Город праха - Кассандра Клэр

И нажал на отбой.

Когда Алек вернулся в тренировочный зал, Джейс лежал на полу и, желая отвлечься от боли в запястьях, представлял себе танцующих девушек – впрочем, без особого успеха.

– Что ты делаешь? – спросил Алек, опускаясь на колени в опасной близости от сверкающей стены.

Джейс попытался напомнить себе, что Алек всегда задавал такие вопросы всерьез и что прежде эта манера вовсе не раздражала, а казалась милой и трогательной. Ничего не вышло.

– Решил прилечь на пол и немного покорчиться от боли. Очень расслабляет.

– Правда? – спросил Алек и спохватился: – А… сарказм… Значит, все не так уж плохо. Сядь, если можешь, я попробую прокатить тебе кое-что сквозь стену.

Джейс сел так быстро, что у него закружилась голова.

– Алек, не надо!

Но Алек уже толкнул что-то по полу, как будто катил мячик ребенку. Красная сфера легко прошла сквозь сияющую завесу и мягко ударилась о колено Джейса.

– Яблоко… – произнес он, с трудом поднимая красный шар. – Вот это вовремя.

– Ты, наверное, проголодался…

– Верно. – Джейс откусил от яблока; сок полился по рукам и зашипел на синих языках пламени, сковавших запястья. – Отправил сообщение Клэри?

– Нет. Изабель меня даже на порог не пустила – начала вопить и швырять что-то тяжелое в дверь. Грозилась выпрыгнуть в окно, если войду, причем вполне серьезно.

– Да, это она может.

Алек улыбнулся:

– Никак не смирится с тем, что я тебя предал. С ее точки зрения.

– Умница, – сказал Джейс с одобрением.

– Я не предавал тебя, придурок.

– Она-то этого не знает.

– Я принес еще кое-что, – сказал Алек. – Не знаю, сработает ли, но попробовать стоит.

Он прокатил сквозь стену что-то маленькое, металлическое – серебристый диск размером с четверть доллара. Джейс отложил яблоко и поднял диск:

– Что это?

– Позаимствовал из письменного стола в библиотеке. Видел, как родители использовали ее для снятия разного рода замков. Скорее всего, тут какая-то отпирающая руна. Попробуй, может…

Джейс начал неловко жонглировать диском скованными руками. Наконец ему удалось прокатить диск к синим языкам пламени; они тут же замерцали и погасли.

– Спасибо, – сказал Джейс, разминая запястья, на которых остались красные кровоточащие полосы. – Это, конечно, не напильник в батоне, но, по крайней мере, руки у меня теперь не отвалятся.

– Знаешь, мне пришла в голову одна идея… Когда Изабель пригрозила выпрыгнуть и окна, я ей сказал, что она разобьется.

– Разумный совет старшего брата, – кивнул Джейс.

– А потом я подумал: то, что опасно для Изабель, может быть не опасно для тебя. Ты не раз проделывал самые дикие трюки. Я видел, как ты благополучно падал с третьего этажа, запрыгивал с земли на крышу…

– Приятно, что мои достижения обрастают легендами, но я не понимаю, к чему ты ведешь.

– К тому, что у твоей тюрьмы четыре стены, не пять.

– Надо же, значит, прав был Ходж, геометрия и в самом деле небесполезная наука! – съязвил Джейс. – Да, тут действительно четыре стены. Вот если бы Инквизитор ограничилась двумя…

– Джейс! – выпалил Алек, теряя терпение. – В твоей клетке нет потолка!

Джейс запрокинул голову. Деревянные балки терялись в полумгле.

– Ты рехнулся, – заключил он.

– Может быть, – ответил Алек. – А может, просто знаю, на что ты способен. Почему не попытаться?

Джейс посмотрел на Алека, на его открытое честное лицо и решительные голубые глаза, – и подумал, что приемный брат сошел с ума. Конечно, Джейсу приходилось проделывать довольно рискованные трюки, как и любому нефилиму, у которого за плечами годы тренировок. Но он не сможет прыгнуть вертикально вверх на десяток метров!

И все же в голове звучал знакомый голос: откуда ты знаешь, если не пробовал?

Голос Клэри. Джейс вспомнил о ее рунах, о том, как в Городе молчания разомкнулся и слетел с руки наручник, будто разбитый невероятным давлением. Они с Клэри одной крови. Если ей подвластно невозможное, почему бы и ему не попробовать…

Он поднялся почти с неохотой и не спеша обвел глазами тренировочный зал – огромные зеркала до пола, коллекцию разнообразного оружия на стенах, тускло блестящие клинки… Подняв с пола недоеденное яблоко, Джейс в задумчивости посмотрел на него и, размахнувшись, бросил в сверкающую стену. Яблоко описало в воздухе дугу и вспыхнуло синим пламенем, едва коснувшись завесы.

Алек охнул. Похоже, Инквизитор не блефовала – попытка прорваться сквозь стену изнутри равносильна самоубийству.

– Знаешь, Джейс, лучше не надо…

– Помолчи! И не смотри на меня – это только мешает.

Он медленно вращался вокруг себя, не сводя пристального взгляда со стропил. Началось действие рун, обостряющих зрение: Джейс видел стропильные балки в мельчайших деталях – шершавые края, узловатую и сучковатую древесину, темные пятна от старости. Балки были крепкими – они держали на себе крышу Института сотни лет и, безусловно, выдержат вес человека. Джейс размял пальцы, сделал несколько размеренных глубоких вдохов – так, как когда-то учил его отец. Мысленно он представил себе, как летит вверх, хватается за балку, подтягивается и влезает на нее. Я легкий, сказал он себе, легкий и быстрый, как стрела. Стремительный и неудержимый. Все просто. Очень просто.

– Я стрела Валентина, – прошептал Джейс. – Неважно, знает он об этом или нет.

И прыгнул.