Город праха - Кассандра Клэр

– Да, Клэри, давай я поговорю, – предложил Алек.

– Нет уж, я сама, – отрезала Изабель, хлопнув его по руке. – Я ей больше нравлюсь. – Она набрала номер и стала ждать ответа, высунув кончик языка. – Клэри? Это Изабель. Я… Что?! – С ее лица в друг исчезли все краски. – Как?! Но зачем…

– Что там? – выпалил Джейс, пересекая комнату в два прыжка. – Что с ней?

Изабель сжала телефон так, что побелели костяшки:

– Валентин похитил Саймона и Майю. Он намерен использовать их для ритуала.

Быстрым уверенным движением Джейс выхватил у нее телефон и приложил к уху.

– Садитесь в машину и езжайте к Институту. Внутрь не входить, ждать меня. Я к вам выйду. – Он захлопнул телефон и передал его Алеку: – Звони Магнусу, пусть встречает нас где-нибудь у реки в Бруклине. Место по его выбору, только безлюдное. Нам потребуется его помощь, чтобы попасть на корабль Валентина.

– Нам? – вскинулась Изабель.

– Мне, Люку и Магнусу, – уточнил Джейс. – Вас двоих я прошу остаться здесь и взять на себя Инквизитора. Когда она поймет, что сделки не будет, вам придется убедить ее срочно направить против Валентина все силы Конклава.

– Я не понимаю – как ты намерен отсюда выбраться? – спросил Алек.

Джейс ухмыльнулся.

– Сейчас узнаешь, – сказал он и вскочил на подоконник.

Изабель закричала, но Джейс уже вылез из окна, пару секунд постоял на самом краю, а потом исчез. Алек подскочил к окну и в ужасе высунулся, но внизу, на пожухшей траве институтского сада, не было ничего и никого. И прохожие на Девяносто шестой улице не вопили при виде человека, выпавшего из окна. Джейс как будто растворился в воздухе.

Первое, что он услышал, когда очнулся, – бесконечно повторяющийся плеск воды. В воздухе пахло металлом, во рту тоже стоял металлический привкус. Левая рука ныла. Со стоном Саймон открыл глаза.

Он лежал на неровном железном полу, выкрашенном в грязно-зеленый цвет. Единственным источником света служило круглое окошко под самым потолком. Солнечные лучи проникали в него очень скупо, но Саймону хватило и этого: рука, оказавшаяся на свету, уже покраснела и пошла волдырями. Вновь застонав, он перекатился в тень и сел.

…И обнаружил, что не один. В помещении царил полумрак, но Саймон прекрасно видел в темноте и без труда разглядел Майю, сидящую в углу напротив. Ее запястья сковывали наручники, от которых тянулась цепь к большой паровой трубе, одежда была разорвана, на щеке темнел огромный синяк, на виске запеклась кровь. Заметив, что Саймон очнулся и сел, Майя тут же залилась слезами:

– Я думала… я думала, ты мертв…

– Ну да, я уже мертв, – сказал Саймон, рассматривая обожженную руку.

Волдыри исчезли, боль утихала, кожа снова обрела нормальный цвет.

– Знаю. Но я подумала, что совсем-совсем мертв.

Майя утирала слезы связанными руками. Саймон попытался встать и подойти к ней, но его не пустила толстая стальная цепь. Одним концом цепь была приварена к железному кольцу на его лодыжке, а другим уходила в железный пол. Валентин не любил рисковать.

– Не плачь, – сказал Саймон и тут же пожалел об этом. У Майи были веские причины для слез. – Со мной все нормально.

– Пока нормально, – всхлипнула Майя, утирая мокрые щеки рукавом. – Это и есть Валентин? Человек с белыми волосами?

– Ты его видела? Я не видел ничего, только какая-то огромная штуковина выбила дверь и сшибла меня с ног, как локомотив.

– Тот самый Валентин? Про которого все говорят, который начал Восстание…

– Он отец Клэри и Джейса, – сказал Саймон. – Больше мне про него ничего не известно.

– Вот почему голос показался мне знакомым! Точь-в-точь как у Джейса! – воскликнула Майя и добавила мрачно: – Теперь понятно, в кого Джейс такой мерзавец.

Тут Саймон не мог с ней поспорить.

– Значит, ты не… – Голос у Майи сорвался. – Извини за странный вопрос… Когда Валентин пришел за тобой, ты не видел рядом с ним никого знакомого… никого уже умершего? Ну, вроде призрака?

– Нет, – удивился Саймон. – А что?

– Я видела брата, – ответила Майя, помедлив. – Призрака брата. Наверное, Валентин вызвал у меня галлюцинации.

– Ну, со мной он ничего такого не делал. Я говорил с Клэри и выронил телефон, когда эта штука сбила меня с ног. Вот и все.

– Ты говорил с Клэри? – переспросила Майя почти с воодушевлением. – Может быть, они догадаются, где мы, и спасут нас!

– Может быть. – Саймон пожал плечами. – А где мы?

– На корабле… я еще была в сознании, когда Валентин меня сюда притащил. Огромная черная гора металла. Тут нигде нет света и повсюду… твари. Одна из них на меня прыгнула, и я завизжала. Тогда он схватил меня за волосы и ударил головой о стену. Затем я отключилась.

– Твари? Какие твари?

– Демоны, – поежившись, объяснила Майя. – Тут очень много демонов. Больших, маленьких, летучих – самых разных. Они делают все, что Валентин им прикажет.

– Но Валентин – Охотник! Он ненавидит демонов!

– Может и так, только демоны об этом не знают. Зачем ему понадобились мы? Разумеется, он ненавидит нежить, однако зачем прилагать такие усилия, чтобы прикончить именно нас? – Майя начала дрожать, стуча зубами, как игрушка из магазинчика ужасов. – Должно быть, хочет добиться чего-то от Конклава. Или от Люка.

Саймон знал, зачем они нужны Валентину, но решил не сообщать об этом Майе – она и так была очень напугана. Он снял куртку и бросил ей:

– Держи, ты замерзла.

Скованными руками Майя неловко накинула куртку на плечи и с благодарностью улыбнулась:

– Спасибо. А тебе самому разве не холодно?

Саймон покачал головой. Ожоги на руке совсем пропали.

– Я больше не чувствую холода.

Майя хотела что-то сказать, но осеклась. В ее взгляде отразилась внутренняя борьба.

– Прости, что набросилась на тебя вчера, – сказала она наконец и прошептала после долгой паузы: – Я до смерти боюсь вампиров. Когда я приехала в город, все время гуляла с тремя ребятами – Бэтом, Стивом и Греггом. Один раз мы нарвались на вампиров в парке – они сидели под мостом и сосали кровь из пакетов. Началась драка, и один из вампиров схватил Грегга – просто-напросто схватил, поднял и разорвал пополам… – В голосе у нее послышались истеричные нотки, и Майя прижала ладонь к губам. – Пополам… и все кишки вывалились наружу. А потом вампиры начали его есть…

Саймона замутило, и он почти обрадовался, что эта история вызвала у него приступ тошноты, а не голода.

– Я бы так не сделал. Мне нравятся оборотни. Нравится Люк.

– Я знаю. – У Майи дрожали губы. – Когда мы познакомились, ты был таким… насквозь человеком. Ты мне напомнил о том, какой я была когда-то.