Две половины победы - Олег Бондарев

– Судя по всему, нет.

– Знаешь, – подумав, сказала Литолайн, – это всё напомнило мне одну старую балладу. Ее пел заезжий бард, которого отец пригласил на мое пятнадцатилетие.

– Баллада? Уж не та ли, что начинается… м-м-м… «и темные тучи запляшут в небе…»?

– Да, да. Про Лиса и Волчицу. Мы очень похожи на них.

– Мы? То есть ты и я?

– Ну, да. Они тоже спасали королевство.

Я с трудом сдержался, чтобы не сказать Лите правду. Хотя големы твердили то же самое… и Фредерик…

В любом случае король вряд ли оценит наш «подвиг». А уж Радуга…

– Да, наверное, похожи, – сказал я неуверенно. – Но давай поговорим об этом потом, ладно?

– Ладно.

– А теперь скажи Малышу, чтобы шел обратно, к своим… и, если можно, сделай так, чтобы он не убил никого из кочевников по дороге.

– Хорошо. Я велю ему избавиться от повязки, когда он уже поднимется в горы.

– Он пойдет вслепую? – удивился я.

– Он прекрасно всё видит и сквозь повязку, Герберт.

Я ошарашенно уставился на василиска. И действительно – он дружелюбно пялился на меня, словно ткань и не закрывала его желтых глаз.

– Тогда да. Пусть стаскивает уже в горах.

Я поднялся и хотел объявить, что мы трогаемся, когда Лита снова позвала меня:

– Герберт!

– Что, солнце? – спросил я, наклоняясь.

– А ты слышал эту балладу полностью?

– Не знаю. Помню, последняя строчка была такая: «Опасна Волчица своими клыками».

– Значит, не всю. Там еще четыре строки.

– Вот как? – Ей удалось меня заинтересовать. – Можешь прочесть их мне?

– Прямо сейчас?

– Да, сейчас.

– Что ж… почему бы и нет? – кивнула она и, откашлявшись, с чувством продекламировала:

Не быть им вместе на долгие годы,

Не чувствовать сладость жизни влюбленных,

В последнем порыве всеобщей свободы,

Волчицу отдаст Лис за целость короны.

– Эй! Не спать! Через пять минут выступаем! Двигаемся вдоль северной стены дальше на запад! – проорал я и, резко развернувшись на каблуках, пошел к Круглому.

Боже, как же мне хотелось, чтобы последние четыре строки оказались всего лишь глупым стишком…

Агенты Радуги

Ее больше не было.

Чтобы осознать этот факт, простой и сложный, как сама жизнь, мне потребовалось несколько часов. Всё это время я провел в номере одной из гостиниц Сдалина. Меня уже не волновало ни то, что с востока наступает Корлога, ни то, что Кодия и Валитан готовы разодрать всю Веронию на части. В те минуты война казалось какой-то бессмысленной мелочью.

Время шло.

Каждая секунда обернулась вечностью.

Я не знал того, кто передал мне письмо – ее письмо, такое короткое и важное. Пожалуй, только оно и помогло мне оправиться.

«Марк

Ты не хуже меня понимаешь, что наша цель, как и каждого из Радуги, – сохранить мир в Веронии. Если силы Корлоги пройдут в глубь страны – я никогда себе этого не прощу.

Не позволяй злости закрыть твои глаза. Будь умницей. Слушай ум, а не сердце.

Сердце – наше слабое место.

Кому, как не нам, это знать.

Мелла»

Мстить? Нет ничего более желанного сейчас.

Но в душе я понимал, что подобное решение безрассудно. По просьбе Меллы я не поддамся сиюминутному порыву. Сейчас важнее всего – судьба страны. Кочевников, несомненно, возьмут на себя те, кто находится ближе – Мартинец, Фиолетовый… Синий. Я же направлю весточку в желтую провинцию… И не более.

Сам я нужен здесь.

По последним донесениям разведчиков, силы Кодии разделились. Часть святош направилась к Кортилу, и часть – в Сдалин. Полагаю, Синий сможет разделаться с наступающими врагами. Мне же предстоит обеспечить радушный прием лишь части войск, что не может не радовать. Жаль только, разведчики не смогли ответить на два важных вопроса: «К какой части сил Кодии примкнул Валитан?» и «Где сосредоточено командование этими силами?».

Я до последнего надеялся, что Валитан и Кодия перегрызутся между собой, но в итоге пришлось смириться с их союзом. Раньше он был невозможен по большей части из-за нелюбви святош к магам. Что изменилось в Кодии за последние годы – ума не приложу.

Но главное даже не в этом.

Как смогли они сохранить подобное объединение в тайне?

Вот это тревожило меня больше всего.

Уже через пятнадцать минут передо мной стоял один из офицеров, которому я доверил командование сдалинским воинством.

– Мы выступаем, – сообщил я. – Докажем этим северным проходимцам, что Сдалин – наша земля.

– Давно пора, – кивнул офицер. – Все уже готовы.

Я простил ему эту колкость и спросил:

– А маги?

– Волшебники уже рвутся в бой, – усмехнулся он. – Настрой у них после морского сражения – дай бог каждому!

– Вот и прекрасно, – пробормотал я. – Очень, очень кстати…

Наблюдать за ристалищем с холма оказалось довольно удобно.

По правде говоря, сначала мне даже показалось, что кодийцы и валитанцы сошли с ума: сунуться к Сдалину таким малым числом могли либо умалишенные кретины, либо чересчур уверенные в себе гордецы. Их воинство числом уступало нашему раза в три.

Нет, конечно, нам такое соотношение сил на руку. Но вот почему-то не верилось в безрассудство северян. Скорее всего, они подготовили нам какие-то сюрпризы.

Радовало удачное расположение наших сил – на возвышенности перед полем. Мы прекрасно видели наступающих врагов, выходящих из редкого леска, и могли корректировать свои планы по ходу действия. При этом поразить наших воинов было весьма непростой задачей.

Основательно изучив наступающих, я, наконец, понял, в чем дело. В атаку под видом обычных солдат шли колдуны. Раньше во всех боях авангард составляли пешие воины и конница, а маги поддерживали их только с расстояния. Теперь же колдуны хитростью собирались подобраться поближе, чтобы ударить наверняка.

Что ж. Подыграем им. Пусть искренне верят, что мы видим не магов, а самых обычных воинов. Интересно, насколько близко они готовы подойти? Ведь еще немного – и малое расстояние станет помехой для самих колдунов, привыкших действовать масштабно, не размениваясь на эффективные, но сложные заклятия.

Наши маги затесались в ряды воинов, чтобы при первой же атаке выставить серьезный щит, укрывающий всё войско. Продержится он недолго, но позволит воинам подступить вплотную к колдунам противника. Предупредив магов о едином плане, я решил главную проблему – не возникнет путаница, которая зачастую мешала нашим силам в подобных битвах.