Дерзкие дни - Наталия Матейчик

– А ты живучий! – рассмеялся Призрак. – Сейчас я тебе добавлю.

Эльф наклонился, поднял кинжал Влада и хотел ударить им лежащего на траве подростка, но заговорённое оружие тут же рассыпалось, не желая убивать своего хозяина. Тогда Призрак поднял свой меч и замахнулся, метя в горло, но вдруг зашатался, его глаза обессмыслились, и он, поражённый кинжалом в бок, упал на траву рядом с Владом.

– Владислав! Влад! – к нему, перешагнув через тело убитого Призрака, подбежал Лал, белоснежный плащ которого стал уже наполовину алым от своей и чужой крови. – Слава Прому и Фрее – ты жив! – воскликнул старый эльф. – Влад, ищи остальных, – быстрым шёпотом продолжал ректор, – и бегите подальше отсюда!

Владислав покачал головой:

– Никуда мы не побежим! – категорично ответил он.

– Здесь вы только напрасно погибнете! – продолжал уговаривать эльф. – Их намного больше. Серую сеть нам не пробить, а потому телепортироваться отсюда мы не сможем…

Влад снова покачал головой:

– Никуда мы не побежим! – упрямо повторил он, засовывая руку за пазуху.

Парень вытащил руку с зажатой в ней брошью, которую он, отправляясь на поиски кинжала, приколол с обратной стороны туники напротив сердца, и понял, что спасло ему жизнь. Смертельный удар меча был остановлен серебряной брошкой, которая от удара разломалась надвое.

– Владислав, вам нужно уходить! – безапелляционно сказал Лал. – Это – приказ.

Парень не успел ничего ответить, как вдруг по рядам Призраков пробежала паника:

– Братство! Братство! – кричали они.

Влад и Лал посмотрели вдаль, поверх голов сражающихся. Там, у самого озера, из воздуха появлялись всё новые и новые фигуры в белых плащах – их было около пятидесяти.

– Скорее! – крикнул один из новоприбывших, и Владислав по голосу узнал в нём Савита Тора, на котором, как и на остальных, был белоснежный шёлковый плащ.

В битву влились свежие силы, и Братство стало теснить Призраков.

– Влад, я прошу тебя – будь осторожен! – шепнул Лал.

Он пожал Владиславу руку и исчез среди сражающихся.

Парень оглянулся по сторонам:

– Алиса! – выронив меч, он подбежал к неподвижно лежащей девочке.

Влад тормошил её, но Алиса не двигалась. Он с ужасом подумал, что она убита, но в следующую секунду заметил, что тоненькая голубая жилка на шее девочки бьётся в такт ударам сердца.

– Алиса! – Влад с силой сжал запястье, и девочка открыла глаза.

– Тебе не больно?

– У меня болит голова, – Алиса потянулась рукой к затылку, провела ладонью по волосам. Крови не было.

Влад помог ей сесть и оглянулся, высматривая Артёма и Иду.

Невысокая тоненькая затянутая в белый плащ валькирия, громко вскрикнув, опустилась на траву. В горле у неё трепетала стрела. Крик боли перешёл в предсмертный хрип, а затем голова девушки бессильно упала.

Тем временем Лея и Ута осыпали друг друга заклятиями.

– Ута, тебе помочь? – крикнул огромный светловолосый орн.

– Я сама с ней справлюсь, – быстро ответила девушка, парируя летящий в неё серый луч.

Ни одна из противниц не могла пробить магическую защиту другой: они не уступали друг другу ни в технике, ни в тактике: ещё будучи студентками, Ута и Лея часто устраивали между собой магические дуэли, которые продолжались часами – обе были сильны в боевой магии, обе прекрасно знали сильные и слабые стороны друг друга.

Вдруг между Утой и Леей повисла тонкая стена энергетического барьера – её, воспользовавшись секундной заминкой, ловко поставила Ута. Лучи, бьющие из браслета Вадь, бессильно растекались по прозрачному эфиру – она никак не могла пробить барьер.

– Уходим! – закричало сразу несколько Призраков. – Уходим, или мы погибнем! Их слишком много!

Серые нити, пронизывающие воздух, таяли.

Кольцо из восьми Призраков окружило Яфа раньше, чем эльф успел понять, какая опасность ему угрожает.

– Нет! – закричал Лал, стреляя оранжевым лучом в кольцо и пытаясь разбить круг, но прежде, чем луч долетел до цели, все восемь Призраков телепортировались, утащив с собой и Самира.

Ута обернулась на крик и по её лицу пробежала тень. Серая сеть исчезла, и Призраки стали телепортироваться один за другим. Ута тоже исчезла, так и не сказав бывшей подруге ни единого слова.

– Вы живы! – к Владу и Алисе, сидящим на траве, покачиваясь, подошёл Артём.

– Ты Иду не видел? – встревожено спросил Влад.

Артём покачал головой.

– Ты как? – тихо спросила брата Алиса.

– Шатает немного, – ответил парень, – а в целом, я в порядке. Я бился с одним из Призраков, а потом кто-то ударил меня в спину лучом – и больше я ничего не помню.

– Ида! – Влад, Артём и Алиса вскочили и бросились навстречу Бару, который, шатаясь, нёс на руках эльфийку, завёрнутую в наполовину алый от крови плащ.

– Она… она жива? – деревянным от волнения голосом спросил Влад. – Она ранена?

– На плаще – моя кровь и кровь Призраков, – ответил Бар, – а с Идой, я надеюсь, всё в порядке.

Он осторожно опустил эльфийку на траву, и в этот момент девочка открыла глаза.

– Подождите минуту, – Влад поднялся на ноги и направился к орешнику. Он вытащил из-под куста кинжал, подобрал сумку и четыре пары ботинок и вернулся к друзьям.

– Ой, как же я ноги исколола! – воскликнула Ида, засовывая ногу в ботинок.

– Смотрите! – Алиса указала рукой на озеро, тихо поблескивающее под лучами луны. – Тумана нет. А ведь первые лунные сутки уже закончились.

Влад, Артём и Ида пожали плечами – на удивление у них просто не осталось сил.

– Тумана нет, потому что, как я понимаю, вы нашли Яшмовый кинжал, – тихо сказал друзьям неслышно подошедший к ним Лал. – Кинжал найден, и защищавшие его чары исчезли.

– Сент! – к лежащему ничком Ламену, покачиваясь, подошёл Диро. Его перебитая правая рука висела, как плеть.

Опустившись на колени, старый орн одной рукой осторожно перевернул лешана и понял, что ему уже ничем нельзя помочь: из груди как раз напротив сердца торчала рукоятка кинжала.

– Папа! – Таврия Силено бросилась к лежавшему ничком на траве старому эльфу и упала рядом с ним на колени.

Руки женщины заскользили по телу отца, она вскрикнула громко и пронзительно, как раненая птица, и упала на тело эльфа, на спине которого виднелись три глубокие раны, каждая из которых была смертельной.

– Дай я! – к Чернову, который, прислонившись спиной к берёзе, неловко закатывал насквозь пропитавшийся кровью рукав туники на раненой руке, подошла Лея, волоча за собой разорванный белый плащ.