасибо, что заметил.

Я откусила еще пиццы. Надо сказать, я впервые в самолете ела пиццу на фарфоровой тарелке и пила кока-колу из стеклянного стакана (но все равно со льдом — американская причуда). Лететь первым классом мне очень нравилось.

— Я уже час как превратилась, — сообщила я, прожевав пиццу. — Между прочим, мне помог твой совет — сосредоточиться на чем-то важном.

Это была лишь малюсенькая часть правды. Вообще-то я помнила все, что Картер рассказывал мне, пока я оставалась птичкой. А рассказывал он о своих путешествиях с отцом: о том, как потерялся в лондонском метро, как его стошнило в Венеции. Он признался, что вопил, точно маленький, обнаружив у себя в носке скорпиона. У меня был такой богатый материал, чтобы над ним поиздеваться, но почему-то не хотелось. Ведь Картер говорил со мной очень откровенно… Может, он думал, что у меня мозги усохли до птичьих и я ничего не понимала? Но он был таким честным, таким открытым. Он делал все, чтобы меня успокоить. Если бы не его рассказы, боюсь, я бы и сейчас летала над берегами Потомака, высматривая полевых мышей.

Картер явно гордился тем, что столько времени провел в путешествиях с отцом. Однако чувствовалось, эти путешествия имели и оборотную сторону. Брат всегда стремился нравиться отцу и вел себя так, чтобы не огорчить его. Понятно, кроме отца, у него не было ни спутников, ни собеседников. Должна признаться, общение с отцом, как говорят взрослые, налагало определенные обязательства. Никто тебя не понукает, но ты делаешь все, чтобы заслужить его похвалу. (Я, конечно же, унаследовала отцовскую потрясающую харизматичность.) И хотя я видела его дважды в год, мне все равно приходилось мысленно готовиться к этим встречам. Впервые я задумалась: может, Картеру повезло больше, чем мне, когда нас разлучили? Согласилась бы я поменять свой образ жизни на его?

А еще я решила не рассказывать ему, что в конце концов помогло мне превратиться в человека. Я совсем не думала об отце. Я представила маму живой. Представила, как мы идем с ней по Оксфорд-стрит, смотрим на витрины, разговариваем, смеемся. Словом, представила то, чего у меня никогда не было. Несбыточное желание. Но оно оказалось достаточно сильным и вырвало меня из птичьего облика.

Во всем этом я не призналась. Картер внимательно разглядывал мое лицо, и я почувствовала, что кое-какие мои мысли он понимает и без слов. Тогда я отхлебнула кока-колы и сказала:

— Между прочим, ты проспал кормежку.

— И ты не попыталась меня разбудить?

Баст, сидевшая по другую сторону прохода, позволила себе отрыжку. Она только что умяла целую тарелку семги и почти мурлыкала от удовольствия.

— Могу материализовать тебе «Фрискис», — предложила она Картеру. — Или сэндвичи с сыром.

— Нет уж, спасибо, — отмахнулся брат.

Вид у него был какой-то подавленный.

— Слушай, если ты так голоден, доедай мою пиццу. Я уже сыта.

— Меня вообще не тянет есть, — признался Картер и рассказал нам, как Сет едва не сцапал его ба.

После его рассказа и я позабыла про еду. Мне стало трудно дышать, будто я снова попала в птичье тело и не могла связно думать. Неужели они запихнули отца в красную пирамиду, а Амоса намереваются сделать био-роботом? Я посмотрела на Баст, ища у нее поддержки.

— Мы что, ничего не можем сделать?

— Сейди, скажу тебе честно: не знаю. — Чувствовалось, рассказ Картера поразил и ее. — К своему дню рождения Сет обретет невиданное могущество, а восход солнца — наиболее благоприятное время для магии. Если он поработит богов, добавит их силу к своей и устроит эту чудовищную бурю… мне страшно даже представить, какой хаос тогда воцарится.

Она содрогнулась всем телом.

— Картер, ты говорил, что эту мысль подсказал ему обыкновенный демон?

— Получается, так, — подтвердил Картер. — Во всяком случае, он решил изменить первоначальный замысел.

Баст покачала головой.

— Это не похоже на Сета.

— Что? — удивилась я и даже подавилась куском пиццы. — Как раз это очень на него похоже.

— Нет, — снова сказала Баст. — Такое не пришло бы в голову даже ему. Сет жаждет стать правителем, но после взрыва ему будет нечем править. Мне кажется, это похоже…

Наверное, то, на что это похоже, испугало даже Баст.

— Мы скоро приземлимся. Вы спросите об этом у Тота.

— А разве ты с нами не пойдешь?

— Мы с Тотом не очень ладим. У вас больше шансов уцелеть.

Зажглась надпись с просьбой пристегнуть ремни. Командир самолета сообщил, что мы идем на посадку в аэропорт Мемфиса. Я выглянула в иллюминатор и увидела широченную бурую реку, которая извивалась по долине. Таких больших рек я еще не видела. Чем-то она была похожа на гигантскую змею.

Ко мне подошла стюардесса.

— Можно забрать посуду?

— Пожалуйста, — рассеянно пробормотала я.

В Мемфисе зимой и не пахло. Деревья зеленели, а небо было ослепительно голубым.

Мы настояли, чтобы на этот раз Баст не заимствовала ничьей машины. Она согласилась взять автомобиль напрокат, но только такой, у которого откидывается верх. Я не спрашивала, откуда у нее деньги, но вскоре мы уже катили по довольно пустынным улицам Мемфиса в открытом «БМВ».

Воспоминания об этом городе у меня отрывочные. Один пригород мне сразу напомнил фильм «Унесенные ветром»: большие белые дома с громадными лужайками в тени кипарисов. Впечатление портили пластмассовые Санта-Клаусы, торчавшие на каждой крыше. Миновав этот квартал, мы едва не столкнулись с «кадиллаком», лихо рванувшим со стоянки возле церкви. Баст свернула в сторону и пронзительно засигналила. Женщина за рулем «кадиллака» лишь улыбнулась и помахала рукой. Наверное, знаменитое гостеприимство южан проявлялось еще и так.

Еще через несколько кварталов богатые особняки сменились обшарпанными домиками. Я заметила двух чернокожих парней в майках и джинсах. Каждый сидел на крыльце своего дома, наигрывал на простой гитаре и пел. Пели они здорово. Я бы не отказалась остановиться и послушать.

Помню, на углу нам попался ресторан — убогое шлакоблочное здание с намалеванной от руки вывеской:

КУРЯТИНА И ВАФЛИ.

От дверей по тротуару тянулась очередь из двух десятков человек, жаждущих попасть внутрь.

— Ну и вкусы у этих американцев. На какую планету мы попали? — спросила я.

— Спроси лучше: где здесь искать Тота, — покачал головой Картер.

Баст принюхалась и свернула на улицу, которая называлась Тополиная.

— Мы уже близко. Насколько я знаю Тота, его нужно искать там, где знания. В библиотеке или в гробнице какого-нибудь мага, где есть тайник с книгами.