Сезон королевской охоты - Алекс Орлов

При въезде на улицу Королевских Сапожников повозка, на которой ехал Каспар, неожиданно врезалась во встречную, телеги сцепились и не могли разойтись, возчики тотчас вступили в перебранку, выясняя, кто больше виноват. Стали собираться зеваки, Каспар сунул за проезд целый рилли и отправился пешком, благо пройти оставалось совсем немного.

Чувствуя на себе внимание соседей – купцов, которые торговали на этой же улице и уже знали Каспара в лицо, он подошел к дверям лавки и постучал.

Дверь распахнулась почти сразу, на пороге показался счастливо улыбающийся Фундинул.

– Ваша милость, как я рад, что вы пришли живой и здоровый! Мы за вас так волновались!

– Это Аркуэнон меня приметил? – спросил Каспар, проходя внутрь.

– Так точно. – Гном захлопнул дверь и лязгнул засовом. – Говорит, вон Фрай идет без шляпы, а я ему говорю – не Фрай, а его милость.

Каспара встретили радостными возгласами.

– Мы уже думали, как действовать без тебя, – признался Бертран. – Правда, мессир Маноло уверял, что видит тебя живым, но опасность твоей жизни существовала.

– Я так переживал за вас, ваша милость, что не мог нормально есть! – пожаловался орк, который выглядел вполне здоровым, правда, его брюхо опоясывала повязка. – Но я верил, что вы живы, и оставил вам порцию каши с салом.

– Это очень кстати, – улыбнулся Каспар и устало опустился на стул. – Меня в гостях забыли покормить, а точнее, не тем потчевали.

– А кто потчевал? – уточнил мессир Маноло.

– Насколько я понял, личные друзья короля, очень важные особы и первые забияки.

– Неужели ты устроил во дворце драку? – поразился Бертран.

– Это не я устроил, я бы не посмел.

– Вся моя утренняя работа насмарку, – покачал головой мессир Маноло. – Только я замажу одни порезы и ссадины, как у вас появляются новые.

– А зачем же вас вызывали, ваша милость? – спросил гном.

– Король хотел со мной побеседовать.

– Сам король?!

В лавке воцарилась тишина, на лестнице под ногой Аркуэнона скрипнула доска, даже он, равнодушный ко всему, что не касалось стрельбы из лука, был удивлен.

– Да, оказалось, что ему очень понравился наш шоколад, и он захотел познакомиться с теми, кто привозит его в город, а заодно узнать, откуда берется этот продукт, из каких происходит стран и каково его происхождение – растительное или земельно-рудное…

– Ну и каково же его происхождение? – усмехнулся Бертран.

– Дайте сначала каши, у меня живот подводит.

– Я сейчас! – Фундинул сорвался с места и убежал на кухню. Было слышно, как он стучит по котлу поварешкой, собирая со дна кашу. Вскоре гном появился с большой порцией для Каспара. Каша немного остыла, однако показалась ему необыкновенно вкусной.

– Мне пришлось сообщить его величеству, что шоколад произрастает в Файтаре… и что его косят как пшеницу… – продолжая рассказ Каспар, не забывая налегать на кашу.

– И король поверил? – спросил мессир.

– Думаю, да, он даже спросил, как приготавливают шоколад в самом Файтаре.

– Ты и на это вопрос ответил? – поразился Бертран.

– Да, как оказалось, в Файтаре шоколад приготавливают со сливками и сахаром. Услышав это, его величество потребовал немедленно приготовить ему шоколад по этому рецепту… – Каспар перевел дух и стал подчищать остатки каши, в то время как остальные в нетерпении ждали продолжения рассказа.

– И что король, ваша милость? – не выдержал Фундинул.

– Король бы в восторге. – Каспар отодвинул чашку и улыбнулся. – У меня колени тряслись, пока не стало ясно, что его величеству мой рецепт понравился. Кстати, а где Колумбус?

– Он отправился договариваться о продаже следующей партии кожи, – сказал Бертран. – Сказал, что уверен, с тобой ничего не случится, и ушел, а ведь у него рука все еще на перевязи.

– Смелый человек, – кивнул Каспар.

Фундинул поднес ему кружку травяного отвара.

– В колодце хорошая вода, ваша милость, сегодня вечером можно помыться, – сказал гном, которому хотелось хоть как-то услужить герою-командиру.

– Обязательно, – кивнул тот, – если, конечно, на нас сегодня не нападет кто-то еще.

Гном унес посуду, и к Каспару подсел мессир Маноло.

– Что слышно в городе? – спросил он.

– В городе неспокойно, по дороге во дворец мне показалось, что я узнал в толпе каких-то людей, а сейчас не могу вспомнить, кого именно.

– Вспомнишь еще.

– А когда мы приехали к воротам, что ведут на королевский двор, и спешились, над городом дважды прогремел гром.

– Однако это была не зимняя гроза.

– Да, люди говорят о колдовстве и оборотнях, а еще о том, что разрушили какой-то дом и на целой улице побились стекла и черепица.

Мессир Маноло посерьезнел, хотя, казалось, не слушал Каспара, погруженный в свои мысли.

– Думаете, это Дюран?

– Дюран и Кромб, больше некому.

– А что они здесь делают? – спросил подошедший Бертран.

– Полагаю, они угодили в ту же ловушку, что и мы.

– В ловушку?! Так мы в ловушке?

– А вы разве этого не поняли? Каждый день у нас какие-то неприятности, мы по два раза в сутки вступаем в схватки с неизвестным противником.

– И что это значит? – озабоченно спросил Каспар.

– Это значит, что те, кто сумел притащить нас в Харнлон, пока не имеют достаточно силы, чтобы справиться с нами.

– Так вы думаете, мессир, что это заговор? – снова спросил Бертран. – Но как же им удалось ввести в заблуждение герцога?

– Никто никого в заблуждение не вводил, кто-то из магов выстроил события так, что мы сами явились сюда – так сложись жизненные обстоятельства. На наше счастье этот маг пока не обладает достаточной силой, иначе бы нас уже не было.

– Так давайте его найдем, пока не поздно! – предложил гном.

– Искать не нужно, он находится в башне, что стоит на дворцовой территории, едва ли туда можно попасть, – короля хорошо охраняют, да и сама башня, я уверен, неприступна.

– Я видел эту башню, вокруг нее высокая стена, – подтвердил Каспар.

– Но мы не можем оставаться на месте и заниматься только гешефтами! – возразил Бертран. – Здесь что-то происходит, и, если мы отстанем от событий, нам несдобровать!

– Вот тут вы правы, – согласился с ним мессир Маноло. – Только пока мы должны ждать.

– Чего же еще ждать?

– Думаю, скоро последуют события, в которых мы так или иначе примем участие.

– Неужели все предрешено?