Сон разума - Андрей Ливадный

– У меня был такой маленький плоский контейнер… наверное, он остался на площадке бастиона.

– Нет, он тут. – Лана указала на нишу в стене. – Ромель перед рассветом принес его вместе с моим оружием. А зачем он тебе? – Она встала и подала ему медицинский кофр.

– Мы долго не протянем на голодный желудок, – ответил Андрей, открывая кейс. Достав упаковку с пищевыми таблетками, он распечатал ее и протянул Ланите две капсулы янтарно-желтого цвета.

– Что это?

– Заменитель пищи. Просто проглоти и запей водой.

Она недоверчиво посмотрела на два шарика, что лежали на ее ладони, но, заметив, что Андрей спокойно проглотил свою порцию, последовала его примеру.

– Теперь можно забыть о еде как минимум на сутки. – Он допил остатки воды из своего кубка и сказал, возвращаясь к прерванной теме: – Ты рассказала мне про Храм, но так и не объяснила, что такое Круг.

Лана задумалась, ощущая, что чувство голода действительно исчезло.

– На самом деле существовало два Круга… – начала она, машинально поглаживая пальцем поверхность древнего кубка. – Первый состоял из восьми иных существ и одного человека, женщины… – Лана побледнела, словно перед ее глазами сейчас проплывали четкие образы далекого прошлого. – Круг был создан, когда храмовники развязали войну… Существа, обладавшие древним знанием, объединились с людьми, чтобы противостоять общей угрозе, и их прибежищем стала эта цитадель.

– Ты постоянно упоминаешь об иных существах и древних знаниях, но ни разу не обмолвилась, кем были эти чуждые людям создания и в чем суть древних истин.

– Я не знаю, – глядя ему в глаза, ответила Лана. – Мне кажется, что память, живущая во мне, принадлежит той женщине, которая была членом древнего Круга, но я толком не могу ничего понять. Образы возникают как вспышки, а потом исчезают… Я не могу их осмыслить и в такие моменты просто схожу сума…

– Лаонита? – интуитивно назвал он имя, которое упорно повторял Ромель.

– Да… – Лана поставила кубок, удрученно глядя на предметы. – Я знаю большинство из них… Я помню это место… и все… Дальше тьма, провал… Понимаешь, большинство знаний исчезло, храмовники взяли штурмом эту цитадель, уничтожили Круг, истребили всех, кто пытался отстоять этот мир…

– А как же те женщины, которых ты встретила? – напомнил Андрей.

– Да, они называли себя древним термином, – согласилась с ним Лана, – но на самом деле они лишь тень, отзвук былого… Я начала понимать это только сейчас… Они ходили по древним местам и пытались собрать крупицы сохранившихся знаний.

– Они делились с тобой своими открытиями?

– Да… – кивнула она. – Но я прошла лишь первую ступень, которая заключается в познании мира и обучении элементарному набору операций с собственной энергетикой, а также энергетикой внешней, стихийной.

– Значит, ты представляешь, что за силы действуют в окружающем пространстве? – Андрей наконец почувствовал, что их разговор подошел к той черте, за которой оканчивалась история и начиналась непонятная ему область аномальной физики.

Ланита долго смотрела на форсфайт, а потом произнесла:

– Учителя говорили, что мы живем в центре энергетической вселенной. Это одно из главных откровений древнего знания, которое было передано людям иными существами.

Гиперсфера? Они осознавали, где расположен Первый Мир?

– И что из этого следует? – спросил он, осторожно направляя ее мысль в нужном направлении.

– У каждого живого существа есть своя энергия. Она мала, изменчива, но обладает свойством влиять на окружающее нас незримое поле, деформируя его в виде своей копии. Только у камня, например, такой отпечаток всегда будет одним и тем же, а у живого существа он изменчив и состоит из трех частей.

– Тело, душа и разум? – спросил Андрей, вспомнив мучительные пояснения карлика.

– Да, – кивком подтвердила Лана и тут же спросила: – Кто тебе рассказал об этом?

– Ромель. Собственно, подобные учения существуют и в моей реальности, – тут же оговорился он, – но там они отнесены в разряд недоказанного, так как не имеют… – он запнулся, подбирая слова, – не имеют столь ярких подтверждений. Извини, я перебил тебя…

– Ничего. – Лана немного расслабилась, и это порадовало Андрея.

– Главной в трехсложной сущности является энергия разума, – продолжила она свои пояснения. – Данная энергия наиболее сильна, и лишь благодаря ей может сформироваться осознающая себя сущность.

– Такая, как Ромель?

– Да. В момент смерти напряжение всех жизненных сил организма, как правило, доведено до предела. Поэтому живущая в нас энергетическая структура бесконтрольно покидает тело и некоторое время сохраняет свою целостность.

– Почему – некоторое время? – спросил Андрей.

– Лишившись телесной оболочки, сущность, как правило, рассеивается, – пояснила Лана. – Энергетические последыши храмовников, которые не умеют подпитываться от окружающей среды, «живут» лишь некоторое время, в основном ночью, потому что энергия нашего солнца очень сильна: с рассветом ее потоки разрушают структуру фантомных тел.

– Храмовники знакомы с этой особенностью?

– Да. Они владеют некоторой долей знаний и используют их на самом грубом, примитивном уровне.

– Почему ты назвала составляющую разума главной? – спросил Андрей. – Ведь, чтобы сохранить устойчивость, важнее, на мой взгляд, оболочка, энергетическое тело…

– Это заблуждение, – покачала головой Ланита. – Любая, даже самая сильная сущность, разум которой не осознает окружающего, будет неизбежно рассеяна в пространстве. Только полностью осознав, кто ты и в какой форме пребывает твое «я» в данный момент времени, можно удерживать самого себя от неизбежной энтропии…

Андрея поразил последний использованный Ланой термин. Он принадлежал к миру науки и еще раз косвенно подтверждал, что здесь, в Первом Мире, знания людей двадцать третьего века причудливо смешивались с новыми истинами, которыми поделились с поселенцами иные, обитавшие тут издревле существа…

– Значит, Ромель смог уцелеть благодаря тому, что его разум осознал собственную смерть? – спросил он, делая осторожный, но верный вывод из сказанного.

– Да, – подтвердила его мысль Лана. – Он понял, что превратился в сущность. Будучи воином древнего Круга, он, естественно, проходил тренировки и знал, как следует удерживать свое энергетическое тело от губительного распада.

– Поэтому он носил одежду? – выдвинул Андрей очередное предположение.

– Да, – подтвердила Лана его догадку и тут же оговорилась: – Но лохмотья предохраняли его лишь от зримого спектра энергий. Он принял половинчатые меры – нужно либо наглухо закупорить сущность, оградив ее от всех внешних влияний, либо питать, заряжая от источников, схожих по энергетике.