Чернильная мышь - Дана Арнаутова

– Я, разумеется, отказался, но предложение повторили снова и снова. А потом дали понять, что мое мнение мало кого интересует. В отличие от моей собственности.

Алекс жестко усмехнулся, опять обведя глазами семерых: молчащих, слушающих, лихорадочно думающих.

– Такое бывало и раньше, как вы помните. Но в этот раз все серьезнее, потому что против нас не случайный игрок, а Корриган.

Вот так. Имя прозвучало – и пути назад нет. Во взглядах недоумение сменяется удивлением, уже по-настоящему.

– Мэтью? – переспросил Вербеке из экспертного. – «Виадук»?

– Мэтью, – ровно подтвердил Алекс, откидываясь на спинку кресла и снова отпивая чаю. – Мэтью Корриган и «Виадук». Сами понимаете, что это означает…

Они понимали. Только молодой технарь Леннерс настороженно переводил взгляд с одного на другого, но и ему, конечно, был знаком один из основных партнеров конторы. Откинулся назад, на спинку стула, Винсент Эйландер, скрестив руки на груди. Старик Эбенезер, напротив, слегка подался вперед, ерзая в кресле. Кормак Даффи из контрактно-корпоративного сплел пальцы на колене, замер, выпрямившись. Лэрис, не глядя, взяла бокал с зеленой эльфийской полезностью, осушила одним махом и недоуменно воззрилась на него, словно впервые увидела.

– Кэролайн! – позвала в закрытую дверь и, дождавшись, пока секретарша осторожно сунет носик в щель, велела: – Сделай кофе, детка! Покрепче и пять ложек сахара.

А потом, обернувшись, укоризненно провозгласила:

– Алекс, разве можно говорить подобное с утра?! Я же на диете! Была…

– Вы и так прекрасны, драгоценная моя, – улыбнулся Алекс, оценив, как заметно разрядилась обстановка благодаря умнице Лэрис.

– Ну, Мэтью, мразь, – протянул с некоторым даже восхищением Хендерсон. – Ах, какая мразь…

Ему, одному из троих, кто начинал с Алексом в «Корсаре» с первого дня, было прекрасно понятно, что это значит. Десятки завязанных на оба предприятия контрактов, деловые и личные связи, общие интересы… Когда к делам примешивается личная вражда, добра не жди. Но когда предают не просто партнеры, а бывшие друзья, это…

– Катастрофа… – растерянно закончил вслух мысль Алекса Леннерт Симмонс. – Они же наши…

– Были наши, – мягко сказал Алекс. – Были, Ленни. И потому мой первый вопрос к тебе. Что можно сделать, чтобы обеспечить техническую безопасность конторы? Вредительство, воровство информации… я не знаю, на что они могут пойти. Какова вероятность, что у них может получиться, и как это предотвратить?

Перед ответом Леннерт подумал, не торопясь уверять, что все хорошо и таковым пребудет. Это в нем Алекс и ценил: молодой техник патологически не умел врать и преклоняться перед начальством. А еще он был гением. Только гений смог бы в семнадцать лет обойти прошлую систему безопасности «Корсара», купленную у одного из лучших королевских инженеров. Попался Ленни Симмонс на глупой случайности, и Алекс лично ходатайствовал перед Генеральным прокурором, выпросив парня на поруки и взяв на работу. Симмонс все понял и оценил правильно: очень хорошие деньги и возможность хоть сутками возиться с любимым делом за чужой счет – это стоит кусочка свободы. И все эти пять лет Алекс был им доволен несказанно. Но теперь от Симмонса зависит очень многое…

Чтоб тебе провалиться, Мэтью, за то что ты заставляешь меня сомневаться в моих людях. Предать может кто угодно. Вопрос в том – кто и когда?

