Ярлинги поневоле - Михей Абевега

Михо, и вправду, захлопнул отвисшую челюсть и полез в экипаж вслед за девушкой, разглядывая сзади её изящную фигуру и гадая, в каком таком месте она вдруг толстая. Ну, и ещё, кто такой «касманафт».

Добравшись до харчевни, Яра Слава небрежным жестом отпустила тарантон восвояси и, дождавшись пока Михо отворит ей тяжелую деревянную дверь, скользнула в полутёмную обеденную залу.

Подскочил расторопный распорядитель, расшаркиваясь перед благородной госпожой и её спутником, провёл парочку к свободному столу у окна и, подозвав разносчицу, испарился, оставляя ту принимать заказ.

Яра Слава, все ещё, причитая и сетуя на свою горькую судьбу «жирной коровы», заказала себе лишь взвар. Михо же, подсчитав оставшиеся у него капиталы, попросил еще вдобавок и местную выпечку.

Сначала Яра лишь хмуро наблюдала за парнем, уплетающим свой заказ за обе щеки. При этом тяжко вздыхала, закатывая глазки и отворачиваясь к окну. Затем, когда на блюде оставался всего лишь один пирожок, не выдержала, раздражённо ухнула и сцапала добычу, на долю секунды опередив протянувшего было руку Лишека.

— Это ффё ты финофат! — укоризненно покачала она головой, с упрёком взирая на Михо и пытаясь поскорее прожевать пирожок. — Вот стану жирной-прежирной, сам не рад будешь!

Ученик мага лишь плечами пожал на такие нелепые обвинения, не рискнув спорить с сердитой сестрой Яра Амира. И, похоже, зря.

— Ты чего молчишь?! — возмутилась девушка, проглотив остатки пирожка. — Я что, реально толстая!?

Лишь только когда ошарашенный Михо интенсивно замотал головой, она смиластливилась и добавила:

— То-то же!

Сидеть просто так было скучно. Какое-то время Яра пыталась рассказывать юноше о своём мире. Но, видя, как у него с каждой минутой во взгляде всё больше и больше расплёскивается море недоумения, сжалилась над готовым взорваться мозгом юного мага, предложив ему позаниматься магией.

Народа в харчевне было с утра не так уж и много. Все были заняты поглощением завтрака или спокойными разговорами о своём насущном. И на парочку у окна, тихонько перешептывающуюся и совершающую какие-то замысловатые пассы руками над столом, особого внимания не обращали. Так, кидали изредка взгляды, но лишь мельком и совершенно равнодушно.

Михо же, изрядно поднаторевший в вопросах обучения, показывал девушке накануне освоенную формулу «воздушных лезвий» и искренне радовался тому, как Яра отлично справляется с заданием, чётко вырисовывая и правильно соединяя сложные элементы. Всё-таки талант у сестры Яра Амира был несомненный.

Так и сидели, прерываясь лишь на мелкие перекусы да короткие прогулки по улочке рядом с харчевней. Ближе к вечеру в заведение всё активнее начал собираться народ, и покидать своё насиженное место стало чревато его потерей. Поэтому с прогулками пришлось завязать.

Занятия магией тоже решили отложить. Просто сидели, вяло переговариваясь и глазея по сторонам. Народ прибывал и рассаживался по залу самый разнообразный. Был тут и торговый люд, и служилый. Иногда шастали какие-то ушлые и скользкие типчики, уж точно промышляющие не самыми законными делишками.

Прошла и уселась в дальнем от них углу зала троица нафуфыренных франтов однозначно благородного происхождения. Мечи на перевязях, яркие цвета одежд, широкополые шляпы с перьями. Михо даже засмотрелся и пожалел, что не прикупил себе такой же шикарный головной убор. Хотя денег на него вряд ли хватило бы.

Зал заполнялся людьми и всё усиливающимся гомоном. У стены возле стойки бара пристроился на высокий табурет молодой и, явно, северный скальд. Светлая кожа, белёсые волосы, такие же, словно выцветшие, брови. Он положил на колени свой струнный инструмент и под его плавный перезвон негромко затянул какую-то заунывную тягомотную балладу. Внимание на него никто не обратил, но свой вклад в общую какофонию он внёс, несомненно.

А вот на молодую и красивую Яру Славу местный люд стал заглядываться всё чаще и чаще. Хоть кто-то периодически да начинал подмигивать ей издали или и вовсе махать руками, приглашая присоединиться к их шумной компании и веселью. Иногда к нахмурившейся и поджавшей губы красавице рисковали подойти какие-нибудь особо наглые молодчики, словно бы даже и не замечающие сидящего рядом хлипкого на вид Михо.

Правда, не замечали они его лишь до той поры, пока над повернутой кверху ладонью юноши не вспыхивал многозначительно сияющий огнешар. Заставляющий притихшего ухажёра-неудачника быстренько ретироваться и оставить девушку в покое. Пара-тройка таких уроков, и публика в зале хоть и продолжала изредка кидать на девушку сальные, а на парня угрюмые взгляды, желающих подойти к их столику, слава Создателю, больше не находилось.

Так прошёл вечер и весь следующий день. С разницей лишь в том, что Яра Слава красовалась теперь хоть и в более скромном, но не менее изящном платье. Его изумрудно-зелёная плотная ткань, прекрасно подчёркивая стройную фигуру, великолепно оттеняло светлую кожу и бесподобно сочеталось с ярко-рыжими волосами. Лёгкий плащ-накидка с капюшоном более светлого оттенка вносил дополнительный шик и очарование. Михо просто взгляда не мог отвести от, казалось, ещё более похорошевшей девушки.

Печалило лишь одно. Её брат Яр Амир так и не появился. Хорошо хоть баронская семейка не спешила избавиться от неожиданных гостей. И вообще, у Лишека сложилось такое впечатление, что старый Робле всерьёз стал подумывать о заезжей маркизе, как о неплохой свадебной партии для собственного чада. Не сказать, чтоб юного мага это сильно напрягало, но и приятным такое отношение барона Фиткунса к Яре Славе было не назвать.

В общем, на третье утро в «Старом мерине» и Михо, и Яра Слава появились уже несколько подуставшими от затянувшегося ожидания. Привычно расположившись в ставшим уже таким родным углу, они заказали себе кувшинчик взвара и занялись обычным уже делом — ожиданием Яра Амира и магическими упражнениями.

Вот тут-то к ним и подсела та, кого они уж точно не ожидали здесь увидеть.

— Привет, голубки. Воркуете? — тихий и хрипловатый голос Агаи был зол и неимоверно ядоточив.

У Михо даже сжалось всё внутри, когда он наткнулся на колючий взгляд её тёмных глаз, сверкавших ненавистью из-под края капюшона, затеняющего лицо. Левый висок покрыт коростой. Обгорелые волосы девушки выглядывают спутанными клоками. Видок тот ещё.

— Что, не нравится!? — словно прочитала она его мысли. — Твоя, между прочим работа! И дружка твоего ублюдочного. Повстречала бы — самолично ему зелёные уши обрезала и в противную клыкастую пасть запихала. А, может, и не только уши… Ты тоже не сильно радуйся жизни, — кривовато усмехнулась Агая, — я с тобой ещё на эту тему побеседую.

Угроза была настолько явной, что Михо невольно зашевелил пальцами, пытаясь сформировать огнешар.

— Даже не думай, — пресекла его порыв Агая. — Я успею всадить нож в твою подружку быстрее, чем ты успеешь доколдовать. Хочешь проверить?

Она приоткинула полу плаща и продемонстрировала парню зажатый в руке устрашающего вида тесак. Лишек замотал головой.