В паутине страха и лжи - Екатерина Флат

— Нет-нет, не надо таких репрессий, — засмеялась я, от щемящей радости даже в глазах защипало. — Я говорю «да», только не щекочи.

— Согласись, я умею убеждать, — Реф заговорщически мне подмигнул. Мягко увлек меня на подушки и с деланной задумчивостью добавил: — Хотя вариант «целовать» мне нравится даже больше, чем «щекотать». Может, ты не будешь так быстро соглашаться? Я бы с удовольствием тебя еще поуговаривал.

— Вот, кстати, да, — я обвила руками его шею, — я пока сомневаюсь.

— Гарантирую, ненадолго, — прошептал Реф таким тоном, что даже мурашки по коже побежали.

После поцелуев засыпалось плохо. Взбудораженные чувства и ощущения не хотели успокаиваться. Но постепенно все же сонливость брала свое, да и за окном уже начинало светать. А я чувствовала себя умиротворенно счастливой. Все-таки поцелуи любимого — прекрасное средство, чтобы забыть обо всем плохом, пусть и хотя бы на время. Реф обнимал меня, и я уже почти задремала, как он вдруг тихо спросил:

— Кира, а все же, почему ты так странно себя вела?

— Давай просто забудем об этом, — отозвалась я, — все ведь теперь хорошо…

Реф что-то ответил, но слов я уже не разобрала. Сон меня сморил. К счастью, на этот раз без каких-либо сновидений.

Учитывая, что уснули мы почти под утро, вставать спозаранку совсем не хотелось. Хотя я уже толком и не спала, просто дремала, изредка просыпаясь, чтобы посмотреть на Рефа. Кажется, я все это время не переставала счастливо улыбаться. Какое это все-таки блаженство — просто нежиться в объятиях любимого…

Но, увы, идиллия продлилась недолго. В коридоре послышались громкие шаги, следом стук в дверь, и не дожидаясь ответа, в спальню заглянул Гран, попутно говоря:

— Реф, ты уже проснулся? Надо… — он осекся, увидев нас, и тут же резко отвернулся. — Ребят, прошу прощения, все, уже ухожу, — смущенно пробормотал он.

— Что-то срочное? — сонно отозвался Реф.

— Нет-нет, не так, чтобы очень, но надо за тафетусом идти, — Грану явно было очень неловко, — но это не прямо сейчас, конечно, чуть позже. В общем, еще раз извините, — он спешно вышел, закрывая за собой дверь.

— Ну все, — пока еще сонный Реф с улыбкой обнял меня покрепче, — твоя репутация испорчена окончательно и бесповоротно. Теперь хоть как придется стать моей женой.

— Я готова принести эту великую жертву, — драматично отозвалась я, — раз уж другого выхода не остается.

Реф засмеялся, принялся было меня целовать, но тишину и заодно романтичный момент нарушил весьма жизнерадостный вопль Дарлы:

— Утро настало, Дарла восстала!

— Чего орешь? — следом куда более приглушенно прозвучал голос Грана.

— Да еще и в рифму, — проворчал Тавер.

Нет, ну почему тут стены как из картона?

— Я не ору, я радую этот мир тем, что есть я! Ну что, какие у нас планы на день? Завтракаем и в последний раз уничтожать запасы редких растений в вашем лесу?

— Вы-то точно не пойдете, — возразил Гран.

— Почему? — теперь уже спрашивала Аниль.

— Потому что сегодня нужно будет найти тафетус, а он растет у самой границы Запретного леса. Появляться там попросту опасно, так что я с собой только Тавера и Рефа возьму. Вот скоро Реф проснется и пойдем. Надо бы поторапливаться. Искать очень долго, а сорвать тафетус необходимо исключительно до заката — это обязательное условие, чтобы зелье удалось.

— Извини, Гран, но это твое зельеварение — такая нудятина, что со скуки уже выть хочется как дохлый вурдалак на болотах. Ладно, доживу уж как-нибудь эти последние дни здесь. Так а чего ты Рефа не будишь, если вам так архисрочно надо в лес топать? Давай я сама разбужу. И Кира чего-то нос не высовывает…

— Нет, Дарла, — резко перебил Гран, — не надо никого будить!

— А чего? — тут же еще больше заинтересовалась она.

— Не надо и все. Они же столько не виделись и…

— Погоди! — теперь уже Дарла перебила. — Так они вместе, что ли? Хохохо!

Ну все, теперь я точно смутилась. Спряталась в объятиях Рефа, чтобы он мое покрасневшее лицо не видел.

— Они просто невыносимы, — тихо смеялся он.

— Могу поспорить на что угодно, — пробурчала я, — что сейчас сюда заявится Дарла и ехидненько так поинтересуется «А что это вы тут делаете?».

— Ничего, пусть привыкают. Я вообще рассчитываю, что Алем в Доме факультета создаст нам с тобой отдельную спальню. Ладно, — он вздохнул, — надо же за тафетусом идти, — нехотя от меня отстранился, встал с кровати.

— Все хорошее как всегда быстро кончается, — лично мне ну очень не хотелось с Рефом разлучатся. Тем более Гран сказал, что поиски долгие, так что нам, похоже, весь день не видеться.

— У нас с тобой хорошего вся жизнь впереди, — ободряюще улыбнулся Реф.

Он спешно переоделся в рубашку и брюки и, поцеловав меня напоследок, вышел из спальни. А я откинулась на подушки с намерением еще поспать. Но все равно прислушивалась.

— О, Реф! — Дарла как будто нарочно так громко ехидничала. — А Кира где? Спит еще, что ли? А чего еще спит? Да и у тебя вид какой-то невыспавшийся. А почему? Поздно спать легли? А почему вы поздно спать легли? Чего это вы всю ночь делали?..

— Дарла, — перебил он с деланной серьезностью, — а ты в курсе, что Бирогзангу не нравятся девушки, задающие много вопросов?

— Да? — оторопела она.

— Без сомнений, — подтвердил Гран.

— Ему вообще нравятся девушки, которые молчат, — следом подхватил Тавер, — не рассуждают ни про какую дохлятину и не запугивают окружающих никакими некромантскими выкрутасами.

Я тихо хихикала в подушку, зато Дарла там, похоже, основательно пригрузилась. Но я не стала слушать продолжение разговора, да и голоса поутихли после фразы Рефа «Дайте вы Кире поспать спокойно». Я и вправду почти сразу провалилась в сон.

Удивительно, но будить меня не стали. Так что из спальни я вышла уже около полудня. Переоделась в своей комнате и пошла искать остальных. Дарлу и Аниль я нашла в гостиной. Девчонки явно скучали и вяло обсуждали наболевшую в последнее время тему «Ну как же хочется поскорее отсюда уехать». Судя по тишине, больше в доме никого и не было.

— Надо же, кто явился! — оживилась Дарла при моем появлении и, конечно, начала демонстративно возмущаться: — Кошмар! Разврат средь бела дня!

— Все хорошо? — тут же участливо спросила Аниль. — А то вы вчера ну прямо как чужие были. Помирились?

— Да, все в порядке, — умиротворенно улыбнулась я, присаживаясь на диван.

— О, замечательно! — обрадовалась Дарла, но следом хихикнула: — Но все равно разврат. Да ладно-ладно не смотри на меня так. Мы-то что, свои, все понимаем, тем более знаем же, как у вас с Рефом все сложно. Да и повезло, бабушка Налли ушла рано утром, потому и не в курсе, что вы в одной спальне ночь провели. А то знаешь же, оборотни малость двинутые на моральном облике.