Зуб дракона - Н. Уилсон

Медленно, трубка за трубкой, провод за проводом, он освободил свое тело из жутковатых пут. И затем поднялся на ноги.

Кажется, он стал намного выше. Руки стали длиннее, а ноги толще. Сердце билось сильнее и гораздо медленнее. И что-то с глазами — он мог различить каждую нить в занавесках на окне, которые сейчас отдергивал. Солнце низко нависало над водой и казалось больше, и вокруг был четко виден светлый ореол.

Какая-то непонятная сила тянула его. Он должен был непременно выйти из комнаты.

Дэн повернулся и пошел к выходу. Его ладонь сомкнулась на ручке двери, и он неожиданно отчетливо услышал поворот механизма и масляный щелчок язычка замка внутри двери.

Впереди тянулся коридор неприятного зеленого, как глаза у слепня, цвета, вымощенный плиткой узором в виде елочки.

Он должен кого-то увидеть.

Дэн пошел по коридору, сам не зная почему остановился у одной из дверей и распахнул ее. От огромного письменного стола на него выжидательно поднял глаза доктор Феникс и улыбнулся в полрта.

— Дэниэл Смит, — сказал он. — Ну, разве ты не великолепен. Наши отношения наконец-то встают на правильные рельсы. — Он улыбнулся шире. — И ты пришел по зову. — Доктор поднялся из-за стола, он был в своем неизменном заношенном медицинском халате, под которым снова сверкал белоснежный костюм. — Я надеюсь, ты хорошо себя чувствуешь? Ты уже так сильно доработан. Это, разумеется, не окончательная стадия, но замечательное начало.

И тут что-то пошло не так. Что-то щелкнуло в запутанном и слипшемся, как сахарная вата, сознании Дэна. В груди у него заклокотала неистовая ярость и с громким ревом вырвалась наружу. У двери на деревянном пьедестале стоял белый мраморный бюст какого-то лысого дядьки с бородой.

Дэниэл, не глядя, схватил его правой рукой за каменную шею, с легкостью поднял и швырнул вперед.

Бюст, крутясь, рассек воздух. Доктор Феникс отклонился в сторону, и тяжеленная голова попала в стол. Дерево разлетелось в щепки, взмыл ворох бумаг, и со звоном полетели осколки мензурок и колб. Голова, уже без бороды, отскочила на пол, расколола плитку и сама разломилась пополам.

Ровно, медленно дыша, Дэниэл сверлил взглядом расширенные от изумления, бесцветные глаза доктора Феникса.

— Где моя мать? — прорычал он.

Феникс посмотрел на осколки и снова криво улыбнулся.

— Можно было ожидать определенные проявления агрессии, ведь она имеет место даже после минимальной зверомодификации. Но должен признать, ты был очень невежлив с бедным мистером Дарвином, как считаешь? Пожалуйста, не забывай, что я твой друг.

— Я могу убить тебя. Прямо сейчас. — В глубине души Дэниэл сам удивился, как спокойно и холодно он это сказал. — Отведи меня к ней.

— Нет, сэр, и еще раз нет, — ответил Феникс. Его улыбка исчезла без следа. — Ты не можешь меня убить. И я не отведу тебя к ней.

Он оглядел Дэниэла с головы до ног и обратно.

Мир вокруг покачнулся. Что-то менялось.

Доктор в белом халате вольготно откинулся назад в своем кресле и длинным пальцем указал на кресло напротив.

— Мистер Дэниэл Смит, — вкрадчиво пропел он. — Прошло так мало времени, а я уже сделал из тебя чудо. Представь, чего можно добиться за год. — Он вздохнул. — Ты только посмотри на эти ноги: бедра, налитые силой, икры кенгуру. Я просто умираю от зависти, друг мой. Прошу, присядь рядом.

Дэниэл зашел за стул. Садиться он не стал, а попытался привести в порядок голову. Найти свое привычное сознание. То, с которым просуществовал двадцать лет. Оно злилось, но… было абсолютно бесполезно, стерто, захоронено глубоко внутри вместе с бессвязными снами, запечатано в картонную коробку для хлама и забыто. Он закрыл глаза, сосредоточившись на ощущениях, не отпуская свою ярость, не желая, чтобы она погасла. Почему? Зачем ему нужно злиться? Он больше не хотел этого делать.

— Сядь, — снова сказал доктор Феникс.

Дэниэл сел.

Доктор улыбнулся и задумчиво провел ногтем по щели между зубами.

— Люди обычно подавляют себя, — сказал он. — Свои силы, свой потенциал. Свои мечты. Они закрывают двери. А я ненавижу закрытые двери, Дэниэл. Я их открываю. Я — раскрыватель дверей, воплотитель мечтаний, филантроп людских достижений, композитор божеств и судий. — Он выдержал паузу. — И я твой друг. А ты? Я подарил тебе новые возможности. Будешь ли ты использовать их для меня? Станешь ли бороться ради меня?

Дэниэл растерянно моргнул. Этот тип нес какую-то околесицу.

— Да, я стану, — вдруг сказал Феникс.

Да, он станет, эхом подумал Дэниэл. Теперь все понятно. Его сознание резко прояснилось. Образ худого человека в медицинском халате осветился яркими красками, как кристаллики льда после тумана. Он разглядел интеллект. Самопожертвование. Любовь.

— Отлично, — довольно отметил Феникс. — Действительно, я воплощение всех этих вещей. — Он разгладил лацканы халата. — Но у каждого бога в отцах дьявол. Разозли меня, ослушайся меня, предай плоды нашей дружбы, и ты почувствуешь на себе такую бурю гнева, на которую не способно ни одно штормовое море перед утесами. В гневе Феникс всегда пылает. Я доктор Феникс. Но могу стать и мистером Пеплом.

Он наклонился к нему, сверкая глазами.

— Скоро произойдут похороны с маленьким количеством гостей, но огромным числом гробов. А ты поможешь мне их заполнить. Пепел к мистеру Пеплу, прах к праху. А затем восстанет Феникс. И начнется настоящая работа.

Ни малейшая крупица сознания Дэниэла не услышала слов доктора. Потому что тот упомянул море. И утесы. И гнев. В голове поднялся шквал воспоминаний, которые невозможно ни стереть, ни подавить. Холодные, разлетающиеся волны. Скалы вдалеке размололи и поглотили лодку с его отцом. Бессознательное тело мамы…

Доктор Феникс скрипнул зубами.

— Дэниэл Смит! — резко проговорил он, теряя терпение. — Куда ты опять ушел? Оставь ее. Она не проснется, никогда. Вернись ко мне.

Дэниэл моргнул, приходя в себя. Он смотрел на какого-то ненормального, который надругался над ним, пытался угрожать ему и влезть в его голову. На человека, который похитил его мать.

Перегнувшись через стол, Дэниэл сжал руки на тонком горле человека. Они столкнулись за столом и рухнули на пол.

Дэниэл сел первым и уперся коленом доктору в грудь.

— Где она? — спросил он сквозь зубы и надавил.

Невесть откуда взялись четыре руки и схватили его за плечи, приподняли и швырнули о стену. Задохнувшись от удара невероятной силы, Дэн сполз на пол.

Парочка была абсолютно идентичной — высокие, слишком худые для своей неимоверной силы, глаза — смесь золота и крови, резкие, будто высеченные черты, и темная кожа, но не смуглая, а скорее с зеленцой. На шеях у них были видны жабры. Они подошли к доктору Фениксу и помогли ему подняться, оставшись за его спиной, когда он шагнул к Дэну.