34-Ежки для Кощея - Елена Лисавчук

— Ваше сиятельство, мы выполняем приказ, — ответил стоящий по мою правую руку страж на невысказанный вопрос Драгомира.

— Кто отдал? — вопрос супруга прозвучал ласковой, ядовитой музыкой обещающей поразить любого кто осмелится ему солгать.

Храня молчание, стражи сильнее вытянули по струнке свои могучие позвякивающие кольчугой тела. До сего момента я и не думала, что их в принципе, возможно, чем-нибудь напугать.

— Я! — не стал трусливо прятаться за их спинами Велимир.

— Зачем?! Мирослава никого не убивала!

И откуда Драгомир узнал, в чём меня обвиняют?

— Я ввёл его в курс дела, — шепнул Колобок, видно мысли отразились на моём лице.

— Потом попадаетесь! — остудил пыл братьев Ян взбегая по ступенькам, — Драго, тебе удалось что-нибудь узнать?

Вот, те, раз! Что называется — приехали! Драгомир искал сведенья об убийце и его непонятным образом пленили. Про момент, где его отпустили, моё воображение умалчивало. Картинка не складывалась.

Льдистые глаза Драгомира задержались на лице князя, как бы обещая позже поквитаться и соскользнув, остановились на дозорном.

— Маяковский! — Вооружённый непонятной чёрной палкой дозорный, реагируя на его зов, вышел вперёд. — Возьмите под стражу Маришку. Оденьте, на неё блокирующие браслеты. Имейте в виду, девушка опасна. Её оборОтные силы вошли в свой пик.

— Ты ошибаешься Драгомир! — растерянно тряхнула я головой, заступаясь за беззащитную девушку. Славу Луноликой, мы нашли в потухшем костре клочок книги! — Маришка ни в чём не виновата. Я тебе сейчас это докажу. У Зиги есть доказательства.

В толпе гостей и участниц отбора я отыскала глазами друга. Просьба назвать истинное имя убийцы застыла у меня на губах. Друг отрицательно покачал головой. Огрей меня кто-нибудь чугунной сковородой по голове, я б и тогда испытала меньший шок.

Что будет с Петрухой? Он жениться на ней хотел.

— Прости Мирослава, — Маришка испуганно попятилась от Маяковского. — Я никого не хотел убивать. Оно само вышло.

Пожалуй, её признание прозвучало слишком… бессердечно.

Маяковский, словно охотник, преследующий опасную добычу, бесшумно сзади подобрался к ней. По сосредоточенному выражению лица было видно, он готов схватить Маришку! Прекратив со мной откровенничать, девушка развернулась и зашипела на него. Ёжки оценив исходящую от неё, опасность с визгом разбежались кто куда, освобождая площадь группе дозорных. Ребята в чёрном спешили к старшему группы. Витязи, сопровождающие государя, взяли в кольцо правителя с царевной, а заодно и моих родителей. Медленно и планомерно они отступали к замковым воротам. Зиги со Станиславом обнажив мечи, отошли к лестнице, не мешаясь под ногами дозорных.

Под воздействием сильных чувств, тело Маришки, трансформировалось, стремительно покрываясь чешуёй. Помимо этого, она увеличивалась в размерах. Платье лопалось, трещала по швам. Пуговицы, не выдерживая напора, отлетали.

Маяковский взмахнул палкой. Та засияла и трансформировалась в сияющий кнут. Длинный конец, волочащийся по земле, разрезал воздух, а затем обвил тело молодого неопытного василиска, сковав по рукам. Маришка зашипела, брызгая ядовитой слюной. Она яростно вырывалась, но освободиться у неё не вышло. Её магию блокировал кнут.

— Велимир Павлович, молю, помилуйте Маришку! Она неразумное дитя, — упала перед князем на мраморные ступени сваха. — Коли надо, казните меня. Я виновата! Дура глупая отдала кровиночку отцу! Я думала с отцом-человеком, ей лучше будет, чем в неродной стае с их жёстким укладом.

Мадам Ольга горько разрыдалась. Услышав слова матери, Маришка успокоилась и вернула себе нормальный (в нашем привычном понимании) человеческий облик.

— Я не вправе влиять на судьбу вашей дочери. Однако я попрошу совет Старейшин учесть особенности вашего вида и вынести отягчающий приговор, — внял её мольбам Велимир. — До выяснения деталей произошедшего она останется под стражей. Затем её отдадут на поруки вождю Василисков северных пустошей. Уведите её.

Сваха сильнее расплакалась. Я отчасти понимала её горе. Уж лучше провести десятки лет в княжеских казематах, чем пережить жёсткую, безжалостную муштру в поселении Василисков. Не испытывая сострадания, руководствуясь сводами правил, они не церемонятся со своими отпрысками.

Вспоминая о загубленных Маришкой девушках, становилось тошно. Вроде справедливость свершилась. Радоваться надо. Тогда почему думая о ждущих её испытаниях на душе кошки скребли?

Маришка не сопротивлялась и дала застегнуть на запястьях блокирующие магию браслеты. Она потерянно смотрела на матушку. В её тоскливом взгляде читался болезненный вопрос: «Зачем ты меня оставила?». Обезвредив Василиска, Маяковский убрал хлыст, вернув его в первоначальное состояние.

— Уведите её, — кинул он шарик на выложенную камнем площадь. Шарик разбился, высвобождая магию. Множество перламутровых песчинок взлетели в воздух и образовали действующий портал.

— Подождите! Дайте мне объяснить, Мирославе, — попросила Маришка. Дозорный исполняющий приказ, проигнорировал её просьбу и дёрнул её за плечо, собираясь с силой запихнуть в портал.

— Не трогайте её. Пусть она скажет, что хотела, — вступилась за неё.

Маришка благодарно улыбнулась мне. Я вернула ей тёплую улыбку.

— Я не ошиблась в тебе Мирослава. Рада, что я тебя не убила, когда имелась возможность.

Ничего себе откровенность. Уголки моих губ припадочно дёрнулись, стирая с лица, любой намёк на доброжелательность.

— Не подумай ничего плохого, я перехотела тебя убивать, — заметив мою реакцию, всполошилась Маришка. — Понимаешь, мы с детства дружим с Цветаной. Это она уговорила меня поехать на отбор. Мы часами болтали о красавчиках Кощеях. Драгомира Павловича она сразу определила себе. Сначала я с ней согласилась, потом увидела его… и увлеклась.

— Ты собиралась и от меня избавиться? — взвизгнула Цветана, выйдя из-за спины Драгомира, где пряталась до этого.

И как я упустила?

— Сначала, а потом вспомнила, что подруг не убиваю, — гордо ответила ей Маришка. — Я запуталась. Долго не знала, как быть и отравилась сама. Когда князь спас меня, я без памяти влюбилась в него. Нашей дружбе Цветана больше ничего не угрожало. Ты же отвернулась от меня!

— Правильно сделала! Давно надо было! Я с душегубами дружбу не веду! В отличие от выскочек вроде Мирославы. — Цветане лишь не хватало показать бывшей подруге язык.

— Подойди ближе! Я тебе за Мирославу космы сейчас повыдёргиваю! — дёрнулась к ней Маришка.

— Фигушки! — гаденько пропела Цветана.

Глянув на неё, Драгомир сдвинул брови и задвинул её обратно себе за спину. От греха подальше.

— Не жалей Голубину Мирослава. Гнилая девка была, — быстро произнесла Маришка, явно опасаясь, что её скоро уведут. — Голубину подослали заманить тебя в лес и убить там. Она подговаривала меня помочь ей. Коли откажусь, угрожала раскрыть мою тайну.