Остаться до рассвета - Арина Предгорная

— Вы согласны с обвинением истицы, лорд Форриль?

— Нет.

Седовласый мужчина поднял руку, и из-за неприметной двери вышли двое. По нашивкам на тёмной одежде одного из них Мад узнал менталиста.

— Это стандартная процедура, лорд Форриль. Ваша супруга её уже прошла. Ваша очередь.

Молодого человека мутило, и вовсе не от действий мага. Судья на извлечённые из памяти Мада воспоминания, казалось, не смотрел вовсе, до того безразличным было лицо, а сам ответчик не глядел на алый кристалл-накопитель, получивший слепки его памяти. Негнущейся рукой вывел свою подпись на бланках.

— Я не могу её потерять, — растерянно проговорил он, глядя мимо судьи. — Элге очень дорога мне, я не смогу без неё.

— Поговорите с женой, — пожал плечами строгий собеседник. — Леди Форриль имеет право в любой момент отозвать свою жалобу.

Светловолосый красавец едва не ляпнул, что не знает, где её искать.

— Нам нужно время, — попросил он, проникновенно глядя в старческие глаза. — Прошу вас. Я…знаю Элге, она упряма, но отходчива. Я прошу у суда хотя бы месяц на примирение. Умоляю.

Судья глядел на сына королевского советника. Славный мальчик, очень талантливый, дурак только. Кто ж так попадается?

— Суд готов принять во внимание вашу просьбу, лорд Форриль. У вас тридцать дней, начиная с этой даты. За этот срок леди Форриль должна либо подтвердить своё решение о расторжении брака, либо отозвать назад прошение. Она может сделать это, как лично явившись в суд, так и уведомив письменно. Подлинность бумаг будет проверена.

Мад вышел на деревянных ногах, едва не полетел с высокой мраморной лестницы под копыта запряжённой в экипаж лошади. Он выиграл немного времени — и только это.

Тивис в сердцах захлопнул папку и тяжело глянул на растерянного сына. Расстроен! Переживает! Вовремя же!

— То, что у тебя хватило мозгов договориться о дополнительном сроке — прекрасно, но недостаточно. Возможно, твоя жена не так далеко, как хочет нам показать, и по извещению суда явится лично. Я бы не рассчитывал на это, но такой вариант нельзя оставлять без внимания.

— Твои люди перетряхнули весь Леавор, — уныло заметил Мадвик и плеснул в стакан коньяка. — И ближайшие поселения. Следы в Аззарию ведут очень уверенно.

— Мои люди уже плывут туда, но всё это небыстро. Если вдруг Элге и там, она не успеет добраться обратно к назначенному времени, и по её первому документу вас всё-таки разведут, позже ли, раньше ли. Я поговорю с его величеством. Он не занимается делами такого рода, но уверен, что моя просьба будет услышана.

Мад поднял на отца взгляд: молодое холёное лицо сейчас искажено сдерживаемым гневом, глаза приобрели ярко-голубой оттенок, как бывает при сильных приступах ярости. Удивительно, что предстоящий развод сильнее бил по королевскому советнику Форрилю, нежели по мужу сбежавшей Элге. Но, впервые глядя в решительное лицо своего влиятельного родителя, Мадвик сомневался в успехе.

Бастиан Лигарт согласился принять Тивиса после окончания Совета, спустя два дня, два драгоценных, утекающих песком из пальцев дня.

— У меня будет полчаса. Вы же знаете, где расположена Лесная гостиная?

Тивис знал.

В ожидании своего короля он мерил шагами комнату, оформленную в густых зелёных и песочно-коричневых тонах. Рисунок на потолке имитировал пробивающиеся сквозь густую крону солнечные лучи, ноги вязли в густом длинном ворсе ковра. Будто по мху ходишь. Как же противно выступать в роли просителя в таком деликатном деле! Это Маду надо было умолять об аудиенции и просить, просить, в ногах валяться!

Бастиан, едва появившись на пороге, лёгким кивком указал советнику на кресла возле увитого живым плющом окна. Король успел сменить официальную одежду на простой неяркий наряд, уже не скорбно-красный: траур по тестю он мог не носить. Едва опустившись в предложенное кресло, Тивис, успокоив себя глубоким вдохом, начал излагать суть. Коротко, по существу, с толикой естественного волнения, присущего всякому родителю.

— Они, по сути, ещё такие дети, Ваше Величество, — подытожил лорд Форриль. — Глупая ссора, глупая обида. Элге девушка импульсивная, порывистая, да и Мадвик не уступает. Но они очень любят друг друга, расторжение брака будет страшной ошибкой, о котором Элге же скоро и пожалеет. Не дайте им совершить эту ошибку, прошу Вас.

Бастиан, скрестив пальцы рук, слушал выверенную речь своего советника с нечитаемым выражением лица. Помолчал, глядя мимо, отчего тот начал нервничать и прилагал все силы, чтобы нервозность свою спрятать.

— Почему вы обратились с этим ко мне? Самое простое: любящим супругам поговорить между собой, попросить прощения в случае вины, признать ошибки. Ну, не мне вам объяснять. Леди Элге может аннулировать своё прошение, наказания за это не будет.

— Элге уехала навестить родню и на связь с моим сыном не выходит. Мадвик очень переживает и ждёт её обратно, но мы опасаемся, что пока девочка окончательно остынет и осознает, что натворила, судья может вынести неверное решение и удовлетворить её просьбу, данную на эмоциях.

Выдержать острый синий взгляд его величества оказалось нелегко, но Тивис справился. Бастиан продолжал слушать с не распознаваемым выражением лица, лишь слегка дёрнулся уголок красиво очерченных губ, будто бы в ироничной усмешке.

— Насколько мне известно, леди располагала достаточным количеством времени, чтобы как следует обдумать и взвесить принятое решение

Голос Бастиана Лигарта звучал спокойно и сочувственно. Тивис ощутимо напрягся; не спасала приятная, радующая глаз атмосфера Лесной гостиной, не успокаивала ни зелень, ни тихое щебетание невидимых птиц.

— Каждое такое дело — личное, приватное, и родственникам истца и ответчика обычно не показывают материалы, — продолжал монарх, всё больше и больше тревожа Тивиса бесстрастным взглядом сапфировых глаз.

Повинуясь, очевидно, тайному знаку короля, в гостиную вошёл его секретарь и поставил на столик между мужчинами круглую матово светящуюся сферу. Поклонился Бастиану и бесшумно вышел.

Король задумчиво коснулся верхушки сферы, активируя её.

— Причиной развода в прошении леди Форриль указала неверность супруга, которая унижает её и которую она считает неприемлемой между любящими людьми, — размеренно произнёс его величество.

Тивис прикрыл веки. Поганец-Мад!..

— Я уверен, это досадная ошибка, — твёрдо сказал он. — Элге доверчива, мало ли какие сплетни достигли её ушей…

— Смотрите, лорд Тивис.

Сфера мигнула и развернула перед Форрилем проекцию. Не мигая, чувствуя, как с каждым мгновением его, как вода стеклянный сосуд, затапливает стыд, он смотрел на спальню Мада, на его широкую удобную кровать глазами Элге. Золотисто-русые волосы в живописном беспорядке разметались по узкой стройной спине, открывая широкие бёдра и бесстыдно выпяченные ягодицы. Щёки загорелись. Через силу он поверх проекции перевёл взгляд на невозмутимо восседающего короля.