– Я полагаю, ваша светлость, – отозвался наконец Леннерт, задумчиво накручивая на палец прядь длинных белесых волос, – что сейчас нам ничто не угрожает. Но, конечно, усилю защиту. Только… вы же понимаете? Не все зависит от меня. Я могу гарантировать, что наша нынешняя система безопасности очень хорошо защищена от внешнего проникновения. Но изнутри…

– Я понимаю, Ленни, – согласился Алекс, радуясь, что Симмонс заговорил о том же самом. – Сделай все, что можешь. В расходах не стесняйся, и усилить надзор над работниками – тоже твое право. Если кто-то возмутится, обратись к тье Хендерсону… – он глянул на Стивена, и тот согласно кивнул.

– Да, ваша светлость, – склонил голову Леннерт, вытаскивая из кармана фониль и опуская взгляд к экрану.

Уже приступил, что ли? Алекс подумал, не отправить ли парня в отдел, но решил не торопиться. Если бы Ленни нужно было уйти, стесняться он бы не стал. Пусть посидит, проникнется, услышит что-то полезное…

– Остальные сами знают, что делать, – сказал он ровно, оглядывая сидящих и задерживаясь на каждом на пару секунд. – С сегодняшнего дня мы на осадном положении. В отделах на эту тему не говорим, но паруса убираем, как перед штормом. Все дела приведите в порядок. Контрактам с «Виадуком» – особое внимание. Наизусть учите, если нужно. Лэрис, все проводки у своих работников проверьте сами, я на вас полагаюсь. Если что – пусть вылижут до блеска. Официальная версия – мы ждем аудиторскую проверку. Очень дотошный аудит с целью откопать любой грешок. Допустим, прищемили хвост кому-то в мэрии…

– А-а-а-алекс… – томно протянула Лэрис, встряхивая сияющими рубином локонами. – Ну что вы, право! Всем все понятно. Сегодня же начнем. Да и нет у нас в делах ничего лишнего…

Она привстала навстречу Кэролайн, проскользнувшей в кабинет, выхватила у нее из рук дымящийся кофе, с наслаждением повела носом над чашкой. Лэрис… Уже сорок пять, но выглядит лишь чуть старше тридцати, и никого давно не обманывает эпатажем в манерах.

После Хедерсона и Эбенезера – третий старший работник конторы. Вдова, растит двух сыновей-близнецов. Идеальная счетная машина в упаковке роскошной женщины. Кажется, недавно снова сменила любовника на двадцать лет моложе себя. Уязвима по определению. А кто не уязвим? У всех семьи, родственники, скелеты в шкафу… Любого есть, на какой крючок поймать.

– А что с аукционом? – обеспокоился Кормак. – Франки не будут ждать, пока у нас все успокоится.

Кормак Даффи… Самый молодой из всех, не считая Симмонса. Перспективный, бешено энергичный и старательный, образцовый работник, явно подражающий Алексу во всем, но не опускающийся до лизоблюдства. Он – может? «Все могут, – в который раз напомнил себе Алекс. – Глупо делать выводы без данных».

– Аукцион пройдет своим чередом, – спокойно ответил Алекс вслух. – Да и вообще ничего не меняется, просто ведем себя осторожнее. Тье Бреслин обеспечивает безопасность служащих, Леннерт присмотрит за техникой, а мы делаем вид, что ничего не происходит. Это всего лишь попытка захвата, Кормак, дело обычное.

– И еще какое обычное, – подал голос из угла Эбенезер Цойреф, старейший из присутствующих. – Вы, мой мальчик, непростительно молоды, но это проходит. А я подобного видел куда больше, чем хотелось бы, но кого интересуют мои желания? Помнится, во время великого безобразия, что сейчас почему-то называют взлетом, нас приходили захватывать чаще, чем наша милая Лэрис меняла прическу. И где теперь эти дети греха и тупости? Рыдают по своей загубленной жизни, в которой у них никогда не будет таких женщин. Что нам может сделать «Виадук», вчинить иск? Ой, я вас умоляю! Если целый юридический дом не отобьется от какого-то иска, медный пенни – цена всем его юристам. Так что сидите спокойно на своих новых красивых брюках, милый Кормак, и говорите «Виадуку» спасибо. Он дает вам прекрасный жизненный опыт, причем за бесплатно. А контора, которая никому не нужна – плохая контора.