Любовь к драконам обязательна - Марина Ефиминюк

- Нам на второй этаж, – приветливым тоном объявил секретарь. Меня проводили к хозяйской комнате. Высокие двустворчатые двери открылись с неожиданно плебейским скрипом, как калитка на заднем дворе родительского дома.

- Госпожа Амэт, - торжественно объявил секретарь, и я вошла в наполненную сумраком гостиную с большим камином, шелком на стенах и портретом тетки ди Элрой на стене.

Расположенная в смежной комнате спальня утопала в полумраке. Шторы были плотно задернуты, и тяжелый воздух, как частенько случалось в старинных особняках, пах сыростью. На огромной кровати с балдахином и резными столбиками полулежала госпожа ди Элрой. Вид у женщины был печальный, даже меланхоличный, руки – безвольно вытянуты на покрывале.

- Добрый день, - громко поприветствовала я.

Она открыла глаза и вымолвила слабым голосом:

- Пришла? Присаживайся.

Перед изножьем кровати стоял стул с мягким сиденьем в веселенький цветочек. Когда я последовала просьбе умирающей, то вдруг почувствовала, будто оказалась перед сценой в театральной ложе.

- Как вы себя чувствуете?

- Я умираю, – отозвалась она.

Неожиданно пришло на ум, что подобное я уже наблюдала. Пару лет назад Летиция огрела отца сковородкой, и папа так сильно разозлился, что для разнообразия решил сам развестись со скандальной супружницей. Поколебать мужчину с попранным чувством достоинства никак не получалось, с каждым новым скандалом он только укреплялся в решении разойтись со «склочной бабой» (прямая цитата).

Неделю он уламывал единственного знакомого заступника, то есть меня, представлять его интересы в суде и не хотел слышать о том, что я училась выступать на вражеской стороне. Осознав, что муж встал рогом, Летиция вдруг слегла со странным недугом. Четыре дня она не поднималась с кровати, прощалась с родственниками и умирала. Уходила на тот свет столь артистично, что у отца дрогнуло сердце, и он простил дражайшей супруге удар чугунной посудиной.

- Я хотела вас видеть, чтобы объявить последнюю волю, – выдохнула тетка и красиво раскашлялась в кулак. - Вы получаете мое благословение!

- На что? – нешуточно удивилась я. В голове крутилось не меньше десятка идей, на что сумасшедшая дама могла благословить почти незнакомую девицу. Ухаживать за ее драконом? Представлять семью Амэт в суде? Не дайте, Святые угодники, решила сделать наследницей?!

- На венчание с Таннером, – объяснила она, и я почувствовала, как меняюсь в лице.

Разве можно вот так запросто произносить имя мужчины, о котором кое-кто совершенно не думал, не вспоминал и не страдал, пряча под учебниками коллекционное издание «Золушки»?

- Ваш племянник в курсе? – единственное, что сумела выдавить я.

- Нет, но скоро узнает, - слабо покачала она головой. – Как только меня не станет, женитесь. Не надо ждать положенный траурный год – сразу женитесь! Пусть люди видят, что даже смерть единственной тетки не погасит вашего желания заключить мезальянс…

- Госпожа ди Элрой, - перебила я.

- Невежливо перебивать старших, девушка!

- Знаю.

Мы скрестились взглядами. В лице тетки читалось, мол, крепкий ты орешек, Тереза Амэт, но мы не такой фундук фарфоровой челюстью разгрызали.

- Жаль, что я умираю, – прошептала она, - некому будет научить тебя манерам.

- Не умирайте, - предложила я дружелюбно. - Ваш племянник принял мою отставку.

- А? – Умирающая госпожа ди Элрой отлично соображала и от светлой вести мгновенно ожила. Она резко села на кровати и выпалила: - Что значит, отставку?

- Я больше не работаю у вашего племянника.

- Вы разошлись?

- Совершенно точно наши отношения с Терезой тебя не касаются, – прозвучал в тишине стылой сумрачной комнаты знакомый мягкий голос, вызывавший и в душе, и в животе болезненные спазмы.

Мы с теткой обернулись к дверям, откуда за нами следил Таннер. На несколько долгих секунд наши глаза встретились. Он выглядел уставшим и измотанным.

- Тетушка, думаю, ты уже выяснила все, что хотела. Вставай с кровати и прогуляйся. Погода прекрасная. - Мужчина подошел к окну и одним движением раскрыл занавески. В комнату брызнул дневной свет, после потемок резанувший по глазам. По стеклу текли тонкие ручейки дождя.

- Думаю, что мне пора, - поднимаясь, нервно вымолвила я. – Госпожа ди Элрой, будет справедливо, если я попрошу карету. На улице действительно отличная погода, только очень дождливая.

- Я тебя довезу, - приказным тоном объявил Таннер.

- Можешь располагать моим кучером, – немедленно выпалила тетка, почуяв, что обстановка в спальне из мрачно-меланхоличной превращается в напряженную.

Видимо, она разделяла мое увлечение любовными романами, и ей было известно, что в книжках за напряжением между бывшими любовниками сначала следовали эпичные выяснения отношений, после – приступы лихорадочной страсти, а там и до венчания оставалось рукой подать.

- Благодарю, - коротко улыбнулась я и, напрочь игнорируя мужчину, вышла сначала из спальни, а потом стремительно пересекла гостиную.

- Тереза, подожди!

- Почему вы все время меня хватаете, господин ди Элрой? - буркнула я, когда он в обычной бесцеремонной манере сжал мой локоть.

Таннер стоял всего в шаге, и я с трудом удерживалась от вопроса, почему у него так сильно осунулось лицо. Тоже мучился от бессонницы? В таком случае я была готова поделиться советом: по собственному опыту знала, что от бессонницы лучше всего помогала ночная учеба. Я уже приспособилась высыпаться, не вставая из-за стола и пристроив голову на раскрытых книгах. Правда, потом шея болела.

- Мне тебя не хватает, - резко, без предупреждений признался он.

- Вы не сумели подобрать нового стажера? - изогнула я брови.

- Ты понимаешь, о чем я говорю. - Таннер был предельно серьезен и не обращал внимания на то, что обиженная дама пыталась огрызаться.

- Понимаю, – помолчав, вымолвила я, - но я не готова тебя простить. Вернее, не хочу. Я неуклюжа, простовата, да и специалист из меня так себе, но ты обвинил меня в предательстве. Что с тобой, Таннер? В детстве друзья отбирали игрушки, поэтому ты теперь никому не доверяешь?

Нет, у меня вовсе не встал комок поперек горла. Просто в коридоре очень пыльный ковер, а я всегда была ужасно чувствительной к ковровой пыли, сразу в носу щипало, глаза слезились…

- Мне очень жаль, Тереза.

- Мне тоже, Таннер.

В конце коридора появился секретарь госпожи ди Элрой. Весь вид седовласого помощника намекал, что затевать разборки в чужом доме не очень прилично.

- Карета вас ждет, госпожа Амэт, – поторопил он.

- Я довезу тебя, - снова предложил Таннер.