Тенеловы. Сердце ночи - Ольга Герр

– Кому? – на всякий случай уточнила я.

– Тем, кто за дверью, – поразился он моей недогадливости. – Ты не узнала фантома?

Я открыла рот от удивления. Это был мой фантом? Он больше походил на взбесившуюся черную дыру, чем на приличную тень. Но если Рому он легко запугал до полусмерти, то с громилами ему не справиться. У них нервы покрепче, а на физическое воздействие фантом не способен. Понимая это, едва ли он пришел один.

– Кто с ним? – потребовала я ответа.

– Понятия не имею. Разве это важно? У нас появился шанс сбежать. Глупо им не воспользоваться.

Я могла поспорить: смысл выбираться из одной ловушки, чтобы угодить в другую? Но Марк был настроен решительно. Он кинулся в драку, и мне ничего не оставалось, как поддержать его.

Нотан не был бойцом. Марк оглушил его ударом по голове, и тот повалился, как срубленное дерево. С громилами дела обстояли сложнее. Они накинулись на Марка, не посчитав меня достойным соперником. Но я и не настаивала. Пока они были заняты Марком, я разбирала баррикады.

Марк отбивался, вооружившись шваброй. Внимание громил было приковано к нему, и я быстро избавилась от верхнего слоя заслона из стульев и прочих мелочей. Остался комод. Я честно попыталась сдвинуть его, но не тут-то было. После всех моих усилий комод даже на сантиметр не отъехал от двери. Из чего сделана эта махина? Из бетонного раствора?

Чтобы облегчить комод, я вытащила из него ящики вместе с содержимым и повторила попытку. Скрипя и царапая ножками пол, комод немного отъехал от двери, но этого было недостаточно, а я, между тем, истратила последние силы.

Один из громил заметил мои действия и бросился ко мне. Я метнула в него стул. Удар пришелся в голову. Громила закружился на месте, запнулся о ковровую дорожку и повалился на комод. От их столкновения содрогнулся весь этаж. Громила потерял сознание, а комод, не выдержав натиска, поехал на меня. Я едва успела отскочить с его пути.

Прочертив в полу борозды, комод остановился. Он все еще стоял близко к двери, но ее можно было приоткрыть и выбраться через щель наружу. Вот она, возможность бежать! Но я медлила. На меня напала неожиданная робость. Внутри квартиры было знакомое зло, а что притаилось за ее стенами? Вдруг Марк ошибся и это вовсе не фантом? И даже если это все-таки он, еще неизвестно, кого с собой привел.

Пока я боролось с сомнениями, громила начал приходить в себя. Любой нормальный человек неделю бы провалялся в кровати, а этому все нипочем. Похоже, внутри его черепной коробки просто нечему ломаться.

Я подняла второй стул для самозащиты, но тут в дверь снова врезался таран. Так как ее больше ничто не подпирало, она распахнулась, толкнув комод, который тут же врезался углом мне в живот. От внезапной боли я уронила стул себе на ногу. В глазах потемнело, и я завалилась на бок.

Скрючившись на полу, я, точно сквозь пелену, наблюдала за происходящим. Сначала фантом, а за ним Ксюша с Колей ворвались в квартиру. Радость от встречи быстро сменилась страхом за них. Громилы молниеносно оправлялись от побоев, Нотан – и тот пришел в себя. Что могут поделать мои друзья с четырьмя взрослыми мужчинами, трое из которых – гора мускулов? Операция по нашему спасению казалась обреченной на провал.

Марк после проигранной накануне схватки все еще был слаб. Коля и Ксюша не годились на роль бойцов. Фантом был бесполезен. Он носился по гостиной и завывал, воздействуя на противника психологически, но на него никто не обращал внимания. Я, хоть и поднялась с трудом на ноги, едва могла на них устоять.

Мы сбились в кучу, а громилы и Нотан теснили нас к окну. Коля отбивался диванной подушкой, но ее удары были сравнимы с прикосновением крыла бабочки. Ксюша кидала во врага все, что под руку подвернется: чашки с кофейного столика, трубку от телефона, статуэтки и горшки с цветами. Один из них разбился о грудь громилы, но тот лишь отряхнул землю с рубашки и снова пошел на нас. Марк и я отбивались ногами, но толку от нас было не больше, чем от Ксюши с Колей.

Отступая, мы уперлись в подоконник. Ксюшины снаряды подходили к концу. Коля лишился подушки – ее отобрал Нотан. Мы были безоружны перед надвигающейся опасностью.

– Зачем вы пришли? – спросила я у сестры.

– Очевидно, сейчас неподходящее время для ссоры, – она подняла кулаки в нелепой копии боксерской стойки.

Я хотела с ней поспорить, но мне помешали – громилы под предводительством Нотана перешли в атаку. Один бросился на Марка. Второй пнул Колю в солнечное сплетение, отчего тот выбыл из строя, и переключился на меня. Третий схватил Ксюшу в охапку. Ее крик перешел в ультразвук – еще немного, и в окнах лопнут стекла.

Я не на шутку испугалась за сестру. Ей там руки ломают, что она так орет? А если ее убивают? Последняя мысль прострелила меня, подобно боли в пояснице. Я дернулась к Ксюхе, но дорогу мне преграждал громила. Отодвинуть его или обогнуть было нереально. А Ксюша, между тем, охрипла от воплей и перешла на жалобный стон. И этот скулеж пугал в сотни раз сильнее, чем ор.

Не соображая, что делаю, я кинулась на громилу, вложив в удар все доступные мне силы.

– Убирайся! – завопила я. Мой крик смахивал на рев и шел из глубин души, о существовании которых я до сего дня не подозревала.

Я врезалась в громилу, словно ледокол в Северный ледовитый океан. Удар был таким мощным, что, казалось, мир дал трещину, когда мы встретились. Громила пошатнулся, что само по себе было поразительно, ведь всего несколько минут назад он лбом превратил стул в щепки и даже не поморщился.

Я молотила его кулаками по животу. Пресс у него был стальной, костяшки пальцев разрывались от боли, словно я била кирпичную стену.

– Убирайся! – повторила я.

Колени громилы подогнулись. Он уже не возвышался надо мной подобно скале, а был одного со мной роста. Я занесла руку и врезала ему промеж глаз.

Что-то произошло после столкновения моего кулака и лба громилы. Сознания он не потерял, но от него точно отделилась часть – из его тела вышла тень. Упав на пол, она корчилась в конвульсиях, а потом растворилась без следа.

Громила не делал попыток схватить меня и смотрел ничего не понимающим взором небесно-голубых глаз, а ведь секунду назад его глаза имели серый оттенок, характерный для захваченных людей.

Мне было некогда разбираться с ним. Громила выведен из строя – это все, что требовалось знать. Я бросилась к Ксюше, но опоздала. Полузадушенная, она не надеялась ни на чью помощь, а потому, как и я, обратилась к внутренним резервам.

К держащему ее громиле со всех концов гостиной потянулись тени. В отличие от фантома эти не были безобидны: схватив громилу за лодыжки и колени, они тянули его вниз, царапали и кусали. Обезумев от страха и боли, он выпустил Ксюшу. Я была тут как тут, подхватила сестру и отволокла ее подальше от теней.

Спрятавшись за диваном, я оценила поле боя. Коля лежал у окна. Румянец на его щеках говорил о том, что с ним все в порядке. А вот Марк неожиданно выбился в победители. Забрав у Нотана свой кинжал, он с его помощью изгнал захватчика из последнего громилы.