Право на завтра - Дана Данберг

- Я обещала привести тебя туда, где держат пленников, и я держу свое слово, - она надменно вздернула подбородок. Актриса. Где научилась только?

- Ладно, ладно. Ни в коей мере не ставила под сомнение твои обещания.

Мы зашли в правую дверь. Что-то мне везет сегодня на это направление. Мда, не к добру. Вот точно чувствую.

За порогом был длинный и темный коридор, настолько узкий, что если вытянуть руки в разные стороны, можно было дотронуться до стен, кстати, каких-то влажных с склизких. Фу! Я вытерла руки о брюки и поежилась. Холодно не было, но от сырости становилось зябко, несмотря на куртку. А еще пробирало от ощущения боли, страха и безнадежности, исходящего из этого места.

Как там поживает моя клаустрофобочка? Нормально поживает, цветет, так сказать, пышным цветом. От навалившихся эмоций и давящего арочного потолка и стен, которые по ощущениям становились ближе, начало потряхивать. Стало тяжело дышать.

Да, я ненавижу закрытые помещения, особенно всякие узкие сырые подземелья. И дело не в крысах и тараканах, которых боятся другие, вовсе нет, я боюсь замкнутых пространств. Хотя и живность всякую тоже недолюбливаю.

- Мы сейчас в подвале? – просила только чтобы развеять давящую тишину.

- Не совсем. Это подземная часть усадьбы. Подвал выше на один уровень.

- Кстати, а что это за место. Мне показалось, что это здание какое-то странное, выше деревьев. А вокруг только лес.

- Он вырос за последние пару сотен лет. До этого здесь было огромное поместье, несколько деревень и даже небольшой городок. Мой дед был Императорским артефактором, очень увлеченным наукой. Именно поэтому усадьба такая высокая. Большинство этажей когда-то, еще до моего рождения, были лабораториями, а тут трудились сотни людей. Но больше тут никто не хочет жить и работать.

- Это из-за твоего брата?

- Не только. Тут недалеко Драконьи горы. Двести пятьдесят два года назад чешуйчатые твари начали очередную экспансию и спалили все окрестности на многие километры вокруг. Так что слишком опасное место, чтобы тут обосноваться без серьезной магической поддержки Великого дома.

- А здание? Я не видела следов пожара.

- Барьер. Знаешь, что самое смешное? Усадьбу не видно с внешней стороны, кажется, что тут тоже лес. Только тот, кто точно знает, где она и тот, кто обладает сильной магией Земли, сможет ее найти.

Ну зашибись просто. То есть, на помощь мне никто не придет - даже если и догадаются, кто все это организовал, то попросту не будут знать, где искать. Все-таки я действительно дура, мелкая демоница права.

- А ты знаешь, как снять барьер?

- Знаю, - девочка очень выразительно на меня посмотрела, - для этого меня нужно убить.

- Что?!

- Ритуальным семейным кинжалом, - безразлично продолжила она, - нужно всадить его прямо в мое сердце. Но, это можно сделать, только если я сама этого захочу, потому что в другом случае я просто стану призраком. Дырявить же бестелесную оболочку абсолютно бесполезно. Более того, убить меня может только брат, потому что для этого нужно накачать оружие магией Тьмы и Ментала.

- Он тебя специально оставил тут, чтобы ты жила в одиночестве?

- А я не одинока, сюда иногда забредают животные или люди. Случайно проходят через барьер и оказываются в усадьбе.

Что она с ними делает, я, пожалуй, спрашивать не буду – чую, что мне ее ответы не понравятся. Но с другой стороны, хорошо, что она меня немного отвлекла, а то я бы уже несколько панических атак поймала, потому что коридор был поистине бесконечен. Кстати, заметила, что он шел немного под углом вниз и изгибался.

Время от времени, девчонка дотрагивалась до стен или переступала что-то на полу. Когда я ее просила, оказалось, что эти катакомбы наполнены разнообразными магическими и физическими ловушками, которые, по ее словам, мне вряд ли понравятся.

Что ж, проверять это точно не входит в мои планы.

Где-то через минут пятнадцать коридор закончился, выведя нас опять на лестничную площадку.

- Вниз. Они там.

- Ты дальше не пойдешь? – удивилась я.

- Пойду, - она сказала это с такой тоской, что мне стало еще жутче, чем было до этого. – Обещай, что убьешь его.

- Я постараюсь…

- Обещай!

- Слушай, я сделаю все, что в моих силах, чтобы это сделать. Ладно? Ничего сверх этого я сказать не могу. Все может ведь быть и наоборот – он меня убьет.

- Тогда ты должна будешь вернуться как дух и сдержать свое слово! – упрямо заявила он.

Сюр какой-то. Вот духом мне еще стать не предлагали. Не уверена, кстати, что это вообще возможно. Граф Милор как-то говорил, что вроде как ментальщики не могут потом стать призрачными сущностями. Но, может, я его не так поняла?

Но я тоже упрямая, а еще аккуратная. Точно знаю, что такими обещаниями бросаться нельзя, поэтому я проигнорировала последние слова демоницы и стала спускаться.

На нижней площадке пахло не так, как наверху, да и Тьма рассеиваться не желала, как будто стало еще темнее. Мы опять прошли по небольшому коридорчику, а потом вышли в… я даже не представляю, как это правильно назвать. Наверное, это самые настоящие катакомбы, как под Парижем, со своими склепами и тайнами.

Не знаю точно насчет склепов, полагаю, что они здесь все же есть, но то, что территория жилая – это определенно.

По обе стороны от скудно освещенного прохода располагались камеры, средневековые, с коваными штырями-прутьями толщиной в руку, вмурованными в камень. Из таких не выбраться без магии. И это помещение уходило вперед метров на сто. Камер было, при этом, не меньше тридцати с каждой стороны. Целая тюрьма.

Сомневаюсь, что везде есть обитатели, но вот в той, что по левую руку, в куче тряпья явно кто-то шевелится.

- Где мы? – спросила у демоницы, которая почему-то попятилась.

- В моей лаборатории, дорогая, - ответил мне глубокий мужской голос.

Я с трудом сдержалась, чтобы не подскочить, медленно обернулась и тоже непроизвольно сделала шаг назад.

- Ты свободна, Саабир, может идти, - у девчонки в глазах отразился такой страх, что мне ее стало даже жалко. Она приобрела прозрачность, закивала и начала быстро отступать, не поворачиваясь спиной.

Не могу сказать, что я была удивлена таким поворотом событий. Она очень боялась своего брата, но все же пошла показывать дорогу. А из того, что я успела о ней понять, благотворительность – не ее жизненное кредо. Хотя, думается, что ее желание прибить братца было абсолютно искренним.

Проводив глазами исчезающую за дверью призрачную фигурку девочки, я обернулась к демону. Высокий статный, наверное, даже красивый, если бы был человеком. Вот только что-то есть в нем отталкивающее. Я бы даже сказала, что это на уровне инстинктов, как будто травоядное чувствует хищника. Жаль только, что в данном случае, травоядное – это я.