Шолох. Теневые блики - Антонина Крейн

Если не дать Мелиссе время на раздумья, авось, сработает. Наглость города берет. Надо только как-то по-деловому обыграть содержание.

— «Утренняя встреча отменяется. Веду допрос в 32 кабинете. Если подозреваемая будет упираться — дам знать особо. А так действуем по плану Б. Ответа не требуется.».

Планом Б у нас с Кадией издавна назывался перенос встречи на пять часов вперед. С утра на день, со дня на вечер. Послание я постаралась переиначить так, чтобы Мелисса решила, что это какой-то специальный рабочий момент, а не просто моя личная просьба. Судя по тому, что госпожа Дорьич не стала задавать никаких вопросов, я преуспела.

Ну или ей было до фонаря на мои закидоны: человек, в конце концов, пришел сдаваться правосудию. Я пригляделась к ней повнимательнее: глубоко посаженные серые глаза, холеные руки, аккуратная укладка. Дама, которая умеет за собой следить. Но взгляд бегает из угла в угол, пальцы трясутся, а волосы Мелисса поправляет так часто, что сразу видно — человек на грани истерики. Хорошо сдерживаемой, но истерики.

В общем, атмосфера в кабинете была не самая приятная. С какой-то стороны, моя дурацкая ташени даже пришлась кстати — разрядила обстановку.

К счастью, мы не очень долго ждали Полынь. Провели десять минут в тишине, вглядываясь друг в друга, причем я жутко зевала, мучительно краснея от стыда, а потом дверь кабинета открылась и зашел куратор.

— Полынь, это Мелисса Дорьич, — я побыстрее представила гостью, пока он не успел что-либо вставить. Мало ли, ляпнет что-то секретное?

— Ах вот оно что, — с любопытством уставился на гостью Ловчий.

— Я пришла признаться, — задиристо кивнула Мелисса. Именно «задиристо», я не ошиблась. Она вся выглядела так, будто мы ее снова и снова пытаемся склонить к неким нехорошим вещам, а она отказывается, ибо знает себе цену, хотя и понимает, что подобное поведение точно приведет к драке.

— Что ж, замечательно. А я уже настроился на долгие поиски вашей особы по всему Шолоху. Побывал сейчас в вашей квартирке, кстати, — очень приятное место.

Полынь раскопал под горой бумаг табуретку и подсел поближе к подозреваемой. Она неверяще переспросила:

— Вы были у меня в Тихих Далях?

— Да, только что.

Я тоже удивилась: Тихие Дали — это, как видно из названия, район вообще ни разу не близкий к центру Шолоха. Час с хвостиком в одну сторону. Как Полынь успел сгонять туда-обратно за какие-то сорок минут? Блефует, небось. Хотя…

— Это Айрин? — куратор достал из кармана имаграф с изображением трупа на льдине и безжалостно протянул Мелиссе. Губы у той дрогнули и поджались:

— Да. Он убил ее. Я была права.

— Расскажите мне об этом.

— Я прошу вашей защиты.

Полынь поднялся. Он задумчиво почесал кончик носа, потом прошел в дальнюю часть кабинета, где на стене висела пробковая доска с невероятным количеством бумажек — улик, идей, возможных связей, теорий, — и задумчиво кивнул сам себе, будто прикидывая варианты. Потом обернулся к посетительнице и развел руками:

— Увы, Мелисса, могу предложить только хорошо охраняемую камеру в тюрьме.

— В какой?

— Межведомственной.

— Пойдет, — женщина откинулась в кресле и, собираясь с духом, прохрустела пальцами. — Мы с Айрин…

— Как ее фамилия?

— Айрин Петриц. Мы с Айрин — члены Королевского Общества по Сохранению Исчезающих Видов. Пару месяцев назад Айрин познакомилась с мужчиной, который разделял нашу страсть — интерес к драконам. Он сказал, что хочет отправиться к драконам и увидеть их вживую.

— Каким образом? — прищурился Полынь. — Драконы уже тысячу лет спят за Скалистыми горами, накрытые непробиваемым магическим куполом.

Мелисса прикусила губу, будто стыдясь:

— Этот мужчина поклялся, что он знает, как построить телепорт.

Брови Полыни взлетели вверх. Я наклонила голову вбок, прислушиваясь внимательнее.

— Вы поверили ему? Поверили этой сказке? — подпустив в голос презрения, спросил Полынь.

— Я нет, а вот Айрин — да. Она клялась, что он знает, о чем говорит.

— Как его зовут?

— Я не знаю. Он просил называть его Другом. Но сейчас я не хочу использовать это прозвище. После того, что он сделал…

— Что, в официльных бумагах Общества он тоже записан, как Друг?

Женщина нетерпеливо пожала плечами:

— Нет у нас никаких бумаг. Собрания открыты для всех желающих. Мы же с Айрин решили, что он какой-то мистик, многие из них любят наводить таинственность, поэтому не стали настаивать.

— Ладно. Он хотел к драконам. Что дальше?

— Мужчине нужна была небольшая помощь с материалами для телепорта. В ответ он обещал взять нас с собой.

Неожиданно свет в кабинете мигнул: магические аквариумы с осомой сначала разгорелись ярче положенного, потом резко потемнели, и снова зажглись. Мы с Мелиссой никак не среагировали, продолжив сидеть, как было. Мало ли какой скачок в магическом фоне? Случается частенько.

Для Полыни, однако, подобная перемена освещени что-то, да значила.

— Минутку, — попросил он у посетительницы. Подошел ко мне, быстро наколдовал вокруг нас звуконепроницаемый купол и объяснил: — Мигание — это из-за искорок, егерей Сети Знания. У ювелира Бундруми в доме опять что-то произошло. Давай послушаем.

Я согласна кивнула. События сегодня развивались куда быстрее, чем можно было предположить. Причем, судя по всему, они казались скоростными не только мне, салаге Ловчего дела, но и такому асу, как Полыни: у куратора между бровей залегла глубокая вертикальная складка. И кожа у него была какого-то неественного зеленоватого оттенка, как чешуя у белоснежных ящерок Альзаса после долгой и темной зимы.

Ловчий сделал несколько пассов руками, после чего в воздухе перед нами проявились серебристые искры, и голос ювелира, возникший из неоткуда, произнес мрачно:

— Моя лавка сегодня не работает, извините.

— ….. — пара секунд тишины. Потом опять голосом Бундруми, взволнованно:

— Что вы делаете?! — затем звуки борьбы.

— Арггггррррхх…. — долгая тишина, хлопок двери.

После столь краткого, но выразительного фонетического концерта искорки погасли. Полынь посмотрел время на своих волшебных часах и тяжело вздохнул. Я, с расширившимися от ужаса глазами, шепнула ему (хотя наличие антипрослушиваемой сферы и делало шепот ненужным — сила привычки, что!):

— Его что, убили?

Куратор мрачно перевел взгляд на пол:

— Похоже на то. Так. Я сейчас отправлю туда Ищеек. Жди здесь. Никуда не выпускай Мелиссу. Она в опасности, мы должны сохранить ее любой ценой. Если что — шарахни ее чем-то тяжелым по голове. И вообще, делай что хочешь, лишь бы она была жива и не уходила.