Империя Тигвердов. Пламя мести - Тереза Тур

— Феликс, — говорит этот третий. — Возьми себя в руки. Будем надеяться, что мама жива. Что она выберется.

— Рэм, — отвечает тот. — Ты же самый сильный маг из нас всех. Ты же чувствуешь то же, что и я. Ее боль. Потом вскрик. И пустота. Я ее не чувствую больше. Не чувствую!

— Вы хотите сказать, что мама… — опускается на землю третий мальчишка.

И я замечаю, что чем-то они похожи. Светловолосые, сероглазые.

— Паша… — говорит тот, кого назвали Рэмом. — Я верю в то, что все обойдется. Вопреки всему…

«Паша», — повторяю я вслед за ним… И понимаю, кто эти мальчики.

— Сынок! — опускаюсь я рядом с ним, пытаюсь его обнять. Мне удается только взъерошить его волосы и подсушить слезы в глазах. Как же хочется забрать боль, пустоту и ненависть из его сердца.

Потом я метнулась к Феликсу, попыталась утешить его. Он перестал всхлипывать.

— Странно, — прошептал он. — Теплом повеяло. Как будто мама рядом.

«Ты ж моя умница!» — ветер погладил по голове моего приемного сына — самого нежного, самого трепетного. Того, кто после всех жизненных перипетий ценил семью и возможность называть меня мамой больше всех.

— Слушайте, надо проникнуть в замок, — говорит Рэм. — Это мой замок, и я знаю там все. Я почувствовал, что маму Веронику перенесли туда. Я им сразу сказал. Вот почему командующий Тигверд отказался от нашей помощи?! Меня бесит, что нас считают за детей, выслали сюда…

— «Вы будете там, где безопасно… — похоже передразнил Ричарда Паша. — И разговор окончен!»

— Кто еще может быть полезен? — между тем продолжал размышлять юный полководец наследный герцог Рэймский. — Наших возьмем? Или к старшему курсу обратиться за помощью?

— К десятому, выпускному. К друзьям графа Троубриджа. Его тоже захватили.

— Кто порталы будет строить? — Из глаз Паши ушла обреченность. Появился огонь. Злость. И азарт. В какой-то момент мне показалось даже, что там замелькали алые искры…

— Алана Кромера возьмем, — предложил Рэм. — Он уже сбегал, когда мать освобождал, — у него опыт. И Борнмута на подкачку энергии. У него огненной — море просто. Почти как у Ричарда.

— Ты же понимаешь, что из этой долины так просто не уйти, — хмыкнул Паша. — Преподаватели просто помешались на безопасности. Любая возможность прийти и уйти — что порталом, что ногами — и фиксируется, и блокируется.

— Я с вами, — распрямился Феликс.

— Слушай, — начал Рэм, без слов, одним взглядом посоветовавшись с Пашей. — Не думаю, что это хорошая идея.

— Ага. А когда ты маму найдешь, лечить ее ты будешь, полководец? Или кто-нибудь из ваших боевиков?

— Блин, — проговорил Паша, — Феликс, ты — мозг. Я об этом и не подумал.

— Пошли готовиться, — приказал Рэм. — Дел много.

Тут до поляны долетел звук голоса, явно усиленного магически:

— Внимание! Кадетам Рэ срочно подойти к палатке командира. Повторяю. Внимание!

— Так… Главное — не палимся! — рявкнул Паша.

— Главное, чтобы нам не сказали сейчас, что наша ночная вылазка уже бесполезна, — едва слышно прошептал Феликс.

— Прекрати, — покачал головой Рэм.

И они припустили бегом. Туда, где за деревьями виднелись ярко-оранжевые палатки.

Понятное дело, я полетела за ними.

Мальчиков ждал Ричард. Ричард… Выглядел он… жутко. Как огромная глыба льда. Только глаза горели нестерпимо алым пламенем.

— Есть новости? — бросился к нему Паша.

— Мы знаем, где Веронику держат, — раздался скрежет, в котором почти не было ничего человеческого. — Мы выставили им условия, и похитители пошли на переговоры. Через час они начнутся. Если сорвутся — идем на штурм немедленно.

— Какие переговоры могут быть с этими нелюдями! — взвился Рэм. — Их уничтожать надо, как бешеных псов. Я проведу вас в родовой замок такими переходами, о которых никто не знает!

— Вы останетесь в расположении Академии. Здесь безопасно.

— Ну уж нет! — подскочил к нему Паша. — Вы ведь тоже почувствовали, что с мамой что-то не так! Почему же вы здесь, а не штурмуете замок? Чего вы ждете? Время уходит!

На мгновение Ричард полыхнул — как большой костер. Мальчишки отшатнулись. Но сын императора злобно зарычал — и пламя, подчинившись, потухло.

— Я пришел сюда не за тем, чтобы объясняться с вами, — проскрипел Ричард. — Мне нужно лишь ваше слово, что вы не попытаетесь сбежать и затеять какую-нибудь самоубийственную авантюру.

— Нет, — отрезал Рэм.

— Мы будем хоть что-то делать! — крикнул Феликс.

— Раз вы только выжидаете. — Сын сжал кулаки.

— Могу вас уверить, что делается уже и невозможное, и противозаконное для того, чтобы ее вытащить… Я готов казнить ребенка… И беременную женщину.

Он сделал шаг назад и закрыл глаза.

Мальчишки, словно и не понимая, в каком он состоянии, качнулись вперед, чтобы выплеснуть на него свой страх, свою боль…

— Хватит, — приказала я. — А ну прекратите немедленно!!!

Как ни странно, меня услышали. И судя потому, как ко мне кинулись со счастливыми возгласами и попытались обнять — даже увидели. Но не более того. Их руки прошли сквозь меня.

— Ника… — выдохнул Ричард.

— Мама! — На глазах у Феликса опять показались слезы.

— Ты выбралась? — спросил Паша.

— А почему вы в таком состоянии? — Это был Рэм.

— Не знаю, — ответила я ему, потом перевела взгляд на Ричарда. И быстро заговорила, боясь не успеть: — В замок меня приволокли, чтобы организовать ловушку во время спасательной операции. Они планируют принести в жертву магов четырех стихий. Дарина сказала, что…

— Вы видели маму? — поднял на меня глаза, в которых засверкала надежда, Рэм. — Она жива?!

— Насколько маги сильны? — перебил его Ричард.

— Придворный маг герцогини, Троубрижд, сама герцогиня — прости, Рэм. Дарина думает, что дассары будут искать сильного огненного.

— А с тобой что? — продолжил спокойным голосом Ричард, но я понимала, чего это ему стоит.

— Не знаю, — честно призналась я. — Я каким-то образом выскользнула из тела… И захотела увидеть мальчиков…

Чуть не сказала — напоследок, но сумела прикусить язык. Судя по взглядам, которыми обменялись мужчины, — они это поняли.

— И вообще, Ричард, тебе надо к целителю, посмотри на себя…

— Ника, — тихо сказал он — и в его голосе смогли появиться человеческие нотки, — если я тебя не спасу, мне уже никакой целитель будет не нужен… Я просто не буду с этим жить.

— Да что ты! — зарычала я. — А сыновей наших куда? В ваши приюты? Или в наши детские дома? Или на шею моим родителям, которым и так несладко. Нет, Ричард, если со мной что-нибудь случится — ты должен жить!