Звезда Востока - Анна Бахтиярова

— Ну? И что, по-вашему, натворили мои воспитанники?

Дитрих вальяжно откинулась на спинку стула.

— Боюсь, речь не о них. А о других ваших «питомцах». Тех, что по вашему приказу разыскивают в замке восточную звезду.

Стул под воспитательницей угрожающе накренился. Но она удержалась. И даже попыталась вскочить, дабы ретироваться подальше.

— Сидеть! — приказала Дитрих. — Не усугубляйте ситуацию, Барбара. Ваша тайна — больше не тайна. Советую поговорить с нами. Иначе вашими неучтенными домашними зверушками займётся совет Многоцветья. Господин Уэлбрук-старший не жалует нечисть, невнесенную в перечень разрешенных существ.

Но воспитательница оказалась не из пугливых. Выставила вперед указательный палец и отчеканила тоном, какой не каждая герцогиня использует:

— Не угрожай мне, милочка. Хуже будет.

Леди Барбара поднялась, показательно отряхнув подол, и деловито направилась к двери, явно считая беседу оконченной. Если она и опасалась последствий, то блестяще умела это скрывать. Или же у дамочки имелся запасной план.

Впрочем, этого мы так и не узнали.

— Подождите, нам нужно… — попытался остановить воспитательницу средний герцог.

Но Дитрих его опередила. Сотворила несколько сложных пасов руками и игриво щелкнула пальцами.

— Вернись на место, стерва, — приказала холодно.

Я ожидала взрыва. Леди Барбара не из тех, кто терпит подобное обращение. Но она не пикнула. Повернулась и вприпрыжку, как девочка, рванула обратно к столу. Уселась, сложила руки перед собой и вопросительно уставилась на Дитрих.

— Летисия, — протянул Эмилио осуждающе. — Тебе же самой хуже будет.

— Это моя проблема, Эм. Разберусь. А пока давай расспросим нашу чудо-зверушку.

— Зачем же так грубо?

Дитрих скривилась.

— Прости мою язвительность. Но это я благодаря ее нечисти чуть шею не свернула. Я пообещала, что не трону малявок. Раз они — подарок близнецов. Но с хозяйкой церемонится не стану. А теперь, дорогая Барбара, — она повернулась к воспитательнице с хищной улыбкой на губах: — рассказывай, как ты узнала о звезде востока.

Воспитательница смотрела прямо перед собой. Спокойная, расслабленная. Сама на себя непохожая. Готовая сделать всё, о чем Дитрих попросит. Хоть в окно сигануть, хоть отвечать на неудобные вопросы.

— Я всегда знала о звездах. Их создал мой Том. Томас Гилмор. Вместе с сокурсниками.

Мэтры удивленно переглянулись.

— Это маг, который спрятал восточную звезду в Гвендарлин? — уточнил Эмилио.

Леди Барбара промолчала. Дитрих стукнула ладонью по столу.

— Отвечай ему!

— Да. Это Том спрятал здесь звезду.

— Почему ты назвала его «мой Том»? — продолжила допрос магиня.

— Мы собирались пожениться после колледжа, — проговорила воспитательница без выражения, будто речь шла о чем-то незначительном. Сказывалось влияние магии. Вряд ли она не испытывала эмоций, вспоминая бывшего жениха. — И поженились бы. Но внезапно заболел отец Тома. На смертном одре он заставил сына пообещать, что тот возьмет в жены дочь соседа. Томас не смог отказать умирающему родителю, а после нарушить данное слово. Но его жена и дети — были ширмой. Он так и остался моим. До самой смерти.

Я качнулась и ударилась лбом о стену. Ну, дела! Леди Барбара — героиня романа века! Тайная возлюбленная полноценного мага!

Она продолжала говорить, рассказывала, как четыре умника создали артефакты, а потом испугались их мощи. Слишком разрушительная сила в чужих руках. Слишком большой соблазн, чтобы использовать. Они даже сами не захотели рисковать. Легко перейти черту, если умеешь побеждать смерть. Друзья спрятали звезды, каждый в собственном тайнике, чтобы те никогда не воссоединились.

Воспитательница говорила и говорила, но я слушала в пол уха, больше думая о личном, чем об артефактах и тенях, жаждущих их заполучить.

Барбара и Томас. Полуцвет и полноценный маг.

Знакомый расклад, не так ли?

Они провели вместе большую часть жизни. Но тайно. Прячась ото всех. У Томаса была жена. Пусть и не любимая. Но она родила детей, значит, тот не хранил дорогой Барбаре верность. Именно с настоящей женой он выходил в свет и встречал гостей в своем доме. С ней он воспитывал сыновей, а полуцвету дарил время урывками.

Нет, я не хочу такой судьбы. Не хочу жить изгоем и ждать коротких встреч, пока Ульрих выгуливает на балах Делию. Или вместе с ней навещает истинных ведьмаков в их тайном поселении. Может, пора признать, что это она ему ровня, а не я? Подумаешь, они друг другу неинтересны. Ничего, привыкнут.

— Я всегда знала, что Звезда в Гвендарлин, — донеслись до меня слова леди Барбары. — Том говорил, если об артефакте узнают, никому не придет в голову искать его тут. Но точного места не назвал. Сказал, так безопаснее. Не для звезды. Для меня.

— Зачем же вы ищите артефакт? — спросил Эмилио строго.

— Хочу перепрятать, чтобы не достался теням. Им нельзя позволить вернуть тела. Они зло. И должны сгинуть. Либо навеки остаться пленниками замка.

— Думаете, это тени забрали три звезды?

— Сначала я лишь подозревала. Но теперь знаю наверняка. Я до сих пор иногда слышу голоса. Тени ругались. Из-за четвертого артефакта. Без него они не могут воплотить задуманное. Но пока звезда им недоступна. Но она здесь — в замке. Прячется. От всех.

— Что значит «прячется»? Это же не живое сущес…

Дитрих не договорила. Помешала дверь, шарахнувшаяся о стену. К заколдованной леди Барбаре спешила подмога, невидимая мэтрами. Зато я отлично разглядела, как упыри неслись, молотя по воздуху кулачками. Точь-в-точь, как однажды в моем сне, когда Урсул познакомился с нечистью и кувырком улетел сквозь дверь.

Все произошло за считанные секунды.

Раз, и стулья под Эмилио и его несостоявшейся женой накренились. Два, и маги полетели на пол. Три, и «питомцы» подхватили обмякшую хозяйку, поволокли прочь от неприятелей. Только главарь задержался. Влепил среднему герцогу звонку оплеуху, сплюнул на пол и пообещал зловеще:

— Еще только суньтесь, порчу наведу. Ни одна целительница от подарка не избавит.

Упырь удалился. Вслед за собратьями, потащившими леди Барбару в сторону сектора полуцветов. Однако Эмилио с Дитрих понадобилось еще с полминуты, чтобы прийти в себя и подняться с пола. Магиня встала с трудом, пошатываясь, но на бывшего жениха глянула грозно.

— И ты заставил меня пообещать не трогать нечисть?

Тот развел руками.

— Они в своем праве, если подумать. Это мы использовали запрещенную магию против Барбары. Кстати, о магии. Как себя чувствуешь?

Вопрос закономерный. Выглядела Дитрих отвратительно. Все хуже и хуже с каждым мгновением. Лицо посерело, пальцы подрагивали, грудь тяжело вздымалась.