Нечеловеческий фактор - Василий Головачев

Добрались до метро, где помощник Воеводина сел в свою кабину, а Руслан в соседнюю и вышел уже в Зарайске.

Дома он побеседовал с домовым Пантелеем, выясняя, не навещали ли гости, просмотрел почту, сброшенную на рабочий стол, позавтракал, обживая «кольчугу» и размышляя, что делать дальше. Доложился Леблану:

– Господин… м-м, Люсьен, я готов продолжать службу.

– Вас уже выписали? – удивился француз.

– На мне всё заживает как на собаке.

– На собаке? Почему на собаке? – Русскую поговорку Леблан, очевидно, не знал.

– Я в норме.

– Хорошо, зайдите ко мне после обеда.

Руслан вспомнил слова Ярославы о Неуязвимом: «орлы мух не ловят». М-да. Что же ты делал на Суперструннике, орёл ты наш?

Пришла мысль навестить генератор «суперструнных микродыр» ещё раз и попытаться найти причину появления там Мухаммеда Тургута. Всё равно до обеда делать было нечего.

Мысленно поблагодарив врача клиники, всё-таки отпустившего строптивого пациента, он связался с Грымовым по менару, одновременно испытывая систему связи «кольчуги»:

«Иван, нужен транспорт. Хочу слетать на Суперструнник и поискать следы».

«Что ты имеешь в виду?» – осведомился Грымов.

«Считаю, что Неуязвимый не ради меня появился на Дженворпе. Сидеть и ждать в засаде мелкого чиновника ФАК – не его уровень».

Грымов помолчал.

«Мы сами проверим».

«Зачем ждать? У меня есть время».

«Хорошо, бери тот же драккар, в Арескуде, пилот – наш человек».

«Жоао Модалу?»

«Чем он тебе не нравится?»

«Нормальный мужик, я его помню. А что значит – наш человек? Мне дал драккар Веласкес».

«Без комментариев. Я позвоню на базу, будь там через полчаса».

Руслан проверил запасы костюма, опираясь на доклады Августа, вызвал такси. Он уже привык к «кольчуге» и ощущал её как вторую кожу.

В начале одиннадцатого по средне-солнечному времени он появился под куполом Арескуда, утопающего в полутьме: здесь царила ночь, – нашёл базу, эспланаду номер «11» и поздоровался с пилотом драккара.

– Я вас разбудил?

– Ничего, я на службе, – ответил нигериец, показал белые зубы. – А вы рисковый человек! Схватиться с Неуязвимым не каждый решится.

– Он не дал мне времени на размышления, – признался Руслан. – Вообще-то я человек смирный.

Модалу посмотрел на него с сомнением, но спорить не стал.

Взлетели, поднялись над ночной стороной Марса, стартовали к Суперструннику.

На сей раз охрана комплекса отреагировала на финиш драккара сразу же после его выхода из «струны»:

– Летун без номера, остановитесь!

– Инспектор Федерального Агентства по контролю Горюнов, – представился Руслан. Допуск, выданный Лебланом на посещение Суперструнника неделю назад, всё ещё действовал, и просить начальника отдела выхлопотать новый не потребовалось.

– Стыковку разрешаю, – после паузы сообщил инк охраны.

Драккар нырнул к стыковочному терминалу и проткнул силовой пузырь створа.

Сели на пол ангара.

– Вас сопроводить? – спросил пилот.

Руслан хотел отказаться, потом подумал, что ему наверняка понадобится помощь, и согласился.

– Идёмте.

Их встретил всё тот же «сумоист»-японец Рюноскэ, но уже без суровой Луизы Гоблин.

– Добрый день, господин Горюнов, – по-азиатски тонко улыбнулся он. – Что на этот раз привело вас к нам?

Он был сама вежливость, но Руслан понимал, что зам главного инженера помнит прошлый визит инспектора, и ему стало неприятно.

– Мне нужен доступ к Ваалу и к инку терминала охраны.

Лицо японца стало каменным, хотя полуулыбка так и осталась приклеенной к губам.

– Боюсь, это невозможно.

– Почему?

– Распоряжение главного инженера – никого не допускать в центр управления.

– Даже если это связано с оценкой угрозы комплексу?

– Какой угрозы? – Японец наконец перестал улыбаться.

– Я не имею права выдавать служебные тайны. Вам нужно распоряжение директора Агентства или моего допуска достаточно?

Рюноскэ заколебался.

– Я вынужден проконсультироваться.

– Консультируйтесь.

Японец отошёл в сторону, но через минуту вернулся с прежней полуулыбкой.

– Разрешение получено.

Переглянувшиеся гости последовали за ним.

Зал управления Суперструнником по-прежнему был почти пуст и тёмен, лишь у одного из виомов сидел оператор – старик с гривой почти прозрачных волос.

– Я тут поброжу? – спросил Модалу. – В прошлый раз не успел ознакомиться.

– Да, побудьте в коридоре, – кивнул Руслан, занимая кресло ведущего оператора в центре подковы терминала.

– Я нужен? – спросил Рюноскэ.

– Нет, спасибо, подойдёте через час.

Японец поклонился, вышел.

Включилось сопровождение кресла.

– Приветствую вас, – заговорил инк комплекса мягким баритоном. – По-моему, мы уже знакомы.

– Руслан Горюнов. Прошу ответить на несколько вопросов. Первый: почему в жилой зоне во время моего прошлого… контакта с агрессивно настроенным человеком три дня назад была выключена система наблюдения?

– Произошёл временный сбой системы, причина устранена.

– Какова причина?

– Повреждение оптоволоконного кабеля в жилой зоне.

– Интересно, чем его можно повредить? Топором? Он же проложен в стенах комплекса и защищён.

– Странный случай, – согласился Ваал. – По косвенным данным могу предположить, что был произведен мощный кратковременный электрический разряд.

– Разряд повредил бы не только кабель, но и стену.

– Возможны так называемые тау-разряды – с наведенным в кабеле электронным сгустком, они не разрушают материал носителя.

– Понятно, спасибо. Ты связан с инком охраны?

– Конечно.

– Мне нужны все записи трёхдневной давности, когда я… посещал жилую зону. Начиная за пару часов до этого момента и заканчивая парой часов после. Я хочу знать, где был тот самый агрессивный мужчина.

– Нужен его витейр.

– Будем просматривать записи вместе, я покажу.

– Режим?

– «Одиночка».

На голову опустилось призрачное облачко непривычных ощущений, «всосалось» в сознание, мысли приобрели зримые контуры и чёткость. Время послушно замедлило свой бег. Перед глазами проявился коридор жилой зоны Суперструнника, начал дышать, пульсировать – в такт с появлявшимися в записи жителями.