Восхождение - Карина Вран

Парень придвинулся, внимательно всмотрелся в указанное место.

— Не мерещится. Стрела-молния, символ Иттни.

— Это кто? — спросила гнома, влезшая своими хвостиками под руку кинжальщика.

— Эльфийское божество, — ответил Рэй. — Фиг пойми, какого пола, хотя заявлено, вроде, как мужское, выглядит на всех изображениях, как… девушко.

Маська захлопала ресничками.

— Именно. И потому я не эльф, — усмехнулся убийца. — Хотя бонус расы у них для меня в самый раз.

Хэйт припомнила: да, вкусный бонус, скорость атаки и каста плюс три процента, это ей, без последующих пассивных скиллов на скорость магии от такого можно и отказаться, в угоду силе заклинаний, а кинжальщику — идеальный бонус. Как и лучнику.

Рэй зажег четвертую пару факелов, вручил один мелкой, поднялся. Высыпал на пол под знаком еще одну горстку мелочи.

— Отдохните еще, я один пока пройдусь.

Конечно, после такого рыцарского заявления обе девушки подскочили, как ошпаренные. Рэй покачал головой и ушел в другой конец помещения, выдаваемый только отсветом факела.

Еще два знака: лестницу и молот, несмотря на все усилия Маси и Хэйт, обнаружил убийца. Первый знак относился к Ашшэа, второй — к Дгорду, номинальному божеству гномов (Совет Старейшин практически исполнял в гномьих землях роль жречества, но обращался не к богу, а к традициям).

— Остался символ Гарт-гара, три сплетенных языка пламени, — сообщил Рэй. — В наших условиях может быть похоже на красноватую кляксу.

Четыре знака нашли на стенах, что показательно, на разных. Так что, с неким допущением, можно было предположить, что пора «понизить планку» и начать изучать пол. Хэйт высказала вслух свои соображения, компаньоны, хоть и не проявили рвения к ползанию на карачках, со вздохами и скрипом доспехов приступили к делу. На кляксу наткнулась гнома, о чем восторженно завизжала во весь голос. Когда малая угомонилась, собрали «военный совет».

На повестке стояли хрестоматийные вопросы: «Что делать? Как быть?»

— Если их надо коснуться всех одновременно, у нас затруднение, — подметила Хэйт. — Положим, на пол можно посадить кошку Маськину, но настенные мы разом не прожмем никак.

— В условиях не значится минимальное число участников квеста, — сказал Рэй. — Для старта достаточно двоих. Значит, одновременное нажатие не подходит.

— А по очереди? — наивно спросила гнома.

За неимением лучших идей подле каждого символа положили по факелу, чтобы видеть издалека, стали трогать знаки по очереди, потом вразброс, то одним персонажем, то всеми тремя… Безрезультатно.

— Бред. Пятый элемент^[52] какой-то, — зло высказал Рэй. За время поисков и беготни от знака к знаку устал даже он.

— А это мысль, — приободрилась адептка. — Трансформировать слегка… Убрать романтику… Может сработать!

Этот фильм она любила в детстве, могла за неделю пересмотреть несколько раз. Чем он приглянулся ребенку больше прочих — она уже и не могла припомнить.

— Маська к молотку, ты к сфере, я к лестнице, — перечислила она позиции. — На кляксу кладем зажженный факел, символика соблюдается. А вот с молнией — проблема…

— Хм, — откликнулся убийца. — У Иттни не просто молния, а стрела-молния. Лук у меня есть, хоть и слабенький, до смены класса с ним было сподручнее, чем с кинжалами. Стрелы тоже, вопрос: как мне стрелять в крохотный символ и держаться за сферу Балеона?

— Положите одну стрелу на пол под знаком и не мучайтесь, — подала голос гнома. — Вечно вы мудрите.

Пару минут спустя Маська была наречена маленьким гигантом большой мысли, малую качали на руках и обещали увековечить ее имя в веках, сразу же после грандиозной попойки в честь их вызволения.

Все пять символов источали сияние, и пять магических нитей протянулись от них, сплетясь в центре, над горящим факелом и знаком Гарт-гара; там преломлялись, и единым широким лучом упирались в одну из стен.

— Мась, по-прежнему видишь там камень? — спросил Рэй. Мимо этой стены проходили кучу раз, ее щупали, пинали, простукивали…

— Камень, — подтвердила гнома.

Хэйт, передернув плечами, подошла к точке соприкосновения луча со стеной. Протянула руку, чтобы дотронуться до камня.

Рука, не встретив сопротивления, утонула в недавно монолитной стене.

— И так камень? — изумился убийца.

— Ага… И ушастая без конечности, — с серьезным личиком кивнула Маська.

— Шутница, — улыбнулась квартеронка и прошла сквозь стену.

Луч не просто проходил сквозь стену. Он открывал проход во вторую залу, смежную с «мешком», в коем промаялись не один час «искатели знаков». Более того, луч из магических нитей образовывал сферу портала на дальнем конце скрытого помещения. Но и это было не все. В центре комнаты возвышался постамент с резной чашей. А в чаше…

— Приветствую вас в подземном филиале курятника, — слегка истерично обратилась Хэйт к напарникам, зашедшим вслед за нею. — Я, честно говоря, ожидала чего-то более… впечатляющего.

— Ты что! — воскликнула Маська. — Это же могут быть… Или не быть… Ты пробовала идентифицировать?

Адептка вынула из чаши яйцо, одно из трех, там лежавших.

— Вместилище для притяжения души неведомого существа, — озвучила она описание. — Обратитесь в храм расположенного к вам божества для проведения ритуала. Белиберда какая-то, честное слово…

Последнюю фразу она добавила от себя, поскольку вникнуть в суть написанного не удавалось при всем желании.

— Чем бы оно ни было, предлагаю забрать и убираться из этого места, — высказал Рэй. — И чашу, если снимается, прихватим. Впарим неписю.

Маська замотала хвостиками.

— Вы не понимаете? Это будущий уникальный пет. Уникальный! Да ради такого зазимовать можно в этом подземелье!

Хэйт совсем иначе взглянула на серенькое невзрачное яичко. Портреты американских президентов с шуршащих бумажек приветственно подмигивали ей…

— Если малая не ошибается, продавать их ни в коем случае нельзя, — словно прочитав мысли напарницы, произнес Рэй. — Только выращивать, холить и лелеять самолично.

Гнома тяжело вздохнула.

— Я не променяю Хэтти. Хотя, наверное, и не придется.

— Что ты имеешь ввиду? — спросил убийца.

— Ушастая была права. Нас сюда заслали не за «посидеть», а за яйцами. Фиот не засчитает нам испытание, если мы скажем, что ничего не нашли.

Рэй нахмурился.

— С его слов, мы должны просто «пройти подземелье». Мы его и пройдем